Михаил Чечетов: Если не выйдем на более высокую цену по «Криворожстали», значит, собственники доплатят разницу Галина Каплюк, «Главред» Глава Фонда госимущества Украины Михаил Чечетов один из немногих, кому удалось остаться в своем кресле после прихода новой власти.

Пока…он нужен ей, и совсем не профессионализмом, наличие которого, судя по всему, не так важно в последних кадровых перестановках. Скорее всего, ценны именно знания Михаила Васильевича, чтобы оперативно провести «работу над ошибками» процесса приватизации последних лет. Ведь глава ФГИ может пролить свет на многие нюансы купли-продажи предприятий и «слабые стороны» их нынешних владельцев.

О последних тонкостях приватизационного «реверса» новой власти в беседе с Михаилом Чечетовым.

Михаил Васильевич, как вам удалось удержаться на своем посту при новой власти?

Я работал и работаю государственным менеджером. Я не занимаюсь активной политикой.

И все-таки, почему вас обошла волна массовых увольнений чиновников старой команды? Новая власть нуждается в ваших услугах?

Вопрос целесообразности пребывания меня на этой должности решает высшее руководство страны. Если оно считает, что мой профессиональный уровень и знания нужны сегодня для работы на этом серьезном направлении, значит, я буду работать дальше. Если руководство страны посчитает целесообразным сделать замену, поставить другого профессионала или политика, оно сделает это.

Фонд госимущества ожидает реорганизация?

Мы уже провели у себя реорганизацию в части резкого усиления блока ФГИ, который занимается вопросами корпоративного управления и управления госсобственностью. Смещены акценты сейчас в большей степени на управление.

Ведь у многих Фонд госимущества ассоциируется с ведомством или министерством, которое занимается продажей госсобственности, приватизацией. Тогда возникает вопрос, а почему же люди, которые стояли у истоков его образования в начале 90-х годов, не назвали Фонд приватизации? Наверное, они были не глупые и понимали, что под крышей Фонда наряду с вопросами приватизации будут решаться вопросы управления. Эти две составляющих в работе Фонда всегда присутствовали. Другое дело, что на определенном этапе превалировало приватизационная составляющая, сейчас она потихонечку будет уменьшаться, а управленческая будет превалировать.

Признаете ли вы продажу «Криворожстали» как свою ошибку?

Сейчас идет судебный процесс, поэтому суд примет соответствующее решение. Я думаю, оно будет принято в части проведения нового повторного конкурса. Поскольку есть твердая позиция Президента, премьер-министра в отношении целесообразности возврата этого предприятия в госсобственность для последующего проведения нового максимально публичного и открытого конкурса, куда будут привлечены инвесторы с дальнего и ближнего зарубежья с тем, чтобы за счет повышения конкуренции выйти на максимально высокую цену. Думаю, решение суда будет позитивным в части возврата предприятия в госсобственность и проведения нового конкурса.

На каких условиях для нынешнего владельца предприятия будет осуществлен возврат «Криворожстали» в госсобственность?

Виктор Андреевич неоднократно говорил о том, что в бюджете деньги не закладываются на то, чтобы возвратить их собственнику. Президент и премьер-министр подчеркивают, что решение будет вынесено в правовом поле, и будет оно максимально цивилизованным. А цивилизованность подхода требует, прежде всего, компенсации инвестору. Но компенсация в бюджете не закладывается и может быть получена только за счет проведения нового конкурса и денег от повторной продажи. Скорее всего, право такое будет предоставлено и действующим собственникам. Если не выйдем на более высокую цену, значит, они доплатят разницу. Если конкурс выиграет кто-то другой, значит, он должен будет компенсировать соответствующей суммой.

Какие компании уже заинтересовались покупкой «Криворожстали»?

Интерес к этому предприятию не угасал.

Вы могли бы назвать основных претендентов на покупку?

Думаю, ими будут те же, кто и раньше заявлял об этом. Российские структуры в том числе. Но я не хочу персонифицировать.

Однако, говорить – это одно, а выкладывать реальные деньги – совершенно другое.

Руководство страны заявило о реприватизации предприятий. Это будет реприватизация с последующей перепродажей или национализация?

Президент страны неоднократно подчеркивал, что массовая реприватизация, массовая национализация никогда в Украине не будут возведены в рамки государственной политики. Второе: Виктор Андреевич говорил, что возврат в госсобственность отдельных предприятий – это скорее исключение из правил. И третье: Президент подчеркивал, что 99, 9% приватизации прошло нормально, она состоялась, пришли новые собственники. По отдельным объектам, где будут выявлены какие-то нарушения процедуры, будут приняты соответствующие решения судов. Но это будут отдельные объекты. Обратного реверса в крупном плане не будет. Реприватизационный конвейер в Украине никогда включен не будет. Процесс будет идти только в одну сторону - дальнейшей приватизации.

Кстати, мы не афишируем свою работу, но Фонд госимущества постоянно контролирует, как инвесторы выполняют инвестобязательства. Мы разорвали 150 договоров, вернули в госсобственность, потом повторно продали. По 200 объектам мы судимся, 10, 5 тысяч договоров на контроле. Эта работа будет и дальше проводиться.

То есть, предприятия не будут оставаться в госсобственности, а будут перепродаваться?

Это решение будет принимать правительство, но, скорее всего, они будут выставлены на повторный конкурс. Снова-таки, ссылаясь на последнее заявление Президента о том, что в бюджете на выкуп в случае национализации денег нет. Значит, объект должен быть по новой перепродан более эффективному собственнику, на более высоком уровне конкуренции.

Прокомментируйте конфликтную ситуацию вокруг облэнерго?

Это сугубо корпоративные конфликты между отдельными акционерами, что еще раз подчеркивает довольно невысокий уровень корпоративной культуры у нас. Но это болезнь роста, и с каждым годом уровень культуры будет выше.

А конфликтные ситуации между акционерами должны решаться, как в любом цивилизованном обществе, – через суд, а не методом самозахвата или силового вмешательства, что не делает чести самим собственникам и негативно сказывается на инвестиционном имидже Украины.

Как вы считаете, государство должно вмешиваться в этот конфликт и примирять конфликтующие стороны?

Государство не должно способствовать тому, чтобы с использованием бандитских методов происходила смена собственников. Оно должно способствовать, чтобы конфликт корпоративных интересов находил свое решение только в суде.

Но, похоже, наш суд еще не готов к этому. Ведь в ситуации с «Полтаваоблэенерго» уже есть два совершенно противоположных решения суда…

Значит, тогда надо третье. Если есть решение в одну сторону, и в другую, значит необходимо обращаться в третью, высшую судебную инстанцию.

Эксперты отмечают, что инвесторы насторожено восприняли первые заявления новой власти, скажем, о той же реприватизации. Как это отразилось на инвестиционном климате Украины?

Все входит в свою колею, политическая составляющая процесса уже ушла, правительство сформировано. Да, был период, когда политические страсти были накалены, тогда инвестор не старался приходить. Но сейчас ситуация поменялась, активность инвесторов резко возрастает. Возьмем последнюю поездку Виктора Ющенко в Германию, где мы получили кредит в 2 млрд. евро, который взяла хозяйственная структура без гарантий правительства. Разве это не элемент доверия?

Сейчас ситуация стабилизировалась, будет принята новая программа приватизации. Думаю, что поток инвесторов превысит количество желающих поучаствовать в приватизации в прошлом году.