Голодомор как яблоко раздора Дмитрий Тымчук, для «Главреда» МИД Украины распространил заявление, в котором резко осуждается выступление представителя России на седьмой сессии Совета Безопасности ООН по правам человека в Женеве Валерия Лощинина.

Как цитирует Центр новостей ООН, он сказал следующее: «На сегменте высокого уровня была поднята тема так называемого Голодомора - массового голода 30-х годов прошлого столетия. Эту трагедию пытались представить как преступление геноцида, то есть целенаправленное уничтожение одной этнической группы населения. Историческая же правда заключается в другом. Жертвами трагических событий тех лет стали миллионы людей разных национальностей бывшего Советского Союза - россиян, украинцев, казахов, татар, башкир».

Не поминай о партнерстве всуе…

Слова россиянина вызвали резко негативную реакцию Киева как призыв не считать Голодомор в Украине в 30-х гг. прошлого столетия геноцидом украинского народа. «В Украине это обращение было воспринято с возмущением. Заявления такого характера, с которыми периодически выступают российские представители, являются, по сути, ни чем иным, как циничной попыткой унизить и опорочить память миллионов наших невинно замученных и заморенных голодом братьев и сестер, стереть даже упоминание об этой вопиющей странице кровавой летописи коммунистического тоталитарного режима», - говорится в ноте МИДа. По мнению руководства украинского внешнеполитического ведомства, «подобные призывы российских официальных лиц являются несовместимыми с задекларированным стратегическим партнерством наших двух стран и подрывают веру в искренность таких деклараций со стороны РФ».

Мне лично импонирует уже тот факт, что украинское внешнеполитическое ведомство хотя бы научилось огрызаться, как это и надлежит МИДу суверенной державы. А не делать виноватую мину по поводу и без оного, в любой ситуации пользуясь принципом «Промолчим, зачем усугублять и ссориться, а там все позабудется». Но в то же время умиляет аргументационная терминология подобных заявлений, учитывая, что признание Голодомора 30-х гг. геноцидом является больной темой для Украины как на внутреннем, так и на внешнем пространстве, и отвечать на отрицание этого Киеву доводится далеко не впервые.

Прежде всего (и это касается далеко не лишь Голодомора), к чему строить обвинение на том аргументе, что, дескать, вы для нас стратегические партнеры, и такое вот себе позволяете? О каком, простите, стратегическом партнерстве речь? Никто не будет отрицать, что связи с Россией имеют для Украины огромное значение. Но, в то же время, данная нота протеста – такая маленькая кроха в их общем потоке по разнообразнейшим поводам, от посягательств на территориальную целостность до недопустимо резких оценок актов вандализма против памятников советским солдатам на Западной Украине, что впору говорить: подобного друга врагу не пожелаешь. И где вы видите стратегию, если даже в таком важнейшем для Киева вопросе, как закупка газа, никакой ясновидящий не предскажет, какие условия или обвинения выдвинет Москва уже завтра, не говоря о сроках в год и более?

Когда иметь свое мнение – роскошь

Но дело даже не в «качестве» партнерства. Упрекая Россию в поведении, недостойном «стратегической дружбы», стоит вспомнить, что в таких же «друзьях» у нас половина Европы и Америки ходит. В свое время увлекательнейшим занятием было наблюдать, как абсолютно непредсказуемо расширяется география нашего так называемого стратегического партнерства, в зависимости от пункта назначения делегаций во главе с первыми лицами Украины. Куда ребята не поедут, так та страна моментально объявляется стратегическим партнером. Помню, жестокое разочарование наступило, когда в то время президент Леонид Кучма полетел в Японию и… не объявил ее очередным «главным другом». Чем же потомки самураев так Киеву не угодили, чем они хуже, например, бразильцев? Аж обидно за Токио. Но все равно впору говорить о своеобразном рекорде: в стратегических партнерах Украины, если только я всех вспомнил, числится 12 держав мира. К примеру, у США в таковых лишь один – Израиль, даже вовсю дружащая со Штатами Великобритания доросла лишь до статуса особого, но не стратегического партнера. Правда, у американцев друг – это не из нашей серии «ляпнул и забыл». Ежегодный бюджет США, в котором на помощь Израилю выделяются миллиардные суммы, и прочая поддержка, от экономической до дипломатической, – яркое тому свидетельство. И хотя, очень даже может быть, статус нынешнего стратегического партнера со стороны Украины Белому дому льстит, но саму Украину он в такой ранг по отношению к себе едва ли когда возведет.

Дружба со всеми, до последнего времени проходящая без серьезных последствий, все же стала играть плохие шутки с дружелюбным и любвеобильным Киевом. Ведь для стратегического партнерства мало усиленно торговать между собой или обмениваться студентами, - куда более важным является согласованное поведение на международной сцене. И вот вам ситуация с независимостью Косово. Один наш стратегический партнер в лице США признает ее и всячески поддерживает, другой – в лице России - придерживается полярной точки зрения, оба вступают в серьезное дипломатическое противостояние. И что делать Украине? То, что мы наблюдаем воочию, - высказываться в том смысле, что согласно каким-то древним нанайским поверьям или чему другому в этой ситуации спешить никак нельзя, и позиция Киева оглашена будет, но в каком-то очень туманном «потом».

Это чисто арабский вариант общения: если араб говорит вам «завтра», это на самом деле означает «когда-нибудь потом, не сегодня», ну, а если вы слышите «послезавтра», то можете смело пожать вашему собеседнику руку и вовсе забыть о его существовании. То есть реально Киев сейчас говорит что-то вроде арабского «послезавтра». И стопроцентная гарантия: если из Украины и выжмут что-то вроде оглашения позиции по Косово, то из того заявления МИДа никакой ухищренный толкователь не поймет, так она признает независимость, или же все-таки нет. В этом случае уже Москва имеет все основания обвинять Киев: мол, на каждом шагу кричишь о задекларированном партнерстве и вечной дружбе, а сам…

Давайте уважать свой МИД!

Конечно, не вина МИДа, что ему приходится впадать в словоблудие. Но главный вопрос: в данной ситуации (то есть исходя из сказанного представителем России на упомянутой седьмой сессии Совета Безопасности ООН), насколько вправе Украина оглашать ноту протеста? Никто не вправе отрицать трагичность событий 1932-33 гг. в Украине, мало какая семья из проживавших в то время в сельской местности не познала их ужас на себе. Моя прабабушка до последних дней своей восьмидесятитрехлетней жизни из всех воспоминаний наиболее ярко рассказывала именно о тех черных днях, так они врезались в ее память. Но в данной ситуации речь идет о сугубо нормативно-правовом аспекте.  

Вспомним, когда Верховная Рада получила на рассмотрение предложенный законопроект «О Голодоморе 1932—1933 годов в Украине», дебаты стояли весьма жаркие. Между тем все можно было свести к главному вопросу, не рассмотренному в документе: дать четкое юридическое определение Голодомору. И уже отсюда плясать. В то же время, требуя от международного сообщества признания Голодомора геноцидом, стоит исследовать это понятие в его нынешнем трактовании ООН.  Конвенция ООН от 9 декабря 1948 г. «О предупреждении преступления геноцида и наказания за него»

дает понятие геноцида, что это «любое из деяний, которые совершаются с целью уничтожить полностью или частично какую-нибудь национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую». Если мы не можем доказать, что истребляли именно украинцев по национальному признаку, а не просто население Украины, то можно говорить, например, об истреблении сельского населения в стране. В любом случае, споров в последнее время по этому поводу хватает. Суть не в этом. Украина в данный момент имеет прямую возможность, раз нынешнее определение геноцида по каким-то причинам юридически не подходит к Голодомору, просто требовать от ООН принятия последнего термина с предложенной Киевом формулировкой.

При этом стоит отталкиваться от того, что уже 15 стран признают факт Голодомора как геноцида украинцев. В иных случаях следует не отрицание самого Голодомора, а именно его признание геноцидом. Если все уперлось в это, и обе стороны имеют баланс аргументов, есть все основания полагать - Киев может выработать и предложить свою трактовку понятия Голодомор, которую бы принял Совет Безопасности ООН. Но только после этого можно говорить о каком-то отрицании понятия, а равно о применении каких-либо санкций и прочих телодвижений. В том числе и о вынесении ноты протеста другой державе. Кстати, в данном случае подобная «неопределенность» Голодомора и требование его признать геноцидом украинцев дает повод полагать, что речь идет о геноциде русских против соседей. Какому государству понравятся такие обвинения?

В любом случае, можно лишь призвать уважать наших дипломатов. МИД хорошо делает свою работу, но давайте же дадим в его руки надлежащий инструментарий, чтобы, как сейчас, не звучали нота протеста, текст которых может вызвать недоумение.