Посол Великобритании Тимоти Барроу: Евросоюз в диалоге с Украиной отталкивается от процессов демократизации Алена Гетьманчук, «Главред» Европейский Союз все же проявил снисходительность к тому, что на момент проведения заседания «тройки» Украина-ЕС на уровне министров иностранных дел в Украине не было министра.

Евросоюзовскую делегацию пришлось принимать и. о. главы МИДа Владимиру Огрызко. Как результат – в Киев отказался приехать Хавьер Солана и до последнего момента был под вопросом визит министра иностранных дел председательствующей в ЕС Германии Вальтера Штайнмайера. Ну а те украинские евроинтеграторы, которые многозначительно указывали на участие Бениты Ферреро-Вальднер (которая, к тому же, намеревалась посетить еще и Донецкую область), вчера  были поставлены перед фактом: комиссар по внешним связям и политике соседства заболела.

Конечно, после решения Совета ЕС от 22 января, которое предусматривает членство Украины в Евросоюзе, подобные жесты могут расцениваться как очередное свидетельство  того, что по крайней мере во время германского председательства Брюссель не намерен делать Киеву поблажки лишь потому, что он задекларировал евпропейский выбор главной стратегической целью своей внешней политики.

Поскольку  с послом страны, председательствующей в ЕС (Рейнхардом Шеферсом) «Главред» недавно общался, мы решили узнать, как оценивает последние перипетии в украинско-евросоюзовских отношениях посол Великобритании в Украине Тимоти Барроу. Тем более, что 23 января – то бишь на следующий день после небезызвестного решения министров иностранных дел ЕС в отношении Украины – британский министр по делам Европы  Джеф Хун выступил в Европарламенте с пламенной речью, чтобы предоставить «стратегические аргументы в пользу расширения ЕС».

Господин посол, накануне министры иностранных дел Евросоюза выдали Европейской Комиссии мандат на начало переговоров с Украиной со следующей формулировкой: «новое соглашение должно оставить открытым вопрос о будущем развитии отношений между ЕС и Украиной». Насколько нам известно, вокруг этого вопроса в Евросоюзе вырисовалось два лагеря – противников и сторонников такого формулирования. В первом, по нашей информации, значилаcь Франция и Испания. Во втором – Польша, Литва, Швеция, Эстония, Болгария, Чехия и Словакия. Где в этой схеме находится Великобритания?

Я думаю, важно то,  что было достигнуто соглашение. Документ представляет собой решение всего Европейского Союза. Во-первых, у нас есть согласие относительно мандата, а это уже немало. Он дает Комиссии полномочия продолжать переговоры, переводить отношения между Украиной и ЕС на новый уровень. Частью этого процесса являются переговоры о создании зоны свободной торговли в Украине, когда Украина вступит в ВТО. И я считаю, что как раз создание зоны свободной торговли является правильным следующим шагом в развитии отношений между ЕС и Украиной, потому что это что-то конкретное и настоящее, что будет влиять на процветание и отношения между Украиной и странами ЕС.

Еще один документ, согласованный в понедельник (22 января –Ред.) – это выводы Европейского Совета, которые  признают европейские стремления Украины и  приветствуют европейский выбор Украины. Также выводы Совета признают прогресс Украины в консолидации  демократии. Я считаю, что в целом соглашение, принятое в понедельник, является позитивным, и что было бы лучше обратить внимание на достигнутые результаты, а не на различные рассказы и предположения касательно того, как мы их достигли.

Но позвольте мне сказать кое-что о расширении ЕС. Нет секрета в том, что Великобритания является одним из сторонников расширения Европейского Союза. В начале прошлой недели британский министр по делам Европы Джеф Хун изложил свое видение стратегии этого расширения. Он сказал, что стратегические  аргументы в пользу расширения и желание держать дверь ко вступлению в Европейский Союз открытой, сильны, как никогда. Почему мы так считаем в Великобритании? Потому что расширение ЕС содействует  процветанию, безопасности, которого ожидают страны-члены ЕС, и их граждане. Это не просто альтруистичная политика, которая проводится, чтобы кому-то сделать подарок. Эта политика выгодна как странам Европейского Союза, так и странам, которые пытаются вступить в него.

Скажите, пожалуйста, могло бы быть формулирование другим, если бы в 2005 году Украина сделала определенный рывок в евроинтеграционном плане: не занималась выяснением того, кто в стране главный по евроинтеграции, не увлекалась подготовкой разных стратегий, которые так и не были обнародованы, и не пыталась создавать новые посты?

Для развития отношений  между Украиной и ЕС и более тесной интеграции Украины с ЕС главное - продолжать демократизацию страны. Это суть дела.  

Соответствует ли действительности информация, что существует увязка между тем, как будет продвигаться переговорный процесс по углубленном соглашении, и тем, как быстро Украина вступит в ВТО? Мы с вами хорошо знаем, что без присоединения к Всемирной торговой организации невозможно начало переговоров по Зоне свободной торговли, но как ВТОшное торможение может сказаться на подготовке самого соглашения?

Само соглашение не зависит от вступления в ВТО. Но, как вы правильно заметили, создание зоны свободной торговли является необходимым условием для вступления во Всемирную торговую организацию. Но успехи, которые Украина достигла за последние шесть месяцев на пути к вступлению в ВТО, являются достойными похвалы. И это действительно значительное достижение, которое поддержали разные украинские партии, показав, как можно объединяться для достижения результатов в вопросах, касающихся национальных интересов.

Насколько мне известно, у представителей стран-членов ЕС, аккредитованных в Украине, на сегодняшний день нет единой позиции относительно того, повысился ли или снизился уровень инвестиционной привлекательности Украины после возвращения в премьерское кресло Януковича? Что считают по этому поводу  в Великобритании?

Со стороны Великобритании существует огромный интерес к инвестиционному рынку Украины. Инвестиции продолжают расти, но должны быть предприняты некоторые шаги для улучшения инвестиционного климата в Украине, люди должны быть уверенными, что их инвестиции вернутся, они должны быть уверены в их безопасности и в стабильности законодательства. Инвесторы также должны быть уверены, что будут приниматься меры по уменьшению уровня коррупции. Это не новые вопросы. Но они являются жизненно необходимыми для улучшения инвестиционного климата в Украине.

То есть британские бизнесмены, работающие в Украине, не часто плачутся вам в жилетку?

Я очень часто вижу британских бизнесменов, и, конечно, они делятся со мной обеспокоенностью по поводу инвестиционного климата в Украине. Те, кто здесь работает, хотят видеть какое-то улучшение, а те, кто лишь подумывают об инвестировании, из-за этого не решаются вкладывать свои деньги. Вы знаете это, я знаю это, и правительство это знает.  

На кого из украинских должностных лиц вы ориентируетесь, когда вам необходимо сформулировать для Лондона внешнеполитическую позицию Украины?

(смеется) Вы должны знать правду о послах – мы встречаемся и общаемся со всеми.

Это понятно, но на кого вы ориентируетесь, когда желаете узнать позицию, в соответствии с которой будут приниматься решения?

Я не думаю, что окончательная внешнеполитическая картина есть в какой бы то ни было  стране.  Везде существуют разные точки зрения.

Мы говорим о первых лицах государства, и если посмотреть на любую европейскую страну, то по ключевым внешнеполитическим вопросам консенсус между президентом, премьером и министром иностранных дел, обычно, существует…

Я думаю, что вы правы, когда подчеркиваете важность вопроса национального консенсуса. Мне кажется, это часть процессов, которые сейчас происходят в Украине. Именно поэтому я разговариваю с очень многими людьми.

В том, что мы от ЕС не получили желаемого сигнала в виде формулирования о европейской перспективе, есть вина Тарасюка, как это пытались доказать некоторые украинские депутаты?

Обсуждение того, что должно быть в мандате, было сделано двадцатью семью странами- членами ЕС. И оно не касалось определенных личностей в Украине. Возвращаясь  к отношениям между Европейским Союзом и Украиной, я бы хотел подчеркнуть, что они отталкиваются от процессов демократизации в Украине.

Перейдем к другой, не менее болезненной для Украины теме.  Как известно,  энергетическая безопасность сегодня является ключевой как для ЕС, так и для Украины. И в Евросоюзе все чаще звучат голоса, что „Газпром” пытается использовать энергетические рычаги в решении политических задач. Озабочены ли британские власти тем, что российский монополист намерен приобрести британскую компанию „Centrica” и к 2015 году завоевать  двадцать процентов британского газового рынка?

Мы считаем, что на энергетическом рынке должны действовать принципы стабильности, прозрачности, надежности и рыночные механизмы. Это касается каждого звена этой цепи: компании поставщика, транзитера и потребителя. Вы правильно заметили, что энергетическая безопасность на сегодня является особенно важным вопросом для всех нас. Но это вопросы энергобезопасности, энергоэффективности и безопасности климата. Я думаю, что нам всем нужно рассматривать эти вопросы вместе.

Вы какие-то консультации с украинскими коллегами на сей счет проводите – как-никак  у них опыт взаимодействия с „Газпромом” намного больше?

Я  общаюсь с украинцами на тему энергобезопасности, энергоэффективности и безопасности климата.

Скажите пожалуйста, после встречи с премьером Виктором Януковичем, у вас сложилось впечатление, что его позиция по НАТО только тактически отличается от позиции  Президента Ющенко? Или же у них разное видение?

Премьер Янукович четко высказал свою позицию относительно НАТО в Брюсселе прошлого года. Он тогда сказал, что Украина будет работать в этом направлении, как в рамках НАТО, так и в рамках двусторонних отношений с членами альянса. Оборонная реформа в Украине проходит достаточно серьезно и набрала больших оборотов. Но также важным есть установление взаимодействия со странами-членами альянса. Мы должны работать вместе и проводить миротворческие акции в разных уголках мира. За прошлые годы Украина приняла участие во многих таких мероприятиях, и мы должны еще больше делать вместе.

Что касается вступления и членства Украины в НАТО в будущем, у меня нет права говорить, что Украине делать в этом направлении – это должно решать ваше правительство.

Но самый оптимальный вариант?

Самый оптимальный вариант – Украина должна достичь национального консенсуса. Но я бы хотел подчеркнуть, что мы должны работать в этом направлении вместе.

Скажется ли на восприятии Украины в ЕС и НАТО отставка Бориса Тарасюка?

Дело не в личностях, а в политическом курсе. И, как я сказал ранее,  ключевым вопросом в отношениях Украины с ЕС и НАТО является прогресс в развитии демократии.