Фармацевтический беспредел
Наш народ уже так к этому привык, что главным врачом считает не человека в белом халате, а телевизионную рекламу. Но ведь еще Парацельс говорил, что лекарство может быть ядом, а яд – лекарством, все зависит от дозы.
Пенсионерке Марии Соколовой врач прописал «попить что-то желчегонное». Женщина с этим «рецептом» отправилась в аптеку. Фармацевт, без особого удивления от странности рекомендации и неимения бумажки с печатью, предложила несколько вариантов. Отличались препараты названием, производителем и ценой. А вот изготовлены все они были на основе одного и того же растения – артишока. Мария Ивановна растерялась и купила не самое дорогое (подумав: «не самое лучшее») и не самое дешевое (решив: «не самое плохое»). «Авось, поможет», – сказала аптекарю пенсионерка. И, надеясь на это загадочное «авось», отправилась домой выводить из организма желчь.
Случай с Марией Соколовой – далеко не исключение из правил. Наши люди сами себя лечат от болей в животе, аллергии, мигреней, сбивают температуру. Кажется, что тут трудного, когда по телевизору кашляющей с помощью одной таблетки легко перестает кашлять, чихающий – чихать. Самолечение – отличный способ избавится от хвори (хотя в корне это абсолютно пагубная практика) и сэкономить время и даже деньги. Хотя как раз деньги многие и не экономят, ведь мы часто используем дорогие, но отлично прорекламированные препараты. Даже тогда, когда пациенту очень трудно понять, что лекарство не настолько же эффективное, насколько дорогое.
Самолечение или самоубийство?
«Все знают, что 85-95% людей оказывается помощь на первичном и вторичном уровне. Это делают участковые, семейные врачи или же специалисты в районных больницах, – говорит Николай Полищук, глава Национального совета по вопросам охраны здоровья населения. – Эти врачи не используют высокие технологии, а лечат только с помощью медикаментов. Нельзя вылечить человека и без медикаментов, и применяя высокие технологии. Таким образом, сегодня в Украине оборот продажи медикаментов составляет где-то два миллиарда долларов в год. При этом соотношение производителей таково: 64% медикаментов в упаковках – украинские, остальные – иностранные. А в ценовой политике выходит все наоборот – более 70% растрат занимают лекарства иностранного производства».
Николай Ефремович настаивает, что за короткое время цена потребительской аптечной корзины выросла более чем на 30%. И это произошло не за счет количества употребляемых медикаментов, а из-за употребления более дорогих лекарств (тех, которые стоят 30-50 гривен и дороже). Цифры говорят, что при больших тратах на медикаменты население Украины стало меньше пить лекарств.
Интересно, что и международные эксперты в области фармацевтики отмечают, что в Украине в этой отрасли множество проблем – от несовершенства законодательной базы и ее несоответствия международным нормам до нерационального использования лекарств и существующего ассортимента. Особое внимание уделяется полипрагмазии – одновременному назначению (нередко неоправданному) больному многих лекарственных веществ или лечебных процедур. А также ограниченному влиянию на назначение врачом лекарств (реальное влияние имеют фармацевтические компании, которые ведут агрессивную маркетинговую политику).
«Эксперты говорят, что при рациональном использовании лекарств украинцы смогли бы сэкономить более миллиарда долларов в год, – продолжает Николай Полищук. – Хотя тенденция, когда компании стараются продавать более дорогие лекарства, наблюдается не только в Украине. В той же Германии, где врачи назначают препараты и этот процесс контролируется страховыми компаниями, при таком рациональном подходе можно было бы сэкономить около 9 миллиардов евро в год. Но что делать с мотивацией любой службы продавать свою продукцию? Сегодня в Украине сердечные заболевания занимают более 62% в структуре смертности. При этом употребление медикаментов этой группы где-то на третьем месте. У нас также отсутствует контроль за употреблением лекарств и информация, как лекарства действуют на организм человека. В США от неправильного приема лекарств каждый год умирает больше людей, чем гибнет в ДТП. У нас же такие данные отсутствуют».
«Когда министерство начинает разбираться, как и чем лечат украинцев, то автоматически возникает множество искусственных проблем, и министр уходит в отставку, – говорит Виктор Чумак, директор Государственного фармакологического центра Министерства здравоохранения. – И тот миллиард, о котором говорили, это те деньги, которые тратятся не по назначению. В прошлом году специальная правительственная комиссия отметила, что в Украине создана система контроля над качеством медицинских препаратов. Но полностью отсутствует система контроля над приемом лекарств».
Никто же из специалистов не проконтролировал, какое именно лекарство купила Мария Соколова, подходит ли оно ей, как женщина сориентировалась во множестве препаратов.
«В Украине существует миф, что страна тонет в большом количестве иностранных лекарств, – настаивает Виктор Чумак. – На самом деле это не так. Дело в том, что Украина новая страна для мира, ее еще не знают. Вот поэтому из 2,5 тысяч фирм, которые зарегистрировали свои препараты, 74% заявили только по одному препарату. Они не продают их, а привезли по одной партии и изучают нашу систему. Хотя при этом у нас в реестре числится 25 тысяч наименований, из которых 30% – это одни и те же препараты, но под разными названиями и разных производителей. Так что даже в самой большой аптеке можно найти не более 5-6 тысяч различных наименований. А фактически рынок контролируют около сотни фирм, а 60% его – 20 компаний: десять отечественных и столько же импортных. Нашумевшие индийские препараты занимают 8% рынка».
Формулярный подход
В связи со всем вышесказанным, сегодня украинские фармацевты вплотную подошли к созданию так называемой формулярной системы, о которой говорят уже несколько лет.
«Это некий список эффективных и экономически доступных лекарств, которые врачи смогут использовать в своей ежедневной практике, – говорит Анатолий Морозов, первый заместитель директора Государственного фармакологического центра Министерства здравоохранения. – Понимаете, в Украине формулярную систему важно создать потому, что у нас врачу часто сложно разобраться и сориентироваться в таком большом количестве названий, тем более новых лекарств. По-обыкновению, он же в своей практике по своему направлению использует всего 25-30 препаратов».
Формуляр должен составляться на основании анализа заболеваемости, которая наиболее распространена у пациентов, определения потребности в лекарственных средствах для лечения соответствующих заболеваний, наличия препаратов-аналогов, их качества и цены.
Можно говорить о нескольких функциях такой системы: медицинской (определении, разработке методов рациональной фармакотерапии распространенных заболеваний), фармацевтической (обеспечении контроля над правильным использованием лекарственных средств, принятии мер по предотвращению и исправлению ошибок), социальной (гарантии обеспечения пациентов качественным лечением), экономической (использовании наиболее клинически и экономически эффективных, безопасных средств), информационной (распространении объективной информации, основанной на принципах доказательной медицины).
То есть от формулярной системы в идеале можно ожидать, что будут изъяты небезопасные и малоэффективные лекарственные средства, а значит – уменьшится количество побочных эффектов. Ведь, понятное дело, созданный справочник должен базироваться на тех препаратах, которые зарегистрированы в Украине. Хотя это не исключает, что врач сможет назначать любой препарат, даже тот, которого не будет в справочнике. Формулярная система нужна в первую очередь для того, чтобы ею руководствоваться при формировании государственных закупок: лекарства должны быть одновременно эффективными и недорогими.
«В Украине есть несколько проблем, – настаивает Валентин Парий, глава Ассоциации больничных касс Украины. – В ключе того, что каждый пациент – это индивид, у нас сейчас расцвела полипрогнозия. В этом контексте, к сожалению, есть и экономическая составляющая. Сегодня в большинстве случаев назначаются лекарства, которые не имеют степени доказательств, и не являются патогенетическими в тех или иных ситуациях. Но есть и иной аспект – человеческий фактор. За много лет так сложилась ситуация, что считается, если участковый врач не назначит капельницу, то он плохо лечит. Сегодня, с одной стороны, не хватает информационной политики для населения в вопросе появления новых поколений препаратов, подходы к их эффективности, с другой – появилась такая категория, как «популярные, доступные препараты». И именно реклама побуждает пациентов требовать от врача тех или иных назначений».
На самом деле ситуация должна складываться таким образом: если при определенном заболевании надо три препарата, то их должно быть три. И ничего лишнего. Даже по просьбе пациента, насмотревшегося рекламных роликов. Иной вопрос – поставщики этих, условно, трех препаратов, которых может быть несколько. И вот тут надо говорить, эффективность каких поставщиков доказана. И даже если она доказана, то возникает еще один вопрос – цена препарата. Все это будет в формулярном справочнике. Например, все ли знают, что корвалдин и валокордин – это один и тот же препарат, только первый стоит 3 гривни, второй – 12. Такая же история с препаратами против аллергии – нет разницы, кроме цены, между лоратадином и кларитином.
«Украина сегодня имеется неплохие свои тест-системы для выявления больных СПИДом, гепатитом. Но мы покупаем все импортное, потому что есть чиновники, которые говорят, что отечественное – плохое», – уверен Николай Полищук. А люди не все могут позволить себе дорогостоящие препараты и не знают о существовании более дешевых.
Получается, если специалисты в открытую будут заявлять, что они идентичны, то доходы компаний резко упадут – люди, понятное дело, будут покупать более дешевое лекарство. А это не выгодно ни фармкомпаниям, ни аптекам, ни некоторым высокопоставленным чиновникам, которые владеют соответствующим бизнесом. Так что после создания формулярной системы, вполне возможно, кто-то снова найдет причины, чтобы отстрочить введение формуляров.
