Политтехнологии: «Заройте ваши денежки по банкам и углам» Наталья Влащенко, журнал «Публичные люди» Несколько лет назад в жизнь простого трудового народа вошли многозначительные слова вроде «дефолт» или «политтехнологии». Последнее казалось особенно таинственным.

А люди, занимающиеся этими самыми технологиями — чуть ли не засекреченными физиками-ядерщиками времен второй мировой войны: сидят ребята в бункерах и придумывают, как электорат обвести вокруг пальца.

Считается, что основы политического консалтинга и политических технологий заложил  Николо Макиавелли, который одним из первых в эпоху Нового времени выступил в качестве советника, консультанта и эксперта, выдающего дидактические советы и рецепты по завоеванию и удержанию власти. Короче, был чем-то вроде Аристотеля по отношению к Александру Великому в эпоху Античности. В отличие от Аристотеля Макиавелли использовал технологии (схемы) завоевания и удержания власти. Но это реальные персонажи, о которых публике, интенсивно поглощающей желтые газеты (ведь именно она потом в большинстве и голосует), мало что известно. Есть более близкий пример — небезызвестная лиса Алиса и кот Базилио, которые не скрывали, что работать приходится в трудных условиях в стране с совершенно однозначным названием — страна Дураков.

Сдадим «квартиру» под ключ

Считается, что в политике цели достигают те, кто обладает тремя видами ресурсов — экономическим (предполагающим наличие капитала), социальным (наличие властных связей) и культурным. С последним у наших политиков труднее всего, ибо капиталы, имеющие культурную природу вывезены, а о семьях и результатах социализации наших индивидов говорить не приходится. И тут, конечно, нужны «костыли», посредники. Этими посредниками и становятся люди, которые свою профессию обозначают как «политтехнологию».

Сегодня известны три базовые практики, которые используются в политических технологиях, как основные инструменты - реклама, PR и маркетинг. Сюда можно было бы добавить консультирования разного рода, но это настолько виртуальные услуги, что говорить о них серьезно нет смысла. Так вот, рынок политтехнологий и есть место глобальной конвертации любого вида наличного ресурса.

Стоит ли овчинка выделки?

Предвыборные политтехнологии – так называемые «программы под ключ», предлагаемые украинским политикам «специалистами» всех мастей, в большинстве случаев доказывают свою неэффективность. Например, на последних выборах в Украине ни одна политическая сила, активно «сопровождаемая» эскортом из россиян,  не представила конкретных решений актуальных в Украине проблем. Практически вся предвыборная кампания в Украине была построена на имиджевых принципах. Наши политологи ворчали и ревновали: дескать, «им здесь не жить», а у нас, между прочим, есть свои, которые обходятся дешевле, а работают эффективнее. И еще что-то про пророков в отечестве добавляли драматично. И правы, конечно, и не очень. С одной стороны, наши действительно меньше просят, да и ситуацию знают изнутри, с другой — еще плохо владеют «распальцовкой», щеки надувают неубедительно…  Но и они могут быть затейниками.

Один из самых жизнерадостных проектов на последних выборах — это, безусловно,  блок под названием "Радуга", в котором объединились некоторые представители украинского казачества, гомосексуалисты и пенсионеры. Представляете, на какой платформе могла возникнуть эта общность? Когда Центризбирком Украины не зарегистрировал этот блок, его лидер Михаил Гуцол пригрозил стране революцией: «Поверьте, не 10 тысяч будет и не 100 тысяч в Киеве будет народу, вся Украина поднимется». Е-мое, неужели у нас столько казаков и гомосексуалистов?!

Не имея принципиально ничего общего с россиянами, «Народный Рух Украины» на последних выборах пикетировал посольство России. На лозунгах — протест против вмешательства российских политтехнологов в предвыборный процесс на Украине. По мнению руховцев, именно россияне научили украинцев многим приемам вроде дублирования партий с одинаковыми названиями. Черномырдин сильно удивился и выдал очередной афоризм: «Мы виноваты, что у нас есть грязные технологии. А то, что они перенимают наши грязные технологии, это пусть они сами разбираются». Но и «титульную нацию» тоже просили за базар ответить, то бишь, немедленно вернуть в украинский эфир российские телеканалы.

Но всех специалистов заткнула за пояс не прошедшая, к сожалению, в Раду (а жаль! — имели бы свою Чичолину) Елена Солод из Запорожья. Елена была настроена очень решительно, регулярно раздеваясь в прямом эфире,  («Я — это отображение реальной жизни — не приукрашена, не лицемерна, а просто я естественная. Я пытаюсь расслабиться и получать удовольствие»), но непродвинутое население не оценило красоту, которая могла спасти если не мир, то хотя бы Запорожье.

Бойцы невидимого фронта

Итак, кто они, эти бойцы невидимого фронта? Абсолютно разные люди. Существует  устоявшаяся классификация, которую мы не сочтем за труд привести. Конечно, это «люди из прошлого», ранее обслуживавшие советскую идеологическую машину — всякого рода лекторы-пропагандисты, преподаватели, психологи и проч. Слабое место: Гости из прошлого любят щеголять своими знаниями философии, социологии и культурологии, а их постулаты мучительно напоминают институтские лекции по марксизму-ленинизму. Внешний стиль поведения строится на акцентировке собственной значимости, строгой иерархичности по принципу  «вы-же-понимаете-с-кем-имеете-дело».

Полная противоположность им — «дженерейшн пи». Лучшая иллюстрация — известная одноименная книга Пелевина. Как правило, представители этой генерации — выходцы из крупных корпораций, комсомольских структур, рекламного бизнеса, успевшие поучиться за границей и знакомые с западными технологиями. Слабое место: они не озабочены проблемами внешней аффектации, но достаточно циничны, быстро калькулируют и понимают значение связей и «крыши».

«Интеллектуалы». Для них политические игры — продолжение интеллектуальных авантюр высокого класса. Представители этой группы сильны хорошим базовым образованием, обладают мощным креативным ресурсом, широко используют последние достижения и методики психологии, социологии и пр.  Слабое место: иногда они перегибают палку по части изощренности и экспериментов. В результате происходит то, что в русских народных сказках называется «сам себя перемудрил».  

«Творцы». Ресурсом этого направления являются бывшие работники СМИ, то есть журналисты, для которых пропагандистские технологии — вопрос профессии, в которую они давно включены. Соответственно, излюбленным инструментом этой категории является организация всевозможных тусовок, пресс-конференций, круглых столов. Слабое место: поскольку они, как правило,  «слуги двух господ», размеры уважения к ним прямо пропорциональны чину и должности.

"Лапердосы" – резервы их зиждутся на необразованности их клиентов. В последнее время их не жалуют, подозрительно вглядываясь в стоптанные башмаки и битые «Жигули», на которых они разъезжают. Как правило, подбирают крошки с барского стола коллег и радуются заказам из провинции.

Конечно, эта классификация весьма условна, и при желании можно выделить «подтипы».

Все пиар-агентства получают свой особый статус простым прибавлением прилагательного "политический", а затем и «приписку» к определенному рынку. В их досье — послужной список участия в избирательных компаниях, но не надо обольщаться: по большей части, он липовый (участие конторы, скажем, ограничивалось выпуском маек и значков).

Понятно, что все это возможно в условиях неорганизованного профессионального рынка. Но сами действующие лица этого признавать не хотят и на профессиональных конференциях вовсю щеголяют заимствованными докладами и терминологией, которая больше напоминает описание военных действий, нежели интеллектуальные игры.В кулуарах они любят жаловаться, что заказчики — кретины, конкуренты пользуются исключительно черным пиаром, а электорат — неадекватные свиньи, реакцию которых просчитать весьма тяжело. Другие разговоры — о создании стандартов в профессии и необходимости строить рынок «без дураков» — не в моде.

Украинские специалисты пока стесняются называть себя политтехнологами и настаивают, что они политологи. Конечно, не пойман — не вор, однако существует логика вещей, и за зимой, как известно, всегда следует весна и лето.

Дядя, кем вы работаете?

В России все проще: там наличие политтехнологий признают не только непосредственные мэтры жанра (Павловский, Щедровицкий, Островский, Минтусов, Попов, Ситников, Кошкин, Катеев совершенно не скрывают, что они занимаются не анализом, а «сценарным консультированием»), но и сам президент Путин: «Политтехнологии - это только инструмент для достижения каких-то тактических целей тех или других политических сил. Причем эти инструменты могут быть цивилизованными или совсем другого свойства. А то, что эти политтехнологии не являются детищем Российской Федерации, вы это прекрасно знаете».

Впрочем, их услугами широко пользуются и у нас, в Украине. Например, не кто иной, как господа Петр Щедровицкий и Ефим Островский внушили известному нашему олигарху, что КОП («Команда озимого поколения») — это беспроигрышный вариант. Более того, олигарх был далеко не первым, к кому они приставали с подобным предложением. Говорят, Марат Гельман так охарактеризовал ситуацию: «Они, как акын: всю жизнь поют одну песню, но зато поют ее лучше всех». Короче, исполнение пришлось по сердцу в Украине. В результате были проданы яхты, заводы, дворцы, пароходы, но 4% барьер так и не преодолели. Теперь лидеры КОПа  жалуются на технологов и говорят, что они их сильно подвели…

Все вышесказанное вовсе не означает, что политтехнологи нужны только во время выборов. Свою кропотливую, нелегкую работу кротов и пропагандистов ребята ведут неустанно день и ночь. Украинский сайт «Темник», по слухам, заказ нашей лидирующей партии и куется он в недрах команды Марата Гельмана. Но вряд ли россияне придумали следующую «остроумную» акцию: в почтовые ящики жителей Украины почтальоны стали доставлять глянцевые открытки, на которых изображен Виктор Ющенко и от его имени изложено требование скорейшего ареста Юлии Тимошенко. Из того же разряда нашумевший новостийный сюжет «1+1» «о яйцах» и Викторе Ющенко, озвученный в эфире редактором «Эпицентра» Ярославом Ерофеевым — говорят, остальные журналисты отказались знакомить страну с новостями такого рода.

Сколько бы мы не ругали политтехнологов – профессия эта вечная. Просто в разные времена их называли по-разному — интриганами, иезуитами и пр. И лукавит большой любитель живописи, галерист, а также специалист в области «сценарного консультирования» Марат Гельман (кстати, отец нашего героя, Александр Гельман, написав десятки пьес вроде «Заседание парткома» и «Премия» тоже был неслабым специалистом в области политтехнологий), когда утверждает, что «Путину на следующих выборах политтехнологи могут и не понадобиться». Еще как понадобятся! Пока есть обе стороны баррикад (электорат и вожди), всегда найдутся желающие «погреться у чужого огня».  

Советы начинающим

Что бы там ни придумывали пришлые и местные пиарщики, но народ в Украине специфический и не так просто взять его заумными технологиями. Во-первых, следует посмотреть правде в глаза: абсолютное большинство населения страны политикой (и выборами в том числе!) совершенно не интересуется. В этом мы ближе белорусам, нежели россиянам. Впрочем, и в России исключительный патриотический подъем и интерес к личности Путина — прорастает, скорее, на территории Садового кольца и щедро «поливается» пиарщиками-журналистами.

Пора забыть еще об одном мифе: для голосующих имеют значение политические программы. Ничего подобного! Спросите у любого человека на улице: чем отличается программа партии «Х» от программы их политических противников партии «Г»? И вы поймете: никто сроду не вчитывался и не вдумывался в тексты, которые за большие деньги сочиняются … этими… (Господи, прости!) политтехнологами. Для народа важно: поддерживает кандидат власть или борется против нее. Поддерживает — ворюга, борется против — Илья Муромец.

Глупо в листовках указывать звания и регалии (умных у нас не любят и не полюбят никогда), в случае молодости «подопечного» дату рождения лучше не указывать. И вообще, лучше обойтись без биографии — подробности героической жизни депутата мало кого волнуют. Кроме всего прочего, «тост должен быть кратким, как выстрел»: никаких «мыслию по древу»: 10 фраз — это максимум, что способен прочесть избиратель крупным шрифтом. Фразы должны быть все ругательные, в конце обещайте бабам цветы, детям — мороженое, негодяям — по фейсу. Нет смысла также ругать Президента — скучно. Все и так все знают.

Сегодня на Петровке или в академических книжных лавках можно купить блестящие работы по политтехнологиям. Но, мне кажется, акция преждевременна. Пока что следует запомнить (записать, выучить — нужное подчеркнуть) только несколько нехитрых истин.   Итак, на чем можно «обломаться»?

— проблемы с устранением конкурента часто решаются просто — снятием с регистрации: так что водка без пива — деньги на ветер;

— выборы — не лучшее время для начала сотрудничества со СМИ — станьте своим человеком в редакциях и телестудиях еще задолго до того, как конкуренты, начнут вытягивать кошельки из старомодных карманов; стабильность — признак мастерства;

— на всякий случай всегда следует помнить, что публичные выступления политиков по радио и на ТВ никто не слушает — кроме политологов, озабоченных журналистов, мазохистов и просто не очень здоровых людей.

P.S. Люди, читающие умные учебники по коммуникациям и политтехнологиям, наверняка скажут, что уровень этого материала совершенно не соответствует  даже университетскому.  И будут правы. Отчасти. Потому что говорить серьезно на эту тему в контексте Украины пока преждевременно и немножко комично. Ибо все, что происходит — это не вышивание крестиком, и даже не работа топором. Это коммунальная история с пьяным дворником, неуплатой за телефон и сварой с утра в очереди у сортира.

Комментарии:

Юрий Левенец, замдиректора Института политических и этнонациональных исследований НАНУ:

Отечественные структуры, которые специализируются на политических технологиях, вовсе не афишируют свою деятельность. Почему?

Эта работа связана с конфиденциальной информацией. Кодекс чести политтехнолога предполагает осторожность в обращении с информацией плюс собственную скромность. Это касается как взаимоотношений с клиентом, так и отношений между политтехнологами. Такой подход формирует определенное отношение к жизни. С другой стороны, в этой работе важен элемент личного доверия. То есть, для того, чтобы вы начали работать, к вам должен кто-то обратиться за помощью. А клиент обращается только в том случае, если вас порекомендовал ему человек, мнению которого он доверяет. Что же касается самого рынка политтехнологий, то за три последних года он продвинулся в Украине семимильными шагами. Есть достаточно грамотные люди не только в Киеве, но и в Харькове, Днепропетровске. Они успешно работают по своим методикам.

Почему вообще родилась мысль заняться политтехнологиями?

Я работал в этой сфере с 1988 года. И первые мои выборы - это выборы товарища Ивашко (секретарь ЦК КПУ - ред.) по Дарницкому избирательному округу. Тогда существовали разные подходы. И мне было просто интересно с точки зрения ученого: а есть ли вообще некие закономерности в этом процессе? Я видел весь тот хаос и суету, и мне не было понятно, можно ли это как-то формализовать. Вспомните то время. Что-то уже начало меняться. Но еще сильны были традиции старшего поколения, которое формировало политическую культуру. Явка избирателей – 99,9%. Пресловутый Баумановский избирательный округ Леонида Ильича Брежнева…Занялся поиском специальной литературы, которой тогда, естественно, не было. Перечитал Драйзера «Финансист», «Стоик», «Титан». Вот, собственно, первый роман о политических технологиях. Затем появилась публицистика и научная литература на эту тему. Было интересно. Потом у меня были первые практические работы. В том числе, и на коммерческой основе. На отечественном рынке политтехнологий сложились некие корректные отношения. То есть люди не переходят на личности, невзирая на то, что работают с разными структурами. Это то, чего не было еще несколько лет назад. И это, с моей точки зрения, очень правильно. А если уже война, то война.

Какие у вас приоритеты в работе с политиками?

В политике крайне важно быть человеком, который умеет творить. Творчество – сугубо индивидуальный процесс. И если это не опирается на некие основания, то начинается противостояние, попытки создать хаос. То есть то, что мы видели в Верховной Раде в конце 2002 года. Зачастую каждый человек, имеющий любое образование, говорит, что он уже политик. У нас также  осталось позитивистское отношение к власти. Позитивизм родил марксизм: как построим коммунизм, заживем все счастливо… когда-нибудь. А когда я – хороший – получу власть, все проблемы мигом «порешаю»! Такая модель мышления у нас, увы, ещё существует. Лично мне ближе другое основание - экзистенциальное отношение к власти, давно уже установившееся в Европе. Суть его в том, что власть – это всегда проблема. Потому что именно в ней сталкиваются интересы. А интересы будут до тех пор, пока существует человек. Не ждите идеальной власти! Не будет её никогда! А проблемы надо решать. Профессионально. Не смотрите на власть как на самоцель. А работайте! Каждый на своем месте. В меру возможностей и личных способностей. У нас в политике есть люди, которые давно разделяют такой подход. Вот, собственно, для меня это и есть приоритет. Меня радует, что серьезные люди в Украине уже хотят системно строить избирательную кампанию, строить свою работу как выборного лица. Политика — это труд…