Урок украинского для венгров, или На западном фронте – без перемен

Языковой вопрос — это инструмент политического давления политической верхушки тогда, когда других способов заявить о себе нет.

"Самоопределение для Закарпатья". Под таким лозунгом анонсировалась акция под украинским посольством в Будапеште сегодня, 13 октября. Локальный повод — реакция на новый закон об образовании, глобальный — воплотить плод своей фантазии об отделении земель Закарпатья.

"Эти люди не имеют никакого отношения к подавляющему большинству жителей Венгрии", — так охарактеризовал зачинщиков провокации заместитель председателя Киевского общества венгров Тибор Томпа. Он уверен, что ни о каком сепаратизме речь не может идти. "К сожалению, есть такие маргиналы, Которые хотят привлечь к себе внимание", — добавил Томпа.

Маргиналы — это представители венгерской националистической праворадикальной партии "Йоббик". Такие, как Томаш Гауди-Нодь (тот самый, который в апреле 2014-го выступил на сессии ПАСЕ в футболке с надписью "Крым законно принадлежит России. Закарпатье законно принадлежит Венгрии") и депутат Европарламента Кристина Морваи. Обоих недавно не пустили на территорию Украины. Радикалы даже не пытаются скрывать, что одна из целей — создание русинско-венгерской автономии. Представители этой партии уже своими глазами видели примеры сепаратизма — присутствовали в качестве "официальных наблюдателей" на псевдореферендуме в Крыму и на незаконных "выборах" в ОРДЛО.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Украина ответит за Трианон: почему Будапешт перешел в наступление?

Да, "Йоббик" — это не правящая партия (хотя на парламентских выборах 2014 года она заняла довольно высокое третье место с 20% голосов), ее лидер открыто конфликтует с нынешним премьером Виктором Орбаном, представителем партии "Фидес". А у нынешнего руководства страны, кроме языкового, есть еще несколько важных вопросов, которые надо решать на Закарпатье до выборов в Венгрии — например, лоббировать образование нового избирательного округа, чтобы в украинском парламенте мог оказаться представитель венгерской общины. И если "Фидес" будет терять, то "Йоббик" — набирать. Но есть и то, что их объединяет — это крепкая дружба с Москвой. Для первых открытая, для вторых — довольно завуалированная, но о которой известно всем.

Это знание позволяет посмотреть на языковой конфликт немного под другим углом. И поискать корни протестов и демаршей в России. Последняя, к слову, не особо-то и возмущается по поводу седьмой статьи украинского Закона об образовании. Возможно, чужими руками проще действовать?

И пока мы следим за ситуацией на востоке, украинские дипломаты устремились на Запад.

Ведь именно оттуда звучали заявления о "позоре", "ударе ниже пояса" и "ноже в спину". А после — даже угрозы прекратить поддержку всех украинских проектов в ЕС, требования пересмотра Соглашения об ассоциации. В Украине все эти заявления назвали шантажом, а закон передали на рассмотрение Венецианской комиссии.

Поздно. Заявила вчера Парламентская ассамблея Совета Европы. Передавать документ Европейской комиссии за демократию через право надо было до его принятия. Именно об этом написано в резолюции ПАСЕ, которая стала результатом дебатов по украинскому вопросу.

Делегаты из Венгрии, Румынии, Молдовы резко раскритиковали закон Украины об образовании в части языка. А после 82 делегата проголосовали за резолюцию, в которой рекомендовано украинской власти пересмотреть вопрос языков меньшинств в образовании, основываясь на гибкой модели двуязычного образования для всех лиц, принадлежащих к "коренным народам Украины" и "национальным меньшинствам", чтобы не было дискриминации. На практике возможным ориентиром может быть не менее 60% учебных программ на украинском языке и до 40% — на языках национальных меньшинств.

Но дебаты в ПАСЕ — всего лишь обсуждение вопроса. Решение будет за Венецианской комиссией. Оно появится не позднее декабря 2017 года.

Накануне в этом же зале ПАСЕ выступал президент Петр Порошенко. Он сказал, что 75% выпускников венгерских школ в Берегово не понимают украинский язык. В тоже время Порошенко заявил, что ждет решения Венецианской комиссии, готов к тому, что оно будет рассмотрено в Украине и даже применено.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Венгерский в украинских школах: как легко превратить образование в политический вопрос

В день оглашения резолюции министр иностранных дел Украины Павел Климкин посетил Будапешт. Накануне его визита в одной из крупнейших газет Венгрии — Magyar Nemzet вышел материал авторства украинского дипломата. В ней глава МИДа призывает к взвешенному диалогу. А уже после лично пояснил своему коллеге Петеру Сиярто, что Украина готова к общению в процессе реализации образовательной реформы в Украине и консультациям относительно конкретных вопросов, связанных с языком образования венгерского национального меньшинства. "Это путь к пониманию", — констатировал Климкин.

К слову до этого Сиярто показательно демонстрировал свое недовольство реформой — публично отказался от предложения украинского министра встретиться на Закарпатье для обсуждения образовательного закона, но при этом сам спустя несколько дней посетил Ужгород для консультаций с представителями венгерских организаций.

Готов ли Будапешт к диалогу? Скорее да, чем нет. Тем более, на носу очередные выборы. При помощи своих резких заявлений "Йоббик" планирует получить больше мест в парламенте, "Фидес" — стремится удержать свои позиции, в том числе и за счет украинского вопроса, обеспечив еще один срок Виктору Орбану. Кстати, сам Орбан выдерживал долгую паузу перед тем как публично высказался, что он думает о конфликте. А после сказал: "Украинской власти нужно понять, что полученные нацменьшинствами права нельзя отбирать".

Украина же считает, что в сотне венгерских школ (как и румынских, молдавских, польских) должны плавно перейти с языка обучения национального меньшинства на государственный. Но тогда на территориях компактного проживания этнических венгров могут потерять работу сотни учителей, которые не смогут преподавать биологию или математику на государственном языке (многие из них получают дополнительное финансирование от венгерской стороны), в дальние углы придется отложить тысячи учебников, а на их место поставить украинские.

Для изменений у Украины свои аргументы. Один из них — дети из венгерских школ смогут поступать в украинские вузы и будут интегрированы в государственные процессы. К тому же надо срочно исправлять ситуацию с успеваемостью — 63% выпускников венгерских школ в Береговском районе провалили тестирование по языку, причем в средней школе села Гать Береговского района таковых насчитывается 94%. Там же 100% учащихся не смогли преодолеть минимум по истории. Частичным ответом на заявления о том, что дети не могут выучить украинский язык, так как Украина не предоставляет учителей и учебники, могут быть результаты по внешнему независимому тестированию по математике или английскому языку. Соответственно 75% и 71% выпускников Береговского района не сдали ВНО, хотя и изучали предметы на венгерском и писали тесты на нем же.

Интересно, что тотальному большинству украинцев (а это примерно пять тысяч человек, говорящих на украинском), проживающих в Венгрии, сейчас доступно обучение на венгерском языке, украинский изучают в воскресных школах. И не потому что нет возможности. Венгерское законодательство разрешает открыть украинский класс, если в нем будет учиться минимум восемь детей одного возраста. Но украинцы столько насобирать в одной школе не могут — будь то в Будапеште или на окраине страны, у украинской границы. В отличие от сербов или румын, у которых есть свои школы, где на родном языке учатся сотни детей.

Для большинства же венгров их родной язык — скорее, не способ политических баталий, а отличительная черта. Это можно заметить на бытовом уровне. Мой муж знает венгерский язык. Не идеально, только разговорный. Жил в Будапеште несколько лет, хотел выучить и учил. После его возвращения мы десятки раз были в разных городах этой страны, а Будапешт остается для него вторым родным городом после Киева. И каждый раз, когда мы приезжаем в Ниредьхазу или Печ, Мишкольц или Будапешт, муж разговаривает на венгерском языке. Местные очень удивляются, откуда он его знает, всегда стараются разговаривать медленнее, чтобы было более понятно, и даже благодарят за знание их родного, такого трудного для изучения языка. Кстати, они прощают, несмотря на события 1956-го года, незнание некоторым русским, проживающим в Венгрии, государственного языка. Я много раз видела, как какие-то наглые русские требовали на своем мороженое, пиво или билет на общественный транспорт. И всегда получали то, что хотели.

Венгры, действительно, очень нежно относятся к своему языку. Но при этом языковой вопрос — не предмет межнациональных споров для среднестатистических граждан своей страны, а инструмент политического давления политической верхушки тогда, когда других способов заявить о себе нет. И активные выступления финансируемой Кремлем партии "Йоббик" — тому пример. А, может, украинский язык — только повод для решения внутреннего политического конфликта в Венгрии? Поэтому мы в ближайшее время еще будем наблюдать информационные атаки из Будапешта. Точно — до решения Венецианской комиссии.

ПО МАТЕРИАЛАМ:
Загрузка...