Адвокат семьи Кушнаревых Вячеслав Стовба: «Подвергаю сомнению личность стрелявшего в Евгения Петровича» Яна Солдатенко, Харьков, для «Главреда» Упорно ходят слухи, что дело Кушнарева «спустят на тормозах»

Почти полгода идет следствие по делу об убийстве нардепа и экс-губернатора Харьковщины  Евгения Кушнарева, а известны лишь отдельные разрозненные предположения и ни одного достоверно доказанного факта, который был бы обнародован.

Последнее заявление, которое сделал прокурор Харьковской области Василий Синчук,  мол, есть основания полагать: нардеп был ранен рикошетом – вызывают, мягко говоря, легкое недоумение.

Потерпевшую сторону – дочь Евгения Петровича Татьяну Евгеньевну и его сына Андрея Евгеньевича – в  уголовном деле об убийстве их отца представляет адвокат, член Союза адвокатов Украины Вячеслав Григорьевич Стовба. Он представлял интересы Евгения Кушнарева на протяжении последних десяти лет в разных правовых коллизиях. В 1997 году это был иск «Громады» о защите чести и достоинства партии и взыскании с Кушнарева полумиллионной компенсации (в иске было отказано); в конце 2004-начале 2005 года – иск Ярослава Ющенко о незаконности избрания Евгения Кушнарева председателем Харьковского облсовета (в иске отказано). Стовба защищал Кушнарева в «деле о сепаратизме» и деле о превышении служебных полномочий в связи со строительством в Харькове двух станций метро (прекращено за отсутствием состава преступления). «Думал ли я, что моим последним делом, связанным с моим доверителем, будет дело о его убийстве?», - сокрушается Вячеслав Стовба. Теперь он созвал пресс-конференцию, чтобы рассказать журналистам следующее:

- Мы занимаем совершенно самостоятельную уголовно-правовую и уголовно-процессуальную позицию по этому делу, - рассказывает адвокат. – Попросту говоря, мы самостоятельно, вне зависимости от следствия, определяемся в обстоятельствах дела и делаем все возможное, чтобы были установлены его реалии. В настоящее время следствие не закончено, и поэтому стоит воздержаться от поспешных выводов. Прокурор Харьковской области Василий Синчук мне известен как профессионал высокой руки, и он тоже заявляет, что впереди еще будут следственные действия. Точку над i ставить рано. Пока что я могу рассказать о той позиции, которую сегодня занимает потерпевшая сторона.

16 января, когда был ранен Евгений Петрович, сразу было возбуждено уголовное дело против Дмитрия Завального по статье УК, которая предусматривает ответственность за причинение телесных повреждений по неосторожности. На следующий день прокурор переквалифицировал дело по другой статье – убийство по неосторожности. И я сегодня вам говорю об убийстве Евгения Петровича.

Какие моменты в ходе расследования вызывают сомнение у потерпевшей стороны?

На сегодняшний день, я вам заявляю, что невозможно считать доказанным место смертельного ранения Кушнарева.  Нет достоверных данных, сколько было участников этого события. У меня также есть сомнения во времени происшедшего! Еще не установлено, кто стрелял, как стрелял, механизм смертельного ранения, виновность и мотивы стрелявшего. Сегодня проводятся необходимые экспертизы, чтобы это все выяснить.

Какие именно?

В этом деле получается так, что участники событий и свидетели – одни и те же люди. Понимаете всю сложность установления действительных обстоятельств происшедшего? Но кто бы из них что ни говорил следствию, все равно, остались объективные следы преступления, а именно: раневой канал, его направленность, следы на одежде потерпевшего, входное и выходное отверстия и их проекция по отношению к туловищу. Откуда вошла пуля: сверху вниз или снизу вверх? Справа или слева? Только по этим данным можно объективно судить, откуда был сделан выстрел, и определить способ, как он был произведен. Сейчас производятся экспертизы, чтобы это все установить. Это обычные, классические  экспертизы. Потом выводы сводятся воедино, и до настоящего времени точка в этой работе не поставлена.

И поскольку мы не считаем установленными обстоятельства преступления, потерпевшей стороной заявлено ходатайство о мониторинге мобильных средств связи. Мы считаем, что такой мониторинг поможет установить место, откуда были звонки, по интенсивности разговоров можно будет судить о времени ранения Евгения Петровича. Распечатка разговоров  позволит определить, кто еще из абонентов связи тоже может быть допрошен в качестве свидетелей. И таким образом круг свидетелей расширяется! А пока что, повторяю, поскольку это очень важно, участники и свидетели события – одни и те же лица. Поэтому мы с  нетерпением ждем результатов такого мониторинга.  

Мониторинг уже проводится?

Наше ходатайство удовлетворено, мониторинг проводится, но еще не закончен. Мы подали ходатайство  в конце апреля, но следует учесть, что для того, чтобы получить информацию у операторов мобильной связи, нужна санкция суда. Думаю, результаты мониторинга будут известны к концу месяца.

Нынешняя версия – насчет рикошета – насколько правдоподобной вы ее считаете?

Скажем так: я не считаю ее доказанной. Выстрел был произведен из итальянского карабина Бенелли-Арго. Особенность этого оружия, насколько мне известно, в том, что пуля, выпущенная из него, обладает колоссальной силой. И если – я говорю «если» - был рикошет, а дальность убойной силы этого ружья 3 км, то на расстоянии 100 метров от чего же, каким образом должна была отрикошетить пуля, чтобы поразить Евгения Петровича по тем углом, под которым находится его раневой канал?! Словом, следствию нужно, прежде всего, установить место рикошетирования. Затем баллисты могли бы установить угол рикошета пули. Следствие должно сравнить путь пули и ход раневого канала. Я ответственно заявляю: до сих пор этого не сделано.  

Я полагаю, что необходимо привлечь специалиста, помимо проведения этих всех экспертиз, - специалиста-ружейника, зарубежного или отечественного, который бы определил по характеристике раны, что это был рикошет. Возможно, будет необходимость трансформировать такую консультацию в оружейную экспертизу, чтобы отработать версию, а был ли вообще рикошет?  Следствие также должно установить все признаки рикошетирования не только со стороны Завального, но и с противоположной стороны, в округе, установить, а нет ли скола на деревьях, других предметах.

Далее. До сих пор мы говорили о нарезном оружии, из которого был произведен выстрел, а ведь участником событий был не только Завальный, который, по его утверждению, стрелял из Бенелли-Арго. А чем были вооружены его спутники? Полет пули из гладкоствольного оружия имеет иные особенности, и все оружие, бывшее в наличии, должно быть обследовано.

Будете ли вы ходатайствовать о привлечении профессионала-оружейника?

Да, я планирую заявить ходатайство, чтобы привлечь специалиста, который бы дал характеристику особенностям Бенелли-Арго. А уже по его выводам возможно назначение судебной оружейной экспертизы.

Установлено ли точное количество участников происшествия?  

Это еще подлежит установлению. Возможно, их число увеличится – это может показать мониторинг средств связи. Я повторяю, на сегодняшний день говорить о действительных обстоятельствах дела еще рано. Потерпевшая сторона, насколько это возможно, участвует в установлении этих обстоятельств. К тому же до настоящего времени один из участников события - не могу сказать, кто именно, это тайна следствия – еще не допрошен в качестве свидетеля. И этот свидетель находился в месте, противоположном тому, где был Завальный.

Вячеслав Григорьевич, это дело является уникальным или вам известны аналогичные случаи в нашей криминалистике?

Уникальность этого дела состоит и в личности потерпевшего, и в обстоятельствах самого дела, и в его расследовании, которое стоит на особом контроле в Генпрокуратуре. Что касается его обстоятельств…Один знакомый адвокат сказал мне: «Перефразируя известное выражение, на охоте как на охоте». Я с ним не согласился. Те обстоятельства, о которых я вам говорил, позволяют усомниться в квалификации действий Дмитрия Завального, но – давайте доживем до понедельника. То есть до окончания следствия…

Если человек не целился в пострадавшего, но выстрел оказался роковым, можно ли это считать убийством?

Говорю вам как профессионал – да. Это могло быть убийством по неосторожности, косвенным убийством (стрелявший допускает, что он может ранить другого человека). Но если стреляющий не видит другой номер, то по правилам охоты он не вправе стрелять! Если человек не целился, то это не означает отсутствие вины. Все зависит от обстоятельств.  

Вы ознакомлены со всеми материалами дела?

Со всеми материалами ознакомлена только следственная группа. Как представитель потерпевшей стороны я знаком только с частью материалов дела. Так же, как и защитник Дмитрия Завального.

По-вашему, это было умышленное убийство или убийство по неосторожности?

Я уже говорил, что многое на сегодняшний день подвергаю сомнению: и место, и время ранения, и обстоятельства, при которых оно случилось. Подвергаю сомнению личность стрелявшего. Материалы, которые стали известны мне как представителю потерпевшей стороны, не отвечают на те вопросы, которые ставят перед нами объективные обстоятельства! Кто бы и что из участников дела ни говорил! Вот когда будут проведены все экспертизы, я дам ответ на ваш вопрос. То, что это убийство, у меня сомнений нет.

Как вы считаете, следствие проводится добросовестно?

Данными о фальсификации материалов дела наша сторона не обладает. Я знаком с руководителем и членами следственной группы. Это хорошие профессионалы, следователи высокой квалификации. Никто из следствия на сегодняшний день не дал мне повода усомниться в своей добросовестности, иначе я бы уже ходатайствовал об изменении следственного органа.

Могут ли с Дмитрия Завального быть сняты обвинения в убийстве?

Я, как и адвокат обвиняемого, присутствовал при воспроизведении Завальным обстоятельств того происшествия. Не раскрывая вам сути его показаний, могу сказать: поверьте мне, то, как он воспроизводит обстоятельства своих действий, куда и как он стрелял, противоречит объективными обстоятельствами, о которых я вам говорил, - раневой канал, повреждение одежды и т.п. Поэтому я и говорю: нужно тщательно осмотреть всю округу, определить, кто и где стоял и из чего стрелял.

Ну, а если с Дмитрия Завального все-таки будут сняты обвинения, какими будут действия потерпевшей стороны?

У меня хватит ума, характера и знаний, а у потерпевших хватит доверия, чтобы принять правильное решение. Если дело прекращается – я сейчас говорю безотносительно к данному расследованию,  – то потерпевшие вправе в судебном порядке обжаловать законность его прекращения в судебном порядке, затем в Генеральной прокуратуре Украины.

Сколько же все-таки пулевых ранений на теле Евгения Кушнарева?

Анализ той информации, которой я владею, и того, что заявил Василий Синчук, позволяет сделать вывод о том, что раневой канал один.

Обвиняемый сейчас в СИЗО?

Нет, он выпущен под подписку о невыезде.

Сколько времени может уйти на полное расследование этого делал?

Не могу вам сказать. А если мониторинг даст повод предполагать, что это было не то место и не то время происшествия, что между происшествием и временем приезда Евгения Кушнарева в больницу прошел вооот какой промежуток времени (я это тоже допускаю)?.. Кто и что делал, к примеру, три часа? Предстоит выяснять. Это все мои предположения, моя версия. Украинские адвокаты не имеют таких прав, как их коллеги за рубежом, – допрашивать свидетелей, назначать экспертизы и так далее. Я могу только собирать сведения, могущие указать на реальные обстоятельства происшествия, и я это делаю.