Виталий Бойко: «После референдума мы можем получить авторитарную систему власти, и смешнее всего, что это произойдет по народному волеизъявлению» Виталий Червоненко, «Главред» Конституционный процесс в Украине протекает не так ярко, как обсуждение темы НАТО или баталии вокруг перевыборов мэра Киева.

Однако и на этом фронте есть перемены – парламент может перехватить конституционные инициативы – создать собственную конституционную комиссию. Похоже, что планы Президента в отношении конституционного референдума становятся все более призрачными.

Свой взгляд на ход конституционного процесса, роль в нем парламента и Президента, а также о практике референдумов в Украине в интервью «Главреду» рассказал председатель Верховного Суда Украины в 1994-2002 годах и член созданного Президентом НКС Виталий Бойко.

Виталий Федорович, можете оценить политико-правовую ситуацию в Украине?

Конечно, она чрезвычайно сложна. Меня беспокоит, что главные политики государства говорят о необходимости принятия политических решений ради достижения тех или иных результатов. Власть начинает действовать вне правового поля, руководствуясь не законом, а политической целесообразностью. Право остается на обочине, как инструмент регуляции отношений в государстве отходит на второй план. В общество вбрасываются вызовы, отвлекающие людей от насущных проблем.

Мы почти год промучились с новой Верховной Радой. Теперь на полгода общество отвлекается на мэрскую эпопею в Киеве. Хоть это и региональный вопрос, но все столичные СМИ будут трубить об этом полгода. Если решение ВР о новых выборах вступит в силу, то все информационное поле забьется этим хламом. Кстати, любой судья будет иметь возможность упразднить такое решение. Ко всему этому вбрасывают тему НАТО, которая окончательно всех дезориентирует. А в это время социальные вопросы не решаются, Украина в финансовом плане успешно приближается к пропасти.

Насколько безотлагательна в этой ситуации конституционная реформа, целесообразно ли ее сейчас проводить?

Это проблема не первого и не второго плана, ее нужно решать параллельно со всеми остальными. Мы уже предприняли один шаг конституционной реформы – приблизили государство к парламентско-президентской республике, но остановились на полпути. Все политические силы заявляли о необходимости расширения полномочий органов местного самоуправления и передаче им больших полномочий и финансовых потоков.

Без расширения местного самоуправления об улучшении жизни в регионах говорить нет смысла. Вот тут-то и есть поле для конституционной реформы. По другим направлениям – структуризации власти и определению полномочий ветвей власти тоже можно работать. Но этот процесс должен идти спокойно, без излишних резких движений. Все должно происходить не так, как сегодня. В парламенте идет открытый шантаж относительно принятия тех или иных решений, звучат угрозы заблокировать парламент, если не будут рассмотрены необходимые решения – это кавардак. Нужно, чтобы все действия власти вернулись в правовое русло, чтобы все работали на основе действующей Конституции.

Как можно принимать изменения к Конституции в таком правовом хаосе?

Как на сегодня, то можно обсуждать изменения к действующей Конституции.

Подчеркиваю, можно обсуждать отдельные проекты изменений к конкретным статьям Конституции. Действующая Конституция предусматривает внесение конституционных изменений только через Верховную Раду. Я не могу даже понять, как правомерно можно принять Конституцию на всенародном голосовании. Это нереально, это будет нарушением Конституции. Депутатский корпус должен быть причастен к разработке конституционных изменений, этот процесс нельзя вынести за стены парламента.

Принятие отдельных законов, на основании которых можно будет вносить изменения в Конституцию, далеко не простой и не быстрый процесс. Сначала Конституционный суд должен рассмотреть законопроект на предмет противоречия предлагаемых изменений с разделом о правах и свободах человека. Для первого одобрения такого законопроекта нужно согласие 226 народных депутатов. Если предлагаемые изменения актуальны и необходимы, то на следующей после первого голосования сессии нужно законопроект проголосовать 300 голосами. Можно ли такое количество голосов найти в нынешнем парламенте, я не знаю. Разделение парламента на большинство и оппозицию в этом плане еще ни о чем не говорит. Если будут нормальные конституционные предложения, то 300 голосов может набраться. Если нет, то нужно ждать следующей возможности. Эту процедуру специально так и закладывали, чтобы никто не смог волюнтаристским решением изменить Основной Закон.

У нас есть конституционная инициатива Президента. Он создал НКС и включил вас в его состав. Каково ваше впечатление о работе этого органа?

Честно говоря, я знал, что общественное объединение «Украинский форум» подало предложение о внесении моей кандидатуры в состав НКС. Президент меня туда включил. Но когда на первом заседании НКС я получил учредительные документы, то встревожился, ведь главная идея всего этого была очевидной – подготовка новой Конституции. Я очень сомневаюсь, имеем ли мы право работать над подобным документом.

Больше заседаний у нас не было. Я также не видел наработок рабочей группы, которая определяет концепцию конституционных изменений. Они должны нам показать, как мы хотим «строить мост – вдоль реки или поперек».

С другой стороны, я очень сомневаюсь, что рабочая группа этим вообще должна заниматься. Ведь, в соответствии с Конституцией, разрабатывать такие концепции - дело народных депутатов. Их в первую очередь нужно привлекать, это работа Верховной Рады. Мы, специалисты-юристы и законодатели, можем быть экспертами, помогать рабочей группе, советовать, подавать свои предложения.

Изменения к Конституции должны обсуждаться на самых разных уровнях, это улучшит конечный результат. Будем ждать первых наработок НКС. Если же у меня сложится впечатление, что в НКС мы становимся помощниками нарушения порядка принятия Основного Закона, я из него уйду.

Возьмем, к примеру, судебную реформу. Можно ли ее провести без конституционных изменений, почему все упирается в Конституцию?

Действующая Конституция, действительно, никаким камнем преткновения для судебной реформы не является. Можно спорить с точки зрения полномочий прокуратуры, можно вести споры вокруг Высшего совета юстиции и по другим вопросам. Но все эти недостатки можно решить на законодательном уровне путем внесения изменений в законы, а не в Конституцию. Что нам мешает принять закон о предварительном досудебном следствии или внести изменения в закон о судоустройстве? Возникает проблема введения Суда присяжных. Если будет принят соответствующий закон, то все процедуры функционирования суда присяжных можно прописать, не нужно для этого кроить Конституцию.

Не могу сказать обо всех разделах Основного Закона, но что касается вопросов судебной власти, то все проблемы можно решить с помощью законов. В Конституции нет никаких проблем, которые бы мешали развитию судебной власти.

Возможно, и закон о Кабмине разрешил бы противоречия между президентом и премьером без конституционных изменений?

Возможно и так. Но закон о Президенте принимать не нужно, потому что все его полномочия четко определены в Конституции. Больше, чем там написано, глава государства себе взять не может, и это подтвердил Конституционный суд.

Не является ли НКС мертворожденным ребенком, ведь двое из пяти политиков в рабочей группе НКС не собираются в нем участвовать?

С моей точки зрения, даже несмотря на уход из рабочей группы Лавриновича и Сироты, наработки можно продолжать. Они потом могут пригодиться Президенту для внесения в парламент в качестве предложений по законопроектам. Ведь у Президента есть много вспомогательных органов, которые разрабатывают ему законопроекты для внесения в парламент. В конце концов, не сам же Президент должен сидеть по ночам и писать законопроекты. Его право создать рабочую группу, которая разработает ему законопроект. Но очевидно, что решения таких совещательных органов никого ни к чему не обязывают.

В парламенте уже озвучили инициативу создания парламентской конституционной комиссии. Какой из этих органов будет больше легитимный? Они будут конкурировать друг с другом?

Если парламент создаст конституционную комиссию по разработке проектов изменений к Конституции, то будет некорректно говорить, какая комиссия будет сверху, а какая снизу. При нормальных взаимоотношениях между ветвями власти все предложения разных комиссий можно объединить.

Давайте пофантазируем – НКС сделает отличные предложения от входящих в состав парламентской комиссии. Пойдет обсуждение необходимых изменений, и депутаты, и Президент смогут подать соответствующие законопроекты. Но следует помнить, что принятие окончательных решений по изменениям к Конституции будет за депутатами, поэтому и думайте, какая комиссия будет важнее. Парламент может учесть наработку НКС, а может и не учесть.

Вы очень опытный правовед-практик. Скажите, возможен ли референдум по Конституции?

С точки зрения процедуры принятия, мне трудно представить, как Конституцию можно принять на референдуме. В свое время я имел отношение к проведению референдумов, будучи председателем ЦИК в 1990-1991 году. Я проводил выборы депутатов 1990 года и референдумы 1991 года. В моем понимании референдум – это когда каждый четко осознает вопрос и может самостоятельно дать на него ответ. Мне очень сложно представить, как мы напечатаем в бюллетене 250 статей Конституции, а под этим поставим вопрос «за» или «против». Ответы «да» или «нет» должны предполагать простые вопросы. Если будет вынесен вопрос о принятии целого проекта Конституции, то получим профанацию и спекуляцию общественным мнением. Это превратится в «одобрямс» непонятных народу вещей. Фиговым листком референдума прикроют перераспределение полномочий во власти. Я понимаю, что отдельным политикам выгодно таким образом решить вопрос. В конце концов, мы можем проснуться после референдума и понять, что получили авторитарную систему власти. Самое смешное будет то, что произошло это по народному волеизъявлению. Народ сейчяас задергивают, чтобы он захотел сильного хозяина, который жестко наведет порядок. Немцы, после известных трагических событий двадцатого века, говорят, что нельзя выносить определяющие вопросы на референдум, ведь народ может ошибиться.

Представители БЮТ предлагают вынести на референдум несколько вопросов, чтобы народ выбрал основные направления конституционного реформирования, в том числе – президентская или парламентская республика нам нужна. Это реально провести через референдум?

Сложно представить, что будет, если задать вопрос «за какую вы форму правления?». За этими сроками стоит целая масса взаимоотношений ветвей власти. Трудно понять, что каждый человек увидит за этими вопросами. У меня есть домик в селе. Вот я и думаю, что мои тамошние соседи могут ответить на вопрос о форме государственного правления. При наличии СМИ можно повлиять на решение людей, подсказать «правильный» для власти ответ. Какой ответ власть хочет получить на референдуме, такой от народа и получит. Так что подобная схема не будет демократической, на пользу обществу она не пойдет.

Во время проведения референдумов 1991 года вы задавали адекватные и понятные народу вопросы, но говорят, там тоже были манипуляции?

В марте 1991 года был всесоюзный референдум о сохранении СССР. Люди решали, за Союз ли они на основе декларации о государственном суверенитете Украины. Был четкий ответ «да» или «нет». Кроме того, тот референдум не имел никакой юридической силы. 1 декабря также был четкий вопрос – «вы за независимость Украины»? Во всех регионах мы получили похожие ответы. Людям вопрос был понятен. Но этот референдум также не имел юридической силы, это было подкрепление Акта о независимости.

Многие страны бывшего СССР пошли путем принятия конституции на референдумах. Это подтолкнуло их к авторитаризму. Что в Украине не позволило поступить таким же образом?

В Украине еще при однопартийной системе рождались национал-демократические силы. Эти силы влияли на деятельность власти после обретения независимости. Национальное правосознание помешало желанию некоторых политических сил воспроизвести авторитарную систему путем референдума. Осознанно или неосознанно, но мы шли демократическим путем принятия Конституции Украины. Создавался более-менее независимый суд, который противостоял незаконным действиям по Конституции.

Ваше личное мнение – конституционные изменения будут приняты в ближайшие годы?

В нашем государстве, если очень хочется, принять можно все. Отдельные положения Конституции изменить надо, однако для этого должны совпасть взгляды депутатов. Но политики и есть те люди, которые должны договариваться. Поэтому остается только надеяться на их здравый рассудок.

Читайте также другие материалы нашего спецпроекта «Год Конституции»