Ющенко спутал карты Адамкусу? Александр Шахов, Вильнюс, для “Главреда” Президент Литвы Валдас Адамкус вернулся из своей двухдневной поездки в Крым больше недели назад, а отголоски от этого визита не утихают в Литве до сих пор

Причина, по которой очередной и уже привычный контакт литовского и украинского лидеров вызвал особый резонанс, и не только в Литве, - это впервые упомянутая в Киеве возможность для Украины подключиться к проекту строительства будущей общерегиональной атомной электростанции.

Палочка-выручалочка для всего региона

Идея замены старой Игналинской АЭС, которая должна окончательно (сейчас там работает только один реактор, второй был заглушен в конце 2004 года) прекратить свою деятельность в конце 2009 года, новой станцией обсуждается в Вильнюсе вот уже несколько лет. Чем яснее становилось, что Брюссель не настроен идти на попятную: изменять одно из главных условий вступления Литвы в ЕС – закрытие АЭС советского образца - и разрешать продление работы Игналинской АЭС, тем громче были голоса сторонников строительства новой станции.

Когда встал вопрос о закрытии Игналины, литовские специалисты просчитали возможные последствия этого шага для экономики страны и пришли к выводу, что они будут далеко не катастрофическими. Поскольку уже на тот момент Вильнюс обладал собственными достаточными мощностями по производству электроэнергии, чтобы не зависеть от ее импорта.

Здесь, прежде всего, стоит упомянуть об уже имеющихся Каунасской, Вильнюсской и Электренской электростанциях. Плюс страна постоянно наращивает свои возможности здесь.

Правда, резко подорожавшие на мировых рынках нефть и газ кардинально подкорректировали предварительные расчеты.

Сегодня строительство АЭС – удовольствие чрезвычайно дорогое. Поэтому Вильнюс изначально искал единомышленников среди соседей, которым также не очень нравилась перспектива после закрытия литовского производителя дешевой электроэнергии попасть в еще большую зависимость от российских поставок газа.

Литва замахивается на объект, который в одиночку она вряд ли бы когда-нибудь осилила: в проект, общая инвестиционная стоимость которого на сегодня оценивается более чем в 21 млрд. литов (свыше 6 млрд. евро), Вильнюс собирается вложить 7 млрд. литов (более 2 млрд. евро). Чтобы масштабы стройки века были более понятны, стоит сказать, что за все время после восстановления независимости в страну было вложено свыше 28 млрд. литов (8,1 млрд. евро) прямых иностранных инвестиций.

Решить по-соседски

Первоначально Литва начинала проект Ново-Игналинской АЭС со своими балтийскими «сестрами» - Латвией и Эстонией. Попытки же найти взаимопонимание, и, прежде всего, в сфере энергетики, со стратегическим партнером Польшей ощутимого результата не приносили.

Обозреватели в ту пору неоднократно подчеркивали, что контакты литовских и польских руководителей на высшем уровне проходят в атмосфере чрезвычайно дружественной атмосфере. Но все, что касается жизненно важных для Литвы проектов в энергетике (соединение энергосистемы Литвы с электрическими сетями Евросоюза при помощи польского «электромоста») и транспорте (проекты международных автомагистрали Via Baltica и железнодорожной магистрали Rail Baltica), практически не двигалось с места.

Некоторые эксперты считают, что Польша не спешит прокладывать ЛЭП (высоковольтной линии электропередачи) на Литву по той простой причине, что, во-первых, хочет вначале получить субсидии Евросоюза на модернизацию своей энергосистемы, а, во-вторых, Варшава опасается, что через Литву в Польшу хлынет дешевая российская электроэнергия. И это станет серьезной угрозой для мощнейшей польской угольной промышленности, поставляющей сырье на местные ТЭЦ.

Однако с приходом к власти в Польше братьев Качиньских ситуация кардинально изменилась. Осенью 2006-го года Вильнюс и Варшава подписали соглашение о соединении к 2012 году энергосистем двух стран, согласно которому ожидаемая мощность электромоста составит 1000 Мегаватт.

Тогда, в октябре 2006 года президент Литвы Валдас Адамкус признался Литовскому радио, что подписание декларации — это большое достижение после длившихся целых 10 лет переговоров. «Наконец мне удалось договориться с президентом Лехом Качиньским, что это выгодно не только Литве, но и Польше. Ведь мы практически открываем сеть от Скандинавии через страны Балтии в Западную и Южную Европу», — подчеркивал Валдас Адамкус

После прокладки элетромоста хотя бы на бумаге Вильнюс по вполне понятным причинам был крайне заинтересован в привлечении Польши к проекту Ново-Игналинской АЭС, что, к слову, не всегда находило понимание у латвийских и эстонских партнеров.

Глава латвийской энергокомпании Latvenergo Карлис Микельсонс, в частности, тогда заметил: «Мы, компании трех стран Балтии, обладаем исключительными правами на этот проект. Кроме того, у нас есть меморандум о взаимопонимании, который говорит о том же. Этот проект исключительно экономического характера, а не политического».

Шероховатости, судя по прорывающимся иногда замечаниям и поступкам сторон, не изжиты до сих пор. Показательно в этом плане одно из последних событий.

Вильнюс запланировал на 6 июля, на День государства, встречу в Вильнюсе премьер-министров стран, участвующих в проекте. Точнее, потенциально участвующих в проекте. Эта оговорка важна, поскольку на встречу, по результатам которой планировалось впервые документально (и торжественно!) зафиксировать стремление стран Балтии и Польши совместно реализовать важный для всего региона энергетический объект, премьер Польши так и не прибыл. Официальная причина: не пустили внутренние проблемы. Неофициальных – две.

По одной – Польшу не устраивает предложенный Вильнюсом раздел акций будущей АЭС: Литве – 34%, Латвии, Эстонии и Польше – по 22%. Поскольку последняя посредством своего электромоста даст возможность торговать литовской электроэнергией с богатой Западной Европой. По второй – Варшава требует, чтобы ей гарантировали определенный объем поставок электричества.

Добавьте сюда то, что парламентская фракция оппозиционной Центристской партии Эстонии предлагает провести 2 марта 2008 года референдум, на котором всенародным голосованием решить, стоить ли Таллину участвовать в проекте Ново-Игналиской АЭС.

Сами еще не разобрались...

Такое обширное предисловие к рассказу об отголосках украинского вояжа Валдаса Адамкуса необходимо, чтобы понять, почему несколько предложений, сказанных в Киеве, до сих пор комментируют в Вильнюсе. И в соседних странах. В частности, премьер-министр Латвии Айгарс Калвитис выразил озабоченность в связи с тем, что Литва якобы вступила в односторонние переговоры с Украиной.

Между тем информация была следующей.

14 августа литовские СМИ со ссылкой на своих украинских коллег сообщили, что Валдас Адамкус в украинской столице не только подтвердил журналистам, что Киев проявляет заинтересованность в проекте "Игналина-2", но и прямо заявил: украинцы не прочь присоединиться к нему.

Если учесть имеющиеся, скажем так, шероховатости, о которых шла речь выше, то подобное высказывание можно было бы воспринять по-разному. Например, как намек полякам: «отряд не заметит потери бойца».

Поэтому не удивительно, что вскоре ленты информационных агентств и сайты Литвы запестрели уточняющими сообщениями.

«Прежде всего, Украина сразу же сделала запрос о возможностях участия в строительстве третьего реактора - имеются ли определенные критерии, сделали ли мы выбор заранее. Мой ответ был очень ясным - мы полностью открыты для всех компетентных партнеров, которые хотя участвовать в строительстве», - сказал Валдас Адамкус, вернувшись домой.

Премьер-министр Литвы Гядиминас Киркилас посчитал, что точки над «i» в данном случае надо расставить еще четче.

Как сообщило агентство BNS, оценивая возможности Украины принять участие в строительстве новой АЭС в Литве, премьер заявил, что решение должна принять не только Литва, а все государства, участвующие в проекте - Литва, Латвия, Эстония и Польша, однако он добавил, что пакеты акций, объемы электроэнергии по сути уже распределены.

«Мы ждем оценки данных, которые позволят установить, какой мощности может быть АЭС, это тоже очень важный вопрос», - сказал Киркилас. Он утверждает, что теоретически можно рассматривать возможность строительства станции большей мощности, но такое решение должны принять все участвующие в проекте четыре государства. И только после принятия данного решения к проекту могла бы присоединиться Украина.

Гядиминас Киркилас также сказал, что Украина могла бы присоединиться к проекту и в других сферах, например в строительстве: «Есть также возможности подумать о сотрудничестве с Украиной в сфере закупок электроэнергии, есть много сфер, где мы можем сотрудничать».

Но, судя по всему, чем дальше от Вильнюса, тем расставленные точки видятся менее отчетливо. Иначе почему уже на этой неделе литовский премьер вновь возвращается к нечаянно образовавшейся теме?

«Сейчас точно нет речи о том, чтобы Украина была включена в проект в качестве равноправного партнера вместе с другими странами», - цитируют слова Киркиласа литовские СМИ.

Глава литовского правительства сказал, что существуют возможности задействовать в проекте строительства АЭС украинских строителей и других специалистов: «Известно, что в Украине есть такие электростанции и специалисты. Она теоретически может участвовать. Конечно, будут объявляться конкурсы, но этим займется компания, которая будет создана».

По словам Киркиласа, именно эту позицию он представил в минувшую субботу в литовском курортном городке Нида во время встречи с министром внутренних дел Латвии.

Продолжение следует

Скорее всего, об участии Украины в общебалтийском атомном проекте мы еще услышим. Например, в ходе намеченного на октябрь нынешнего года в Вильнюсе саммита по энергетическим вопросам, на который приглашен и президент Украины.

Тем более, что литовская и украинская стороны весьма интересуются и другими совместными энергетическими проектами. Например, возможностью экспортировать украинскую электроэнергию в Литву с 2010 года, когда Игналинская АЭС перестанет давать ток.