«Пятилетка» иракской войны Сергей Александров, для «Главреда» Американский президент Джордж Буш на днях отрапортовал об окончании «успешной» пятилетки «строительства демократии» в Ираке.

Увы, его оценка событий выглядит спорной, так как шестой год проведения операции «Свобода Ираку» начался с очередной серии ракетных обстрелов американского посольства в Багдаде и широкомасштабной военной операции в Басре.

Ситуация и игроки

Видимо иракские боевики еще не знают о заявлениях американцев, что с середины 2007 года число терактов и военных столкновений в Ираке снизилось на 60 процентов, и террористические и повстанческие группировки продолжают свою активную деятельность.  Традиционно местом их наиболее яркого проявления является Багдад. Ежесуточно в городе и его ближайших окрестностях происходит около двадцати серьезных инцидентов, связанных с нападениями, обстрелами, подрывами и т.п.  Да и в целом по стране на протяжении нескольких предшествующих месяцев обстановка характеризуется сложностью и напряженностью, а общее положение дел в сфере безопасности не улучшилось. В результате число иракцев, погибших в феврале этого года, возросло, составив 674 человека (в январе – 554 человека), а число раненых достигло 847 человек. Серьезные противоречия между ведущими политическими силами страны продолжают тормозить процесс достижения национального согласия и примирения. Опросы общественного мнения, проводимые в Ираке, показывают, что иракцы очень негативно относятся к присутствию иностранных  войск и не особо оптимистично оценивают нынешнее положение дел в стране.

Сильно много политических и экономических игроков заинтересовано в установлении максимально возможного контроля над страной. Политики и дипломаты в своих дискуссиях часто забывают, что, по определению, только граждане Ирака могут определять свое будущее. Но, с другой стороны, само иракское общество далеко не однородно. Наиболее его  многочисленными представителями являются шииты, сунниты и курды. И именно они являются основными ключевыми игроками, от которых зависит будущее страны. Большой ошибкой Соединенных Штатов можно считать содействие искусственному разделению и противостоянию этих групп населения. Сейчас сунниты практически исключены из контура легитимной власти в стране, а их представители, которые занимают более-менее серьезные должности в госструктурах, достаточно немногочисленны. К этому нужно добавить, что в основном сунниты проживают на территориях, не имеющих нефтеносных полей и сейчас практически лишены допуска к главному богатству нации. Поэтому очевидно, что политика коалиционных сил по разделению иракцев привела лишь к обострению внутреннего  конфликта в стране и есть основания полагать, что в случае, если американцам и иракским властям не удастся его урегулировать, то ситуация может выйти из-под контроля.

Также нужно упомянуть, что и шииты не являются однородной средой. Среди них есть силы, не получившие власть и доступ к материальным благам, и поэтому готовые в любой момент применить вооруженную силу. Наиболее характерным примером являются представители шиитской радикальной «Армии Махди», которые имеют противоречивые отношения с другой крупной организацией иракских шиитов – «Высшим исламским советом Ирака». И сегодняшние бои в Басре являются этому более чем убедительным подтверждением.

Можно долго дискутировать о намерениях США приступить как можно быстрее к выводу своих войск из Ирака. Но вывести механизированные или танковые части еще не означает избавить страну от своего присутствия и влияния, как когда-то фактически закончилась афганская эпопея для Советского Союза. Америка пришла в Ирак всерьез и надолго.  И уходить из страны, как считает президент США Буш, еще рано: «На своем тяжелом опыте мы усвоили урок о том, что произойдет, если отведем свои войска слишком быстро – образовавшийся вакуум заполнят террористы и экстремисты, которые создадут для себя убежища и используют их для того, чтобы сеять повсюду хаос и резню».

Всего в Ираке находятся более 150 тысяч американских военнослужащих, 34500 из них - в Багдаде. Военное командование США намерено в 2008 году завершить начавшийся в ноябре 2007 вывод 20 тысяч солдат. Но дальнейшее снижение числа военнослужащих из США зависит от скорости, с которой иракские власти будут готовы взять ситуацию в сфере безопасности под свой контроль. В настоящее время в операциях в Ираке принимают участие военные из 26 стран мира в составе коалиционных сил под руководством США. По заявлению представителей командования коалиционных сил, их основными задачами являются поиск и уничтожение боевиков, а также оказание содействия правительству Ирака в формировании национальных силовых структур. Общая численность войск других стран коалиции в Ираке составляла на 1 марта 2008 года 11300 человек, среди которых наиболее многочисленными контингентами располагают Великобритания (5,0 тыс. чел.) и Грузия (примерно 2,0 тыс. чел.).

Другой составляющей военной силы являются вновь созданные иракские силовые структуры. Согласно информации иракских властей, сейчас численность личного состава силовых структур Ирака составляет около 450 тыс. человек, в т. ч. в вооруженных силах – 250 тыс. человек. Продолжается процесс их активного развития. Только в 2006-2007 гг. «силовики» Ирака получили оружие, военную технику и различное снаряжение на сумму 2,819 млрд. долларов. И хотя по численности они уже почти в три раза превысили численность войск коалиции, говорить о том, что им можно полностью доверить применение вооруженной силы по стабилизации обстановки в стране, пока не приходится. Армия и полиция Ирака еще не готовы к самостоятельному решению задач по обеспечению внутренней безопасности страны, не говоря уже о решении задач по защите страны от внешнего нападения. Причинами этого являются несовершенство иракской системы управления силовыми структурами, что во многом не позволяет реализовать их численный потенциал, низкое качество подготовки практически всех категорий личного состава, слабая техническая оснащенность сил. Создаются иракские силовые структуры по подобию аналогичных структур западных стран. Причем попутно идет планомерное вытеснение оружия и военной техники «не западного» производства.

Иллюзия победы

Можно долго по примеру США вкладывать ресурсы и поддерживать ту или иную иракскую политическую силу, но для большинства иракцев, независимо от их принадлежности к религии или слоям населения, все коалиционные войска остаются оккупантами. Уменьшение числа потерь среди войск связано не со стабилизацией обстановки в стране, а с тем, что войска размещены по операционным базам, являющиеся фактически хорошо охраняемыми крепостями, отгороженными бетонными стенами от окружающего иракского мира. За их пределы выходят только конвои, патрули, подразделения для проведения рейдов или несения службы на чек-поинтах и так же возвращаются обратно после выполнения задач. Перемещения всех иностранных граждан, работающих по восстановлению разрушенной страны – только в сопровождении охраны. Те, кто не следуют этим простым правилам, например, журналисты зарубежных СМИ, полагаются только на удачу. Большинство иракского населения не воспринимает коалиционные силы, независимо от того, под какими лозунгами они здесь находятся. Все улыбки и заверения иракских контр-партнеров о дружбе во время различного рода совместных мероприятий, так же как и искусственно поддерживаемая кампания в СМИ, призванная продемонстрировать успехи иракского общества в строительстве демократии в стране по чужим стандартам, являются не более чем самообманом.

Ни одну упомянутую выше сторону победителем в иракском конфликте пока назвать нельзя. Как ни странно, максимальную пользу из ситуации пока удается извлечь лишь внешним игрокам - Турции, у которой появилась возможность решать вопросы борьбы с курдскими повстанцами на территории Ирака, а также Ирану, для которого чем дольше войска коалиции будут связаны иракской проблемой, тем лучше. Ибо даже у такой могущественной страны, как США появились большие проблемы по одновременному участию в нескольких локальных конфликтах. Наглядное подтверждение этому - Бухарестский саммит НАТО, где одним из главных пунктом повестки дня является попытка США максимально переложить на партнеров по Альянсу «афганскую» и другие проблемы и тем самым высвободить свои ресурсы.

Цена вопроса

Ирак обладает вторыми по величине нефтяными запасами в мире, уступая только Саудовской Аравии. Нефть традиционно обеспечивала до 95% иракского экспорта. Объемы нефтяного экспорта до войны составляли 1,7-2,5 млн. баррелей, в феврале 2008 года – 1,93 млн. Война в Ираке не лучшим образом сказывается и на мировом рынке нефти. Так, в 2003 году за баррель «черного золота» давали около 37,21 долл. Сейчас нефть стоит свыше 100 долл. «Цены на нефть не соответствуют происходящему на рынке. Спрос не настолько превышает предложение, чтобы нефть стоила так дорого. Росту цен на нефть во многом способствует именно политическая нестабильность на Ближнем Востоке», - считает представитель «Center for Strategic and International Studies» Роберт Эбель.

Такими же внушительными выглядят суммы расходов на иракскую войну. По данным Пентагона, на конец 2007 года общие расходы США на войну в Ираке составили 406,2 миллиарда долларов. В конечном итоге военная кампания против Ирака может больно ударить по экономике США, которая находится не в лучшем состоянии из-за кризиса. Эксперты отмечают, что каждый месяц из-за военной кампании к внешнему долгу Соединенных Штатов (который уже сейчас составляет около 9 трлн. долл.) добавляется еще около 10 млрд.

Потери войск США и их союзников за пять лет со вторжения в Ирак превысили четыре тысячи человек. Еще более 29 тысяч американских военнослужащих получили ранения. Что касается союзников, то у них потери составили: 175 британских солдат, 18 наших соотечественников, один военный из Казахстана, двое из Эстонии, трое из Латвии, 33 из Италии, 22 из Польши, 13 из Болгарии, 11 из Испании, семь из Дании, пять из Сальвадора, четыре из Словакии, три из Румынии, по два военнослужащих из Австралии, Нидерландов и Таиланда, а также по одному военнослужащему из Чехии, Фиджи, Венгрии и Южной Кореи.

Американский журнал «Foreign Policy» в этом году провел опрос более 3,4 тыс. офицеров вооруженных сил США о войне в Ираке. Результаты опроса могут вызвать шок, но 42% опрошенных придерживаются мнения, что война в Ираке серьезно понизила боеспособность вооруженных сил США, а 88% - что в результате этой войны американские армия и флот страдают от перенапряжения. По мнению 37% опрошенных, в результате войны в Ираке более всего выиграл Иран. 22% считают, что в выигрыше оказался Китай, 19% - США, 13% - Россия и лишь 3% - Ирак.

Такая же грустная ситуация с иракскими беженцами и перемещенными лицами. Число иракцев, прибывающих в Сирию за последнее время, вновь увеличилось: ежедневно из Ирака в САР прибывают до 1200 человек (в конце 2007 г. было 700 человек). В настоящее время в Сирии уже находятся до 1,5 млн. иракских граждан, на содержание которых правительство САР израсходовало свыше 1,6 млрд. долл. Иордании пребывание иракских беженцев (до 1 млн. человек) обошлось в 2 млрд. долларов. Власти САР и Иордании, пытаясь ограничить поток беженцев из Ирака, ввели для граждан этой страны визовые ограничения. Сейчас Сирия и Иордания сами нуждаются в значительной помощи со стороны международного сообщества для обеспечения содержания беженцев из Ирака.

Проекты и прожекты

В конце минувшего года американским президентом Дж. Бушем и премьер-министром Ирака Нури Аль-Малики была подписана «Декларация принципов о долговременном сотрудничестве и дружбе между Республикой Ирак и Соединенными Штатами Америки». Ее целью является определение взаимоотношений между двумя странами. Предполагается, что в этом году продолжаться официальные переговоры, которые  определят дальнейшие отношения стратегического сотрудничества между двумя странами. Правительства США и Ирака декларируют обязательства развивать отношения сотрудничества и дружбы между двумя странами, основываясь на их полном суверенитете и независимости, а также на взаимных интересах. Когда читаешь эту декларацию, то начинаешь понимать, насколько далеки ее авторы от реалий. Иначе как можно понимать тезис о том, что отношения между двумя странами «зиждутся на героических жертвах, принесенных иракским и американским народами ради единого, федеративного, плюралистического, демократического и свободного Ирака». В декларации говорится также «о просьбе иракского правительства» продлить срок пребывания сил коалиции на территории страны в соответствии с резолюциями Совета Безопасности ООН и 7-го параграфа Устава ООН.

В июле 2004 года президент США Дж. Буш принял решение о снятии запрета на поставки американского вооружения и военной техники Ираку. В 2004-2007 гг. Ирак приобрел американского вооружения и военной техники на 1,9 млрд. долл., а в 2004-2006 гг. заключил соглашения на новые закупки на сумму 1,0 млрд. долл. Но Соединенные Штаты не спешат вооружать иракскую армию современными видами вооружения и военной техники. На сегодняшний день ВС и МВД Ирака получают от США лишь стрелковое оружие, средства связи и транспорта, снаряжение, обмундирование и т.п. В октябре 2007 года Пентагон уведомил Конгресс о намерении поставить Ираку вооружение и технику на сумму 2,3 млрд. долл. И снова речь идет о стрелковом оружии, взрывчатых веществах, средствах связи и транспорта, транспортных вертолетах и т. п. На уровне обещаний находится вопрос о поставках  Ираку боевых самолетов в 2011-2012 гг.

Американцы откровенно признают, что создают в Ираке «легко вооруженную контрпартизанскую силу», которая сможет контролировать внутреннюю обстановку, но в обозримой перспективе «будет достаточно слабой», чтобы защитить страну от внешнего нападения, а поэтому США еще в течение длительного времени «будут гарантировать суверенитет Ирака». У американцев существуют опасения насчет того, что в этой стране может начаться гражданская война, а тогда современная техника «сделает конфликт более ожесточенным». К тому же немаловажную роль играет и то обстоятельство, что Вашингтон не очень уверен в устойчивости нынешних багдадских властей. Американцы также не скрывают, что зачастую получаемое иракскими военнослужащими и полицейскими оружие затем оказывается у боевиков.

В целом, несмотря на усилия, прилагаемые Соединенными Штатами и их союзниками по коалиции, иракские силовые структуры все еще очень далеки от того, чтобы самостоятельно обеспечивать безопасность в стране, а тем более защищать ее от внешних угроз. При проведении операций против боевиков и террористов иракские армия и силы МВД в большинстве случаев действуют не самостоятельно, а совместно с ВС США, по планам, составленным американскими военными, и под их командованием. Причем это делается не только для соблюдения принципа единого командования, но и отражает реальное положение вещей, когда иракские войска и полиция недостаточно сильны, чтобы в одиночку взять дело в свои руки.

Время извлекать уроки

Стоит также отметить, что пять лет назад американские власти оправдывали затраты на войну тем фактом, что страна получит хорошую прибыль от иракской нефти и сможет без проблем выплатить внешний долг. Однако эксперты отмечают, что время идет, а о прибыли от этой войны для США речь не идет, так как вопрос массового импорта иракской нефти остается пока открытым. Единственное, на что они могут надеяться – дальнейший рост расходов на иракскую кампанию, завершения которой пока не предвидится.

Ирак более чем наглядно показал, что может ожидать любых союзников, решивших поддержать Соединенные Штаты в той или иной авантюре. Сейчас трудно назвать страну, получившую серьезные дивиденды от иракской войны. Испания и Украина, имевшие ранее значительные вооруженные контингенты в Ираке, сейчас оказались «за бортом» в возможностях влиять на иракскую внешнюю политику и реализовывать свои национальные интересы в этой стране. Хотя когда Соединенными Штатами несколько лет назад в экстренном порядке создавалась «коалиция», всем ее потенциальным участникам обещали «кусок» от «будущего пирога» победы. Увы, тогда ни с кем не были оговорены эти условия, а сейчас наглядно видна монополия США во влиянии на события во внутренней жизни Ирака.  

После 2003 года иракское «уравнение» продолжает иметь столь много неизвестных, что его решение по определению не может быть легким и тем более быстрым. И речь идет не о том, чтобы та или иная сторона оказалась победителем. Пока лишь можно говорить о поиске максимально возможного компромисса между всеми субъектами иракской проблемы.