Разные истории: почему ситуацию в Каталонии нельзя сравнивать с Крымом и Донбассом?

Эксперты объяснили, чем принципиально отличается нынешняя ситуация в Испании и в Украине.

Каталония, сепаратисты, флаг, Барселона
Reuters
Каталония, пытаясь добиться независимости, 1 октября провела референдум за выход из состава Испании. Всего на референдуме проголосовали 2,3 млн избирателей из 5,3 млн.

Мадрид в свою очередь объявил это голосование незаконным и бросил силовиков на то, чтобы остановить его. В результате этого начались столкновения активистов с полицией, и к вечеру количество пострадавших превысило 800 человек.

"Сегодня испанское государство написало еще одну позорную страницу в своей истории с Каталонией", — так охарактеризовал случившееся каталонский президент Карлес Пучдемон. Он также пообещал обратиться к Европейскому Союзу в связи с вероятными нарушениями прав человека испанским правительством.

Тем временем в Европе уже заявили, что, согласно конституции Испании, проведенный референдум в Каталонии является незаконным, а, кроме того, напомнили, что Каталония окажется за пределами Евросоюза, если выйдет из состава Испании. "Согласно испанской конституции, вчерашнее голосование в Каталонии было незаконным. Для Еврокомиссии, и президент Юнкер неоднократно повторял, это является внутренним вопросом Испании. Поэтому надо решать данный вопрос в соответствии с конституционным строем Испании", — отметил представитель Еврокомиссии Маргаритис Схинас.

В Сети и в российских СМИ ситуацию в Испании и попытку Каталонии провозгласить независимость периодически стали сравнивать с событиями в Украине — в Крыму и на Донбассе. Однако опрошенные "Главредом" политологи убеждены, что такие сравнения некорректны. Они рассказали, почему ситуация в Каталонии и в украинском Крыму и на Донбассе принципиально разная, а также поделились оценками относительно того, стоит ли официальному Киеву высказывать свою позицию относительно каталонского референдума.

Александр Палий
Александр Палий Главред
Политический аналитик Александр Палий:

Крым, Донбасс и Каталония — это совершенно разные ситуации, несравнимо разные. Как бы то ни было, каталонцы являются отдельной древней нацией, имеющей все признаки: свой язык, культуру, многовековую этническую идентичность. А на Донбассе никакой этнической идентичности нет, как нет и "донбасского языка".

Кроме того, в Каталонии — исключительно внутренний конфликт. Вообще, каталонский сепаратизм сейчас испытывает серьезное давление со стороны международного сообщества, Евросоюза и т.д. В то же время наши события на Донбассе были инспирированы извне посредством диверсионных групп. Так что в Украине была внешняя агрессия, прикрытая сепаратизмом. А в отношениях между Каталонией и Испанией все намного сложнее, и основные факторы там внутренние, а не внешние, как в Украине.

Что касается сравнения Каталонии с Крымом, то в Крыму решающую роль сыграло российское присутствие и российский флот. Без российского присутствия там бы ничего не произошло. В Каталонии нет вмешательства извне.

В данной ситуации Украина, на мой взгляд, должна заявить о поддержке территориальной целостности Испании, а с другой стороны — о поддержке всех национальных прав каталонского народа. То есть, Украина должна придерживаться линии, подобной той, которой придерживаются европейцы: не должно оказываться никакого давления на каталонскую идентичность, но все должно оставаться в границах испанского государства. В условиях, когда существует Евросоюз и национальные границы значат все меньше и меньше, такая позиция для каталонцев в долгосрочной перспективе может оказаться приемлемой.

Владимир Фесенко
Владимир Фесенко Главред
Глава правления Центра прикладных политических исследований "Пента" Владимир Фесенко:

Сравнивать события в Испании и в Украине — не совсем корректно, потому что различий между ситуациями намного больше, чем сходств. Однако события в Каталонии можно сравнивать с Шотландией. Также можно сравнивать происходящее в Испании в целом с процессами, протекавшими в Советском Союзе или Югославии в начале 90-х годов.

В ситуации в Испании — много специфики, поэтому с Донбассом можно провести очень мало параллелей. Во-первых, Каталония является довольно широкой автономией, а у Донбасса не было никакой автономии. Во-вторых (и это главное отличие), в Испании нет России. Ведь сепаратистский мятеж на Донбассе не возник бы, если бы не было прямого вмешательства России и аннексии Крыма, ведь потом фактически те же самые люди организовали захват власти в Донецкой и Луганской областях. Плюс — прямое военное вмешательство России. В Каталонии ничего подобного нет — там совершенно другая ситуация.

Специфика Каталонии заключается в том, что у этой территории есть свой исторический опыт государственности. Также довольно существенные культурные и языковые различия между Каталонией и Испанией. Безусловно, все это создавало почву для сепаратистских движений, но они развивались довольно мирно. Однако после голосования 1 октября конфликт и противостояние могут нарастать. И важно, чтобы они не приобрели формы с использованием насильнических методов. Это самая большая опасность. Но до последнего времени это противостояние все-таки носило мирный характер.

На Донбассе же противостояние сразу же приобрело насильственные формы — происходил захват органов государственной власти (особенно ярко это проявилось в Славянске).

Так что отличий намного больше. Какие-то внешние признаки, например, попытка отделиться, похожи. Но — не столько на Донбассе, сколько на ситуации в истории других стран.

Безусловно, Украина в данном вопросе должна занять крайне осторожную позицию и выступать против насильственных действий, но — принципиальный момент — с учетом наших национальных интересов и внутренней ситуации. Принципиально поддержать территориальную целостность и единство Испании. Например, точно так же Украина не признавала и не признает независимость Косово (хотя многие европейские страны признали), поскольку это является нарушением территориальной целостности Сербии. Хотя на тот момент еще не был аннексирован Крым, но поскольку для нас все равно существовал потенциальный риск попытки отделить Крым (что, в итоге, и произошло), Украина принципиально поддерживала территориальную целостность и единство любой страны: тогда Сербии, сейчас — Испании.

Также Украина принципиально не поддерживает никаких сепаратистских движений, какими бы они ни были. Поскольку в противном случае мы должны были бы точно так же относиться к происходящему на Донбассе. Хотя бы формально.

Поэтому Украина принципиально должна выступать за территориальную целостность и единство Испании, но действовать довольно осторожно и призывать обе стороны не использовать насильственные методы.     

Сергей Толстов
Сергей Толстов Главред
Директор Института политического анализа и международных исследований Сергей Толстов:

Между Украиной и Крымом не было таких страшных страниц истории, как были в Испании — расстрел 40 тысяч человек, когда франкисты заняли Барселону. Так что об исторических предпосылках специфических чувств каталонцев к Мадриду можно говорить долго, потому что они имеют место быть. Чего не было в случае Крыма и Украины.

Также в Каталонии до последнего времени шел диалог о суверенизации и политических претензиях на отделение и независимость, причем диалог этот осуществлялся в правовых рамках. По крайней мере, до дня референдума. Случившееся 1 октября — это репрессивные действия со стороны Мадрида, которые потенциально могут привести к введению прямого правления. Если Мадрид не сможет взаимодействовать с автономной властью каталонской провинции, тогда перед испанским правительством будет лишь одна возможность — введение прямого правления. Оно уже арестовало каталонское правительство, конфисковало бюллетени, пыталось занять избирательные участки, но им это не удалось сделать.

В Каталонии происходят вещи, которые совершенно не перекликаются событиями в Крыму, и крымскую ситуацию они никак не напоминают. Даже если брать во внимание тот факт, что отношение населения Крыма к Украине не всегда было очень теплым и лояльным. Но аннексия Крыма произошла совершенно иным путем, отличным от каталонского, поскольку введение российских войск, блокирование украинской власти и предательство местной бюрократии происходили без выдвижения идей о независимости Крыма — она возникла лишь за неделю до референдума, чтобы просто найти какие-то оправдания перед международным сообществом.

В Каталонии общество разделено напополам: половина за независимость, половина — против. Поэтому вопрос далек от разрешения, и его перспектива сегодня не очень-то прослеживается.

Важно, что полицейские меры центральной власти дискредитируют правительство Испании в глазах каталонского населения — это абсолютно очевидно. Поэтому того, что делалось в день голосования, делать было нельзя.

Что касается сравнения ситуации с Донбассом, то тут дела обстоят несколько иначе. Если вспомнить ситуацию на Донбассе в первые месяцы 2014 года, то четко прослеживается политическое влияние и поддержка экстремистских организаций из-за границы. Фактически тогда областные органы местного самоуправления стали недееспособными. Ведь глава Донецкого облсовета просто подал в отставку, так как увидел, что областной совет не может контролировать ситуацию в области. Ситуация складывалась не в пользу того, чтобы вопросы решались политическим путем, чтобы выдвигались политические слоганы, которые бы пользовались поддержкой народа. Ситуация складывалась так, чтобы можно было провоцировать социальные и политические беспорядки, что прикрывало создание наполовину военных организаций с целью захвата власти насильственным путем.

Так что на Донбассе все осуществлялось при поддержке общественных и разведывательных структур из-за границы. Этим ситуация очень отличается от происходящего в Каталонии.

Никто у населения Донецкой, Луганской или Харьковской областей не спрашивал, хотят ли они стать независимыми республиками, хотят ли федеративного переустройства Украины, да и вообще, есть ли у них хоть какое-то представление о статусе, который их территории должны иметь в Украине.

Так что тут ситуация отличная от каталонской. Хотя опросы общественного мнения велись в начале 2014 года, но это были чисто социологические исследования — никто не интересовался общественной или политической позицией людей.

Украина в данной ситуации не должна высказывать никакой официальной позиции по событиям в Испании, поскольку Каталония является автономной провинцией Испании, и потому происходящее — их внутренние дела, с точки зрения международного права. Тем более, что Украина сейчас испортила отношения с Венгрией и Румынией, а также создала некоторую напряженность в отношениях с Грецией и Болгарией, в меньшей степени — Польшей. Поэтому вмешиваться сейчас еще и во внутренние дела Испании путем заявлений на уровне МИД Украины было бы самоубийственной практикой, которая может быть задействована только в случае абсолютного умственного помутнения команды МИДа.    

ПО МАТЕРИАЛАМ:
Загрузка...