Украина, оружие, Ирак Сергей Александров, для «Главреда» Украинские и зарубежные СМИ с удовольствием и не без злорадства «проглотили» отчет Стокгольмского международного института исследований проблем мира за 2007 год, согласно которому наша страна в прошлом году на продаже оружия и военной техники заработала всего лишь 109 миллионов долларов и опустилась на 16-е место в рейтинге.

У нас нет возможности официально подтвердить или опровергнуть информацию о снижении в несколько раз в течение прошедшего года объемов украинского оружейного экспорта, так как согласно законодательству страны вся конкретика, касающаяся сферы военно-технического сотрудничества, формально отнесена к государственной тайне. Но, глядя на то, как мы фактически упускаем обширный и долгосрочный рынок военно-технического сотрудничества с Ираком, создающего фактически заново свои силовые структуры, появляется логичное желание вступить в дискуссию.

Почти необъятный рынок

На возможности Ирака быть серьезным заказчиком вооружения и военной техники положительное влияние имеют его потенциал по экспорту нефти. И если в течение многих лет после вторжения американцев и их союзников разрушенная инфраструктура страны не позволяла добывать и экспортировать нефть, то сейчас добыча достигла 2,4 миллионов баррелей в день по сравнению с 2 миллионами в 2007 году и 1,3 миллионами в начале 2003-го. Бюджет страны в 2008 году составил приблизительно 46,8 миллиардов долларов (исходя из цены в 57 долларов за баррель, составляющей половину сегодняшнего рыночного курса). Некоторые эксперты оценивают доход от нефти Ирака еще выше - до 60 миллиардов долларов.

Другим фактором того, что военно-техническое сотрудничество с Ираком может быть выгодным нашей стране, являются интенсивное развитие и численность иракских силовых структур. Согласно официальной информации иракских властей, она уже превысила 540 тысяч человек, причем продолжается процесс их активного развития. А что касается потребностей, то только в 2006-2007 гг. «силовики» Ирака получили оружие, военную технику и различное снаряжение на сумму 2,819 млрд. долларов. До конца этого года планируется «поставить в строй» еще дополнительно 50 тысяч человек в вооруженных силах и 23 тысячи человек в составе полицейских формирований.  Естественно, что это затратный процесс, поэтому только в этом году иракское правительство планирует расходы в сфере безопасности в объеме 8 млрд. долларов и около 11 млрд. на следующий год.

Учитывая то, что США не спешат вооружать иракскую армию современными видами вооружения и военной техники, на этом можно неплохо сыграть нашим спецэкспортерам. Ведь на сегодняшний день ВС и МВД Ирака получают от США преимущественно стрелковое оружие, средства связи и транспорта, снаряжение, обмундирование и т.п. В октябре 2007 года Пентагон уведомил Конгресс о намерении поставить Ираку вооружение и технику на сумму 2,3 млрд. долл. И снова речь идет лишь о стрелковом оружии, взрывчатых веществах, средствах связи и транспорта, транспортных вертолетах и т. п.

В кругу «друзей» зевать не стоит

Иракские власти отчетливо понимают, что США не желают создавать полноценные ВС и другие силовые структуры Ирака. Ведь при упомянутом выше «проамериканском» облике иракских ВС обеспечиваются условия для поставок им устаревших образцов ВВТ западного, прежде всего американского, производства - на первых порах под видом безвозмездной помощи, а затем и за деньги. Платить придется и за ремонт, обслуживание, подготовку специалистов по эксплуатации. Для США и некоторых других западных стран это решает проблему утилизации излишков "б/у" вооружений, позволяет задействовать определенные производственные мощности и персонал для изготовления запасных частей, комплектующих, а со временем и модернизации. Мало кто ставит под сомнение, что плата с иракской стороны будет осуществляться преимущественно нефтью или правом доступа к разработке месторождений. Поэтому вполне уместно ставить вопрос, что иракская сторона не исключает вопрос диверсификации источников оказания военной помощи и военно-технического сотрудничества.

Версию о том, что иракские госструктуры далеко не во всем следуют советам своих американских наставников, подтверждает разразившийся скандал по вопросу закупок вооружений в Сербии. Недавно Багдад заключил с Сербией сделку о поставках оружия, показав «зубы» администрации Буша. В ответ на обвинения в коррупции министр обороны Ирака пожаловался, что Белый дом намеренно затягивает вооружение иракской армии. Тему непростых отношений между американской администрацией и плохо контролируемым ей правительством Ирака выставила на обозрение «New York Times» — в разгар борющейся за очередной срок на Капитолийском холме республиканской партии. Газета преподнесла тему таким образом, что  иракские военные за американские средства проводят сделки в обход США, отписывающих миллиарды из своего бюджета «на демократизацию Ирака». Американцы и сами планировали закупить оружие у Сербии. Однако сделка не состоялась, так как товар не был поставлен в срок. Тогда в Багдаде решили действовать самостоятельно, несколько убавив свои аппетиты. Сумма контракта составила 236 млн. долларов, а не 833, как планировалось ранее. Было решено пожертвовать некоторым количеством вертолетов и бронетранспортеров. В конечном списке значатся минометы, автоматы, бронежилеты и военная форма. Переговоры, которые состоялись еще в марте, провели министр обороны Ирака Абдель Кадер и министр планирования Али Бабан. В свое оправдание иракские чиновники пожаловались: «Проблема в том, что американцы не поставляют оружие вовремя». Причем иракское правительство уже не первый раз действует в обход „бюрократизированной“ системы закупок в рамках учрежденной американцами программы «Foreighn Military Sails». Так, в 2004-2005 годах багдадские чиновники потратили из казны более 1,3 млрд. долларов на закупку бракованного, второразрядного или вовсе несуществующего оружия и оборудования, не забыв при этом себя.

Скромный список достижений

Украина до войны 2003 года поддерживала тесные отношения с Ираком, прежде всего в вопросах торговли, причем годовой товарооборот составлял более 300 млн. Начало военных действий было нежелательным для украинской стороны, прежде всего по экономическим мотивам. Но в 2003 году были и веские причины, вынудившие украинское руководство принять участие в иракских событиях. Понимая, что сама война неизбежна, появилась надежда получить часть контрактов и финансовых средств на восстановление разрушенного войной Ирака, а также освоить часть иракского рынка.

Незадолго до вывода нашего военного контингента из Ирака состоялись визиты в эту страну первых лиц государства и военного ведомства. В Ираке за короткий промежуток времени побывали президент Виктор Ющенко, Петр Порошенко (занимавший на то время пост секретаря Совбеза), Анатолий Гриценко и др. Тогда с премьер-министром и министром обороны Ирака обсуждались вопросы участия Украины в восстановительных процессах в Ираке, в том числе возможности нашего государства по подготовке специалистов для силовых структур Ирака, оснащении их оружием и военной техникой, восстановления материально-технической базы обслуживания и ремонта военной техники. Также при выводе украинских миротворцев иракские военные получили бесплатно 526 единиц легкого оружия, около полутора миллиона боеприпасов, 17 единиц бронетанковой техники, среди которых 13 БРДМ-2, 56 автомобилей разных марок, 225 комплектов средств связи, 176 комплектов инженерной техники и различное имущество. «Подарок» в виде такого количества оружия и техники был вынужденной мерой. Очевидно, что вывоз вооружения и техники требовал значительных финансовых затрат. При этом почти все это вооружение требовало ремонта, восстановления и решения вопроса дальнейшего использования. По большинству позиций эти материальные ценности были излишествующими для украинской армии и рано или поздно подлежали утилизации, что также требовало затрат. Поэтому в украинском правительстве был решен вопрос относительно бесплатной передачи части военной техники и вооружения украинского миротворческого контингента.

Но уже в ноябре 2006 года пресс-служба Генеральной прокуратуры сообщила, что военная прокуратура Западного региона Украины возбудила уголовное дело по факту невозвращения военного имущества из Ирака на сумму 9 млн. гривен по итогам соответствующей проверки. Хотя бесплатная передача была регламентирована специальным постановлением Кабинета Министров Украины. Но объективные причины для вопросов со стороны прокуратуры все же были, так как, например, среди оставленных в Ираке машин числится автомобильная техника 2001-2003 годов  выпуска. Их не много, но они все же есть. Это не совсем логично, так как за последние годы новая техника в украинскую армию практически не поступала. Причем в военном ведомстве даже проводилось внутреннее расследование целесообразности передачи Ираку новых машин. Но дело было замято… Вряд ли такое управленческое решение могло готовиться и приниматься  без ведома Анатолия Гриценко.  

Ради справедливости следует отметить, что присутствие украинского военного контингента в Ираке все же позволило привлечь определенное внимание к технике украинского производства.  В 2004 году Украина выиграла тендер на сумму 78 млн. долл. на переоснащение вновь создаваемой иракской армии. Холдинговая Компания «АвтоКрАЗ» совместно со Специализированной внешнеторговой фирмой «Прогресс» в течении двух лет поставила в Ирак около 2000 большегрузных автомобилей «КрАЗ». Также в Ираке оказались приблизительно 50 украинских бронетранспортеров БТР-94, ранее поставленных нами Иордании. Но эта поставка стала результатом решения иорданского руководства по оказании помощи Ираку. Несколько позже в Ирак начала поступать очередная партия бронетранспортеров, польский контракт на поставку которых был напрямую связан с Украиной, согласно которому в нашей стране осуществлялся ремонт и дооборудование этой техники.  

Но, как мы видим, немногочисленные образцы бронетанковой и автомобильной техники украинского происхождения в своем большинстве оказались в Ираке в основном благодаря «пробивным» возможностям зарубежных посредников, а не деятельности тех, кто в нашей стране напрямую отвечает за военное и военно-техническое сотрудничество.

Извечные вопросы: кто виноват и что делать?

Недавно президент Виктор Ющенко подписал указ об очередном направлении 15 украинских военнослужащих для участия в деятельности миссии ООН по оказанию помощи Ираку в качестве миротворческого персонала. Это решение было принято в дополнение к ранее взятым обязательствам, согласно которым группа украинских офицеров в количестве нескольких десятков человек уже выполняет задачи в составе различных подразделений коалиционных сил, а также миссии НАТО в Ираке. В указе президента не сказано о том, каких именно  специалистов направляют в Ирак. Можно понять и согласиться с ситуацией, когда речь идет о людях, способных по своему личному потенциалу и занимаемым должностям существенно влиять на выполнении задач миссии, не забывая при этом продвигать интересы своей страны. Но по тем сведениям, которые просачиваются за пределы ООН, можно утверждать, что речь идет преимущественно о вспомогательном персонале, призванном заниматься обеспечением деятельности одного из офисов миссии ООН в Багдаде. Как видим, в рамках резолюций Совбеза ООН украинским военным действительно просто негде будет приложить свои усилия по укреплению безопасности как самого Ирака, так и в продвижении интересов своей страны.

Анализ информации, периодически размещаемой на сайте Минобороны, позволяет составить достаточно полную картину, чем сейчас занимаются украинские военные в Ираке. Сегодня этот миротворческий персонал разбит на группы - по оказанию помощи местным органам власти и подготовке личного состава правоохранительных структур, для работы в составе штабах многонациональной дивизии и корпуса коалиционных сил, а также в тренировочной миссии НАТО. Если учесть, что самый главный украинский военный в составе нашего миротворческого персонала в Ираке занимает скромную должность заместителя начальника штаба многонациональной дивизии, то налицо факт реального присутствия наших военных без возможности реально влиять на ситуацию в контексте интересов своей страны. Зато американские и другие западные советники в количестве нескольких сотен человек представлены при всех руководителях органов государственного и военного управления Ирака на всех уровнях.

Но мы забываем об одном важном моменте. Как бы западные страны не демонстрировали свое желание «помогать» строить «новый» Ирак, в любом случае на уровне подсознания населения страны они навсегда останутся агрессорами и оккупантами. В тоже время иракские военные, в том числе те, кто занимают высокие посты, еще хорошо помнят роль Советского Союза в развитии «бывших» вооруженных сил, особенно в вопросах деятельности советников и поставок вооружения и военной техники. И далеко не у всех из них это связано лишь с отрицательными воспоминаниями. К тому же на Востоке очень многое решают личные контакты, связанные с возможностью получить личную выгоду в тех аспектах, которые у нас принято называть «коррупцией»…

Можно долго спорить о допустимости «теневых» схем в вопросах военно-технического сотрудничества, которыми почему-то не «стесняются» заниматься западные производители вооружения с мировым именем. Но на периодически появляющиеся обвинения в адрес нашей страны о нарушениях международного права в вопросах поставок вооружений особого внимания обращать не стоит. Ведь не секрет, что информация о «фактах» незаконной торговли оружием во многих случаях связана с «черным» PR в ходе конкурентной борьбы на этом чрезвычайно доходном рынке. Как правило, подобные компрометирующие материалы, опубликованные в западной или российской прессе, остаются без ответа, что, безусловно, поощряет мировые СМИ считать Украину недобросовестным поставщиком военных услуг. И хотя потом Украина и пытается опровергать обвинительные сообщения прессы, но они выглядят как оправдания. Нашей стране давно стоит поменять отношение к подобным «информационным приводам». Также пора украинским заинтересованным структурам (государству, СМИ, спецэкспортерам, разработчикам вооружений) проводить более агрессивную и упреждающую информационную политику в сфере военного экспорта.

Упомянутые выше визиты высших должностных лиц страны в Ирак не получили своего развития, так как после выборов в иракский парламент расклад политических сил в этой стране сильно изменился. Но видимо  наши постоянные собственные политические «психозы» просто не дают времени должностным лицам заниматься вопросами продвижения интересов Украины на зарубежных рынках. Есть также примеры, когда мы сами даем повод считать нас недобросовестными партнерами. Так, например, представители иракского Минобороны неоднократно публично озвучивали свое неудовольствие срывами нами сроков поставок вооружения и даже задавали вопросы к качеству работ по ремонту и восстановлению техники, в которых задействованы украинские специалисты

Если говорить о нишах на этом оружейном рынке, то не нужно быть большим специалистом, чтобы понять их очевидность. Ирак по-прежнему нуждается в недорогих вертолетах и самолетах военно-транспортной авиации, стрелковом оружии и боеприпасах, бронетанковой и автомобильной технике, инженерной и строительной технике и всем остальном, что необходимо для восстановления инфраструктуры страны. Не стоит забывать и о подготовке кадров. Если нет возможности победить в тендерах, то можно попытаться оказывать «безвозмездную» помощь, особенно теми образцами оружия, техники и боеприпасов, которые нам самим нужно утилизировать. Все равно к нам потом обратятся за помощью  в их модернизации и ремонте, но уже за плату. Или, например, глядя на каких самолетах (фактически жалких остатках былого авиапарка) иракская авиакомпания выполняет рейсы в Амман и другие города Ближнего Востока, начинаешь понимать, что украинские Ан-140 или Ан-148 по соотношению цена-качество стали бы оптимальным решением, особенно при гибком подходе с нашей стороны в виде лизинга, долгосрочного кредита и т.п. Но, увы, над всем этим нужно работать…

Ключ к успеху очень простой. По большому счету, нет необходимости «влезать» в ту или иную коалицию или союз сомнительной направленности. Многие страны нашли возможность направить своих представителей в Ирак не на вспомогательные должности, а на ключевые позиции советников при высокопоставленных иракских должностных лицах. Ряд стран, например Дания или Южная Корея, реализуют очень много проектов, работая в формате двухстороннего сотрудничества с иракскими властями. Например, южнокорейская бригада развернута и оперирует по «случайному» совпадению в районе недалеко от нефтяных месторождений в иракском Курдистане. Они действительно помогают иракцам и при этом не забывают и о своих интересах.