Николай Онищук: «Я не вижу реальных угроз для срыва выборов»
С одной стороны, Онищук работает в Кабинете Министров как человек Президента, поскольку попал в правительство по его квоте. С другой стороны, само правительство по мере приближения выборов все больше напоминает предвыборный штаб его главы Юлии Тимошенко, которая заявила о своих президентских амбициях. Таким образом, Николай Онищук оказался меж двух огней, а точнее, между двумя кандидатами в президенты. Вместе с тем, сам министр исключает свое участие в избирательном процессе в любой форме и декларирует свою равноудаленность от всех кандидатов.
Пока Онищуку это удается. Это видно по тому же вопросу с возвратом в государственную собственность резиденции «Межигорье», от которого министр устранился, предоставив разбираться с ним своему первому заму и соратнику Тимошенко Евгению Корнейчуку.
Николай Онищук с оптимизмом смотрит в будущее. Он, в частности, уверен, что предстоящие выборы президента состоятся, несмотря ни на что, а их результат определит избиратель. Министр также считает высокой вероятность досрочных парламентских выборов после президентских.
Подробно обо всем этом Николай Онищук рассказал в интервью «Главреду».
В последние дни все чаще звучат заявления представителей разных политических лагерей об угрозах срыва выборов президента. В числе рисков называют возможную задержку в принятии госбюджета и как следствие - срыв финансирования кампании. Насколько эти угрозы реальны?
Я не вижу реальных угроз для срыва выборов. Более того, конституционным долгом всех властных институтов является обеспечение проведения выборов. У нас есть почти четыре месяца до дня выборов, и это достаточно долгий путь, и политический, и правовой. Поэтому необходимо исходить из того, что, во-первых, еще есть время. Во-вторых, ведущие фракции, представленные в парламенте, действительно заинтересованы в том, чтобы выборы состоялись. Следовательно, их голосов достаточно для принятия бюджета с целью обеспечения выборов. Более того, достаточно даже для преодоления вето.
Хотя, согласен, дискуссия уместна, поскольку действительно существует некое беспокойство по поводу судьбы закона о государственном бюджете на 2010 год. Учитывая предыдущие оценки и прогнозы, звучащие из разных политических лагерей о проекте государственного бюджета, его утверждение в парламенте кажется довольно проблематичным.
Тем не менее, даже в том случае, если закон о государственном бюджете не будет утвержден, может сложиться ситуация, когда парламент примет отдельный закон о финансовом обеспечении выборов и избирательного процесса. Несмотря на то, что этот путь может вызвать определенную правовую дискуссию в контексте закона о бюджете, и Бюджетного кодекса. Тем не менее, этот закон вступит в силу при условии обнародования. И до тех пор, пока он не будет признан неконституционным, он будет действовать, и будет обязательным к применению.
А если Президент подаст представление в отношении этого закона в Конституционный суд и КС в разгар избирательной кампании признает документ неконституционным?
Нужно исходить из того, что выборы состоятся уже семнадцатого января, и я не вижу даже технологической возможности остановить их сегодня. Более того, уверен, что Президент заинтересован в том, чтобы конституционные права граждан в отношении участия в выборах президента были реализованы.
Что же касается непринятия закона о государственном бюджете, то эта ситуация не только не исключает финансирования государственных расходов, а наоборот — имеет предохранительные механизмы. Они указаны в Бюджетном кодексе, который предусматривает, что при отсутствии бюджета на текущий год финансирование осуществляется по бюджету предыдущего года - в определенных размерах, в частности 1/12 расходов, и при определенных условиях.
А этого хватит, чтобы провести выборы?
Доктрина верховенства права предусматривает, что все государственные органы, должностные лица обязаны действовать с целью обеспечения конституционных прав граждан, в данном случае — права на выборы. В этом суть доктрины верховенства права.
Видите ли вы угрозы для кампании в рассмотрении Конституционным судом новой редакции закона о выборах президента? Ведь суд будет рассматривать закон не менее месяца, а потом нужно еще принять в парламенте изменения согласно замечаниям КС. А предвыборная кампания уже начнется.
Я не вижу реальных угроз или осложнений для избирательного процесса в связи с конституционным представлением Президента. Во-первых, внесение представления и открытие производства по этому представлению не останавливает действия акта, который проверяется на конституционность. Таким образом, закон действует, созданы соответствующие правовые последствия для всех субъектов избирательного процесса. Это значит, что избирательная кампания должна быть начата, и будет начата в соответствии с данным законом, и в сроки, предусмотренные данным законом. Во-вторых, Конституционный суд, и я в этом убежден, примет соответствующее решение, то есть рассмотрит представление до начала избирательного процесса, по крайней мере до начала голосования.
В-третьих, представление Президента касается, по сути, двух блоков вопросов. Основной блок касается гарантий реализации избирательных прав граждан. Президент должен был затронуть этот вопрос, поскольку политические свободы и права ограничиваться не могут, в частности право избирать власть, формировать ее. Независимо от того, где находится человек, - то ли за рубежом (стоит на консульском учете, или нет), то ли перемещается в силу обстоятельств в другой регион страны - это его право, которое может быть ограничено только на основании, предусмотренном Конституцией. Я уверен, что Конституционный суд в этих вопросах, скорее всего, поддержит главу государства, поскольку долг Конституционного суда защищать Конституцию, а содержание Конституции — это, прежде всего, права человека, защита его конституционных прав и свобод.
Что касается блока вопросов организационного плана, таких как порядок формирования комиссий, обжалования в суде, других, то тут ситуация не столь однозначна. Скорее всего, Конституционный суд не возьмет на себя смелость разрушать систему, менять подходы к формированию комиссий, поскольку это может усложнить избирательный процесс.
Таким образом, можно прогнозировать, что как само представление, так и решение Конституционного суда не усложнит и не создаст помех для проведения выборов. В конце концов, даже если бы шла речь о признании закона целиком неконституционным (хотя это не предмет представления), существует действующий Закон о выборах президента.
Резюмируя, я хочу подчеркнуть, что выборы должны состояться - несмотря на существующие осложнения, дискутивность, и даже элемент непредсказуемости, который также нужно учитывать, поскольку мы ведем этот разговор только восемнадцатого сентября, а выборы должны состояться семнадцатого января. И обеспечить основное политическое право — право избирать себе власть, имеют все субъекты властных полномочий - Президент, Верховная Рада, правительство, Центральная избирательная комиссия, государственные администрации, местные советы и пр.
Кстати, что касается ситуации вокруг Конституционного суда. Вице-спикер парламента и руководитель юридического направления в предвыборном штабе Януковича Александр Лавринович обвинил Ющенко и судей КС в заговоре. Источники, приближенные к руководству предвыборных штабов БЮТ и ПР, рассказывают о возможности блокирования работы КС во время выборов, в частности, путем отзыва некоторых судей Конституционного суда, избранных по парламентской квоте. Как блокирование работы КС может отразиться на избирательной кампании?
Все названные политические силы и политики на самом деле должны быть заинтересованы в том, чтобы в стране функционировал чрезвычайно важный институт, который обеспечивает конституционный контроль. Ведь сегодня сложно спрогнозировать последствия и результаты президентских выборов. Это тот случай, когда, разрушая институт высшей конституционной юрисдикции, имею в виду вашу информацию о возможности отзыва судей Конституционного суда, можно навредить не только стабильности государства, но и собственным политическим перспективам. Мне понятна определенная раздраженность парламентариев и руководства парламента, поскольку на формальном по сути основании Конституционный суд признал неконституционным закон в целом. Но раздраженность не должна переходить в плоскость угроз Конституционному суду, поскольку формально-юридически суд поступил правильно.
Хорошо известно, что сегодня значительная часть судей Конституционного суда так или иначе находятся в сфере «влияния» ведущих политических партий, ведь Конституционный суд сформирован по «квотному» принципу, и треть суда формируется парламентом. Поэтому, если есть проблемы, стоит их решить внутри, без нарушения деятельности КСУ.
А как быть с вопросом легитимности состава Конституционного суда, учитывая восстановление судом в должности Сюзанны Станик?
Тема надумана. Судьи Конституционного суда, которые сегодня работают, были назначены в порядке, предусмотренном Конституцией Украины и законами Украины. То, что в отношении госпожи Станик есть решение окружного административного суда, не значит и не ставит под сомнение легитимность существующего состава суда, поскольку относительно последствий указанного решения существуют разные толкования.
А легитимность КС в целом?
Известно, что госпожа Станик не приступила к работе - она не участвует в заседаниях, не введена в штат Конституционного суда, не исполняет обязанности судьи Конституционного суда и прочее. Хорошо также известно, что именно с этими процедурами регламентного характера связана возможность участия судьи в заседаниях Конституционного суда. Если бы, условно говоря, госпожа Станик прошла эту стадию внутренних регламентных процедур, и принимала участие в заседаниях Конституционного суде как девятнадцатый судья, тогда, очевидно, дискуссия имела бы под собой реальную основу. Но, возможно, кто-то заинтересован в том, чтобы вернуться к ситуации нестабильности, когда Конституционный суд был в прямом смысле втянут в политический процесс, не работал и не принимал решений. Я не приветствую таких намерений и таких стремлений.
На ваш взгляд, как юриста и как политика, какие самые уязвимые места приближающейся президентской кампании?
Учитывая нашу политическую практику, невозможно не знать, что даже при применении качественного закона может возникнуть ряд угроз для того, чтобы в ходе выборов было отражено реальное волеизъявление народа.
Что вызывает обеспокоенность сегодня? Определенное беспокойство вызывает право на включение в список в день голосования. С одной стороны, это шаг, который гарантирует избирателям в случае технологических или технических ошибок возможность прийти на участок и принять участие в выборах. С этой точки зрения можно приветствовать такой подход, потому что огромное количество избирателей приходит в день выборов на голосование и не находят себя в списках. Но очень бы не хотелось, чтобы эта возможность, эта гарантия в реализации избирательных прав была использована против прозрачности самого избирательного процесса. Определенное поле для злоупотреблений тут может возникнуть.
Обеспокоенность вызывает и сокращение срока рассмотрения жалоб судами до двух суток. Не уверен, способна ли будет судебная система обеспечить рассмотрение всех подаваемых жалоб в течение этого срока. Из закона следует, что если суд не рассмотрел жалобу в течение определенного срока, то производство прекращается. То есть, по сути, все будет зависеть от способности и эффективности судебной системы рассмотреть жалобы, подаваемые субъектом избирательного процесса.
Тем не менее, вне всякого сомнения выборы будут проведены. Вне всякого сомнения на выборы придет положенное количество избирателей (хотя до сих пор порога явки у нас нет). Скорее всего, выборы будут легитимными с точки зрения общей оценки. Как свидетельствуют выборы 2006-го, 2007-го годов, несмотря на определенные предостережения, зафиксированные нарушения, структурных проблем, которые бы поставили под сомнение легитимность выборов, не было. И очевидно уже не будет.
То есть основные баталии во время выборов развернутся в судах?
Закон не предусматривает возможности обжалования протоколов. Это контраверсийная ситуация.
С одной стороны, Центральной избирательной комиссии будет легче, она будет иметь возможность скорее установить результаты выборов и скорее объявить их. В частности, не нужна публикация решения ЦИК, а само решение об объявлении результатов выборов вступает в силу с момента провозглашения его на заседании Центральной избирательной комиссии. Это значит, что роль судебных институтов и судебных механизмов будет объективно уменьшена. Это дает постоянство политическое и правовое. Ведь мы знаем, что судебные процедуры довольно часто использовались именно для того, чтобы обжаловать результаты выборов на участках, в округах, в том числе усложнить установление результатов Центральной избирательной комиссией.
С другой стороны, сейчас сложно спрогнозировать количество соответствующих обжалований и насколько массовыми будут нарушения. Решение Центральной избирательной комиссии в отношении установления результатов выборов подлежит судебному обжалованию - это юрисдикция Высшего административного суда, и его решение окончательно. Таким образом, нельзя говорить, что при сужении роли судов их влияние на избирательный процесс исчезает. Многое будет зависеть от самой практики проведения выборов, оснований для обжалований, а также сути и массовости таких обжалований.
И все же, где будет происходить основная борьба за президентский пост: в Центризбиркоме, на участках, в судах или на площадях?
Я думаю, что выборы предусматривают борьбу за избирателя на всех площадках.
А где, по вашему мнению, будет решающая?
Решающим будет день голосования, в том смысле, что судьбу выборов определят избиратели. Я в этом уверен. Мы не «банановая» страна, и мы не тоталитарный режим. Вне всякого сомнения, сам избиратель своим голосом решит судьбу выборов. Нужно отдать должное, что за последние годы выводы экзит-полов и, собственно, установленные результаты выборов были достаточно близкими по своим оценкам. Поэтому ответ на ваш вопрос, возможно, лучше смогли бы раскрыть политологи, которые должны анализировать особенность избирательной кампании.
Но 2004 год показал, что вопрос может быть не в голосах избирателей, а в их подсчете...
Здесь есть очевидный предохранитель. Это все заинтересованные субъекты избирательного процесса. Я имею в виду кандидатов в президенты, политические партии, фракции, которые их поддерживают. У основной группы кандидатов немалый опыт проведения избирательных кампаний. Развернутые штабы, опытные члены комиссий на избирательных участках и в избирательных комиссиях в округах, развитая система мониторинга со стороны наблюдателей - это тот предохранитель, те инструменты взаимного контроля, которых достаточно у каждой из основных политических сил, каждого выдвинутого ими кандидата. Тут не может быть и практически не будет заговоров, независимо от того, является кандидат техническим или реальным. Да, технические кандидаты могут объединяться и действовать согласованно с лидерами гонки, это может носить латентный характер. Тем не менее, остается очевидным интерес конкурирующей стороны.
И вы даже не допускаете заговора двух крупнейших политических сил – ПР и БЮТ с возможным последующим разделом власти на двух?
Я не думаю, что этого стоит ждать, поскольку, кажется, борьба сегодня носит бескомпромиссный характер.
Кроме того, нужно отдать должное, что эти выборы мы проведем с электронным реестром избирателей.
Который уже все критикуют за несовершенство...
При всем при том, что он сегодня несовершенный, огромный ресурс государственных институтов работает над тем, чтобы этот реестр был все-таки полным. По крайней мере, он позволяет выбросить двойников.
То есть вы уверены, что реестр будет подготовлен к выборам на должном уровне?
По крайней мере, что касается органов юстиции - они работают беспристрастно и объективно. Информация, предоставляемая ими в органы формирования реестра, это важный компонент, который позволит избежать значительного количества проблем.
На парламентских выборах в 2007-м вы были заместителем руководителя избирательного штаба НУНС. Вы будете задействованы в этой избирательной кампании?
Понятно, что нет. Я министр, и это исключает мое участие в избирательном процессе в любом качестве. Более того, я вообще считаю, что есть обязательный императив для министра юстиции — он должен дистанцироваться от любых составляющих избирательного процесса, и политических симпатий или антипатий. То есть министр юстиции должен быть равноудаленным от всех кандидатов в президенты, от всех политических сил, от политического процесса как такового.
Но для вас это будет не очень просто. Руководитель правительства, в котором вы работаете министром, намерен баллотироваться в президенты и при этом не идти в отпуск. Вы не допускаете возможности того, что правительство может превратиться в предвыборный штаб Тимошенко и использоваться ею в предвыборной борьбе?
Я не думаю, что правительство превратится в избирательный штаб, потому что Кабинет Министров — это публичный институт власти. Каждый министр - публичное лицо, которое назначено парламентом, и он, как министр, олицетворяет, прежде всего, не только волю политической силы, которая направила его на работу министром, но и исполнительную власть страны в определенной сфере. Это что касается политической ответственности.
Но нужно иметь в виду и то, что, значительная часть министров работают в правительстве Юлии Тимошенко, но прямо не представляют ее политическую силу. Таким образом, это уже тот баланс, который в известной степени формирует систему противовесов и сдерживаний.
Станете ли вы таким противовесом, как вы говорите, тем решениям Кабмина, которые будут иметь явно предвыборный привкус. Ведь без правовой оценки Минюста не может быть принят ни один документ правительства?
До назначения министром я трижды избирался в парламент. Это определенный опыт, политический бекграунд, который формирует чувство ответственности, в том числе сохранение мировоззренческих ценностей.
Моя задача, как министра юстиции, обеспечить соответствие актов правительства законам и Конституции. Я должен смотреть на документы не только и не столько с точки зрения целесообразности политической - улучшают они или создают мотивации для определенной категории избирателей, - а с точки зрения их соответствия закону. И должен вам заметить, что те документы, которые поступают на рассмотрение Министерства юстиции, рассматриваются исключительно через призму их соответствия актам высшей юридической силы. Понятное дело, что часть решений правительства, особенно в социальной сфере, имеют электоральный подтекст. Но для меня важно, чтобы эти решения были в интересах граждан, были направлены на реализацию и развитие их конституционных прав.
Вас не будут раздирать противоречия: вы министр, который избран по квоте Президента, визируете решения Кабмина, которые будут восприниматься как PR для Тимошенко на выборах?
Я для себя определился, мой бог — это Конституция и закон. И я должен выполнить эту миссию. Какой бы ни была моя судьба после выборов, я, что называется, должен пронести этот крест. Министр юстиции едва ли не единственный член правительства, который не может мыслить политически, я говорил об этом, кстати, и премьер-министру.
Еще совсем недавно, летом, не чуждая БЮТ фракция коммунистов ставила вопрос о вашей отставке. Насколько велика вероятность, что этот вопрос снова не всплывет во время избирательной кампании?
Никакая должность не бывает вечной. Это всего лишь вопрос времени: чуть раньше, или чуть позже. Поэтому я к этому отношусь философски.
Кроме того, о моей отставке говорили так много, что она уже утратила первоначальную остроту. Если Верховная Рада посчитает целесообразным принять такое решение, то так тому и быть. Трагедии в этом не вижу. Важно только, чтобы это решение было мотивированным и политически понятным обществу.
Скажите, на каком этапе подготовка иска о возврате резиденции «Межигорье» в государственную собственность?
Позиция правительства по этому поводу известна. Она заключается в том, что дано поручение, в том числе Министерству юстиции, провести комплексное расследование обстоятельств и передачи резиденции «Межигорье» из государственной собственности в частную собственность, а также заключение договора аренды земельного участка. В настоящий момент Министерство юстиции ожидает от соответствующих субъектов, которым поручено осуществить проверку, материалов, которые мы должны изучить и дать оценку на предмет оснований для судебного иска.
Хорошо известно, что попытки судебных обжалований этих решений уже делались, они были неудачными. Поэтому подавать иск на тех же основаниях и о том же предмете нет никаких перспектив. Сейчас ведется соответствующая работа с тем, чтобы тщательнее проанализировать всю систему отношений, которые возникали при изменении формы собственности этих зданий и земли. А при наличии дополнительных аргументов подготовить соответствующий иск.
Правительство в конце прошлой недели превратило «Межигорье» в заповедник. Насколько с юридической точки зрения правительство могло решить вопрос относительно статуса объекта, который находится в частной собственности?
Это была инициатива Министерства экологии и охраны окружающей природной среды. На самом деле, тут проблемы нет, поскольку любая территория, на которой расположены даже частные здания, здания муниципальной формы собственности, или государственные помещения, может быть объявлена или архитектурно-культурным заповедником, или природным заповедником. Вопрос в другом, что с момента, когда это решение приобретает законную силу (имею в виду, опубликование) для пользователей, для владельцев этих помещений устанавливаются определенные ограничения.
Какие именно?
Относительно последующей застройки, например. Относительно любых работ, связанных с инженерными, строительно-монтажными работами и тому подобное. То есть речь идет об определенных ограничениях. Но еще раз подчеркиваю, что установление такого режима ни в коей мере, если речь идет о собственности, приобретенной законным образом, не влияет на ее режим.
Объясните, пожалуйста, ситуацию вокруг Одесского припортового завода. Президент запретил приватизацию своим указом, а первый вице-премьер заявляет, что она все равно состоится. Кто прав?
Президент уполномочен останавливать действие актов правительства по причине их неконституционности, с одновременным обращением в Конституционный суд. При этом действие правительственного акта останавливается в связи с обжалованием. В настоящий момент сложно спрогнозировать поведение правительства. По крайней мере, на сегодняшний день в повестке дня заседания правительства ничего, что бы касалось этой темы, я не видел.
Как я понимаю, судьба ОПЗ сейчас в руках Конституционного суда?
Не только. Поскольку есть также постановление о запрете на проведение конкурса по приватизацию со стороны Окружного административного суда города Киева, которое поступило в Министерство юстиции. Тем не менее, Конституционный суд должен установить конституционность или неконституционность соответствующего решения правительства. Кстати, замечу, что в последнее время Конституционный суд живее, не откладывая в долгий ящик представления Президента, пытается их рассмотреть.
Как я понимаю, такая же перспектива ждет и постановление правительства, которым, как заявила премьер, оно собирается в обход Верховной Рады принять госбюджет на следующий год, если парламент не проголосует соответствующий проект закона?
Мне сложно комментировать это заявление премьер-министра, в контексте того, что именно она имела в виду. Хорошо известно, что Кабинет Министров не является законодательным органом и не может принимать законы, а одобрение закона о бюджете - исключительная прерогатива Верховной Рады Украины.
Замечу только, что ситуация с непринятием государственного бюджета в сроки, установленные законом, обеспечение в таком случае финансирования государственных расходов предусмотрено Бюджетным кодексом. В этом случае финансирование осуществляется на основании правительственных актов с соблюдением требований, установленных Бюджетным кодексом.
Вопрос более далекой перспективы. Тема досрочных парламентских выборов до выборов президента уже не актуальна. На каких основаниях такие выборы могут состояться после выборов главы государства?
На основаниях, предусмотренный Конституцией Украины - очень легкий ответ, как для министра юстиции. Статьи 90 и 82 Конституции предусматривают такие основания. Это - несформированная коалиция, несформированное правительство, это случай, когда парламент не может начать свою деятельность в течение тридцатидневного срока, это и состояние, когда численность народных депутатов меньше двух третей конституционного состава, что влечет за собой неполномочность парламента.
Конкретнее вопрос. Одно из таких оснований может быть задействовано после президентских выборов?
Досрочные выборы после президентских не исключатся. Но в любом случае, это я хочу подчеркнуть, даже если и будет согласие политиков на проведение досрочных выборов, должны быть найдены конституционные основания. Уверен, что новоизбранный президент не начнет свою каденцию с того, чтобы объявить досрочные выборы без наличия конституционных оснований. Конечно, досрочное прекращение полномочий Верховной Рады может наступить и в случае, если сам парламент приведет себя в состояние неполномочности - это случай со сложением ста пятидесяти мандатов. Но все остальные основания для объявления досрочных выборов должны быть связаны исключительно с его неспособностью выполнять конституционные функции. Должны быть надлежащие конституционные основания, несмотря на то, какими бы целесообразными или вероятными подобные шаги ни были с политической точки зрения.
