Будут ли в Украине уничтожать архивные документы?
Под занавес прошлой сессии Верховная Рада приняла в первом чтении законопроект №8755 «О внесении изменений в «Закон об архивном фонде и архивных учреждениях». Среди других в документе содержится норма, гласящая, что извлечению из Национального архивного фонда подлежат «документы, которые утратили культурную ценность, дублетные документы и непоправимо поврежденные документы, которые не подлежат восстановлению». Решение о ценности или пригодности будет принимать собственник документа или специальная комиссия.
В то же время в проекте закона не появился ответ на очень болезненный для исследователей вопрос о конфиденциальности документов.
«Главред» спросил у историков-практиков и историков-законодателей, как эта норма, в случае принятия нормативного акта в нынешнем виде, может отразиться на работе архивных фондов.
Владимир Литвин, глава Верховной Рады, доктор исторических наук:
Я категорически против изъятия любых документов из архивов, а тем более предоставления кому-либо, включая работников архивных учреждений, права на свое усмотрение определять степень ценности документов.
Во-первых, только история будет выносить вердикт относительно ценности тех или иных документов, а во-вторых, в нашем обществе, к сожалению, еще не превалируют объективные подходы к историческим и культурным достояниям. Мы все еще не вышли из «сталинской шинели», и доминирует классовый подход, олицетворением которого являются украинские политики.
Отдельный и особенный вопрос – конфиденциальность. Понятно, что были, есть и будут документы разной степени конфиденциальности. Прежде всего, это документы, касающиеся безопасности государства, это, конечно, и документы, содержащие личные данные. Если в первом случае государство должно устанавливать определенные сроки тайности таких документов, то во втором установление соответствующих сроков конфиденциальности должно быть правом личности, о которой идет речь, или ее родных и близких. В остальных случаях в этом вопросе должна действовать общепринятая апробированная позиция: срок закрытости таких документов.
Что касается собственно законопроекта «О Национальном архивном фонде и архивных учреждениях» (относительно экспертизы ценности документов) (регистр. №8755), то этот документ был инициирован правительством и концептуально поддержан парламентом в первом чтении 10 января 2012 года.
Законодательные инициативы этого законопроекта, которые касаются изменения порядка изъятия документов Национального архивного фонда Украины, получили критические замечания от экспертных подразделений Аппарата ВРУ. Еще в прошлом году Главное научно-экспертное управление указывало на наличие юридических недостатков в этом законопроекте.
По моему мнению, законопроект нуждается в доработке, как минимум с целью недопущения использования оценочных понятий – «дублетные документы» (без четкого определения таких документов), «непоправимо поврежденные документы, которые не подлежат восстановлению», поскольку это может привести к уничтожению четко не определенного перечня документов.
Таким образом, те положения, которые стали объектом живой общественной дискуссии, после рассмотрения этого законодательного акта во втором чтении могут претерпеть существенные изменения, в первую очередь, по содержанию.
Надеюсь, что окончательный текст закона, конечно, в случае его принятия, будет отражать результаты экспертиз, плодотворной работы Верховной Рады Украины, а также учтет критические замечания неравнодушных представителей общественности.
Владимир Вятрович, историк, председатель ученого Совета Центра исследований освободительного движения:
Наши законодатели, наконец, взялись за закон об архивном фонде, который на сегодня очень не совершенен и не отвечает очень многим уже действующим в Украине законам. Но работу они свою сосредоточили на изъятии документов из архивных фондов и вообще не рассмотрели каких-либо принципиальных положений, регулирующих доступ к информации. В частности, положение о конфиденциальной информации. В Украине за прошлый год приняты изменения в закон «О доступе к публичной информации». В нем есть четкое определение, что конфиденциальной считается та информация, доступ к которой либо закрыт, либо его имеет только лицо, на которое собрана эта информация. Эта норма должна быть отражена и в Законе «О Национальном архивном фонде». Но это, к сожалению, не сделано, и положения, касающиеся конфиденциальной информации, остаются нечеткими, ограничения на доступ к информации, давность которой меньше 75 лет, не обоснованы. Так что новый закон во многих деталях противоречит и действующим у нас законам, и нормам европейской практики архивной работы.
Законопроектом позволяется изымать из архива документы, датированные позднее 1946 года, а также те, которые не имеют культурной ценности или неисправимо повреждены. Очевидно, что перечисленные критерии должны быть предельно четко обозначены в этом законопроекте. Но этого нет. Не сказано, что же должны делать с непоправимо поврежденными документами, нет критериев художественной ценности, что, к сожалению, создает широкое поле для злоупотреблений и уничтожения документов, которые могут иметь важное историческое значение.
Дмитрий Табачник, министр образования и науки, молодежи и спорта Украины, доктор исторических наук:
Архивы должны быть далеки от политики. Это первое.
Второе. Очень люблю великого китайского государственного деятеля и философа Кун-цзы, в европейском прочтении – Конфуций. Одна из его бессмертных максим говорит о том, что не стоит искать черную кошку в темной комнате, тем более если ее там нет. Мне кажется, что политический пиар и политические страсти вокруг абсолютно профессионального закона выглядят несколько наивными и даже инфантильными.
Теперь в отношении самого закона. На мой взгляд, он положительный и правильный, потому что он просто вводит термин «культурные ценности», который был раньше принят в Законе «О вывозе, ввозе и возвращении культурных ценностей». Еще хочу обратить внимание на то, что в 2008 году было принято постановление Кабинета Министров, которое пошагово, очень детально определяет экспертизу культурных ценностей.
В отношении «дублетных документов» и «непоправимо поврежденных, которые не подлежат восстановлению» приведу пример из собственного опыта. Я начинал свою трудовую деятельность в 1980 году в Центральном государственном архиве кинофотофонодокументов. Ему на сохранение были переданы старые, разбитые грампластинки, обесцвеченные негативы, истертые пленки. Восстановить их было совершенно невозможно. Я думаю, что если комиссия, состоящая из архивистов и реставраторов, принимает решение о том, что это непоправимо поврежденный документ, который не подлежит восстановлению и реставрации, то их, конечно, нужно списывать из архивного фонда.
Вместе с тем в проекте закона содержится очень важная норма, на которую стоит обратить внимание: ни один документ не может быть признан утратившим культурную ценность, если он создан до 1946 года. Это по-настоящему защищает корпус старых документов.
В самом старом нашем архиве, Центральном государственном архиве древних актов, за всю его историю в 20-м веке - в советское и постсоветское время - из-за непоправимой ветхости было списано всего 8 документов. Чтобы впредь избежать уничтожения документов по этой причине, считаю, нужно создавать их электронные копии.
Еще одна очень важная новая норма того же закона, которая добавляется в статью 8, гласит, что все архивные документы, датированные до 1991 года, находившиеся на государственном учете и сохранявшиеся в разных архивных учреждениях, принадлежат Национальному архивному фонду и являются собственностью государства. Под защиту попадают документы ведомственных архивов, секторов и подразделений деловодства центральных органов власти.
И еще одна, на мой взгляд, совершенно новая норма содержится в статье 42. В ней сказано, что центральные государственные архивы имеют право проверять, как выполняется законодательство об архивном фонде архивными подразделениями и службами деловодства всех органов государственной власти и органов местного самоуправления, предприятий, учреждений и организаций, независимо от форм собственности, и даже объединений граждан и религиозных организаций. Государственные архивы получают возможность спасти от уничтожения уникальные документы общественных организаций, негосударственных учреждений, приватных компаний. Именно эти документы, та часть их, которая подлежит хранению, может сохранить абсолютно неповторимый дух эпохи. Например, как в той или иной партии в 1998 году принималось решение о выдвижении партийного списка кандидатов в народные депутаты, или о том, какие были дискуссии по округам. Если это все не сохранять, то очень сложно будет историкам будущего разобраться в том, какой политический проект был искусственным, какой – сателлитом.
Вообще, считаю, что архивисты Украины – это удивительные люди, это самые стабильные коллективы, в которых не было политики ни на переломе 90-х годов, ни в середине первого десятилетия 21 века. В этом я вижу позитив.
Относительно установления статуса конфиденциальности выскажу свое мнение не как государственный служащий, а как историк. Я считаю, что никакие документы по истечении 50-летнего срока давности не могут считаться конфиденциальными. Если бы такая норма действовала у нас и в ряде государств постсоветского пространства, то в нашей политике, культуре, искусстве было бы гораздо меньше подлых людей, стукачей и предателей.
Иван Патриляк, историк, доцент Киевского национального университета:
Я не являюсь архивистом, поэтому могу отозваться об этих изменениях в закон только как историк. Уничтожение архивных документов по причине их ветхости считаю преступлением. К сожалению, преступление стало сегодня обыденностью. Уверен, что изъятые из архива документы уничтожаться не будут, их попросту украдут. И проделываться такие операции будут не только с обветшалыми документами. Получив законодательную лазейку, под этот статус можно будет подвести любой документ.
фото: sibarchives.ru, ord-ua.com
