Украина против России в международных судах: сила первого решения

Для Украины важно закрепить факты присутствия российских войск на Донбассе и аннексию Крыма не только политическими заявлениями, но и решениями международных судов.

вояки, крым
"Зеленые человечки" в Крыму Reuters
6-9 марта Международный суд ООН в Гааге рассмотрит иск Украины против России. Его подала Украина в начале 2017 года с требованием привлечь к ответственности РФ за терроризм и дискриминацию. В иске упоминается сбитый рейс МН17, обстрелы жилых районов Мариуполя и Краматорска, уничтожение автобуса с гражданскими вблизи Волновахи, а также случаи дискриминации крымских татар и украинцев на аннексированном полуострове.

Иск в суд в Гааге — не первая попытка Киев доказать, что Россия — страна-агрессор, которая ввела свои войска на территорию Украины. В Европейском суде по правам человека находятся несколько межгосударственных исков и тысячи частных.

Битва на межгосударственном уровне

Первый иск в Европейский суд по правам человека против России Украина подала в апреле 2014 года. Собранный пакет документов касался массовых нарушений прав украинцев как в Крыму, так и на Донбассе. В нем, например, были видеодоказательства присутствия российских военных на территории полуострова. Второй — 13 июня 2014 года. В нем речь шла о похищении российскими властями и перевозке в РФ детей-сирот из Снежного Донецкой области. Далее были еще несколько — с примерами нарушений прав украинцев в Крыму и на Донбассе, а также политических заключенных, "взятых в заложники российскими властями", таких как кинорежиссер Олег Сенцов. Всего ныне существует пять исков в ЕСПЧ. Шестой Украина только готовит.

По словам министра юстиции Павла Петренко, за свою историю ЕСПЧ рассмотрел лишь 16 межгосударственных дел.

Эксперты отмечают, что до недавних пор практика была такова: индивидуальные жалобы не рассматривались до тех пор, пока суд по правам человека не вынесет решение по межгосударственным делам. Но на этот раз, похоже, будет по-другому.

"В случае конфликта в Украине летом 2016 года суд в своем заявлением отдельным параграфом уточнил, что решение индивидуальных дел не зависит от государственных, — говорит юрист Украинского Хельсинского союза по правам человека, представитель граждан пострадавших во время конфликта на Востоке Украины в Европейском суде по правам человека Надежда Волкова. — Мы надеемся, что решения по индивидуальным делам появятся быстрее. Нам, на самом деле, не важно какое решение будет первым, нам важно установить юрисдикцию России. И когда решение мы услышим хотя бы по одному делу, это будет прецедентом".

Донбасс и военное присутствие России

Ныне уже более тысячи исков подали граждане Украины в ЕСПЧ по событиям на востоке. Они заявляют не только о случаях пыток, незаконных задержаний, рабского труда, но и жалуются, что государство Украина не может обеспечить качественное расследование подобных преступлений

"Например, издевались над гражданским лицом — человека задержали на работе, инкриминировали "шпионаж в пользу Украины", посадили в подвал здания бывшего СБУ в Донецке и издевались до тех пор, пока не выбили нужные "признательные показания". Юристы просят суд признать нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (в ней говорится: "никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию", — Авт.). Но для этого, во-первых, мы должны доказать, что Россия имеет юрисдикцию на территории Донбасса, то есть несет ответственность за все нарушения прав человека там. Это происходит за счет предоставления доказательств о том, что Россия поддерживает террористические организации экономически и политически, предоставляет военную поддержку — говорит Надежда Волкова. — И как только мы это доказали, ставим вопрос по сути: те люди, которые издевались, являются агентами РФ, и поэтому именно Россия виновна в происшедшем с конкретным человеком. В то же время Россия виновата и в том, что она не проводит эффективное расследование. Во-вторых, обвинения формируются и в отношении Украины: на востоке сохраняется юрисдикция Украины по территориальному признаку, нарушения происходят на временно оккупированной территории, поэтому Украина должна расследовать каждый такой факт".

Надо сказать, что всем своим клиентам Хельсинский союз советует перед подачей иска в ЕСПЧ обращаться с заявлениями о преступлении в компетентные органы — прокуратуру, СБУ, Нацполицию — и отслеживать, как проводится расследование. После юристы получают все материалы дела и делают выводы, насколько они соответствуют стандартам эффективности.

В ЕСПЧ уже лежат заявления как от гражданских лиц, так и военных.

"Сейчас уже отправлено на коммуникацию несколько первых дел, — продолжает Надежда Волкова. — Пока в каждом из них мы отвечаем на этот вопрос: предъявляем массив доказательств, которые собрали за последнее два года, когда появляются новые факты, дополняем. Как только будет решение хотя бы по одному делу, то общий вопрос юрисдикции России не будет таким актуальным и аналогичное решение будет применяться ко всем другим индивидуальным делам".

Пока же решений еще нет. Первые, возможно, появятся к осени. Самый сложный момент как раз связан с вопросом юрисдикции. Ныне несколько дел по конфликту на востоке на финишной прямой. "У нас таких четыре (всего Союз работает над более чем 200 делами, — Авт.). И пятое стоит на коммуникации — суд нам задал вопросы, на которые мы должны ответить, — рассказывает юрист Украинского Хельсинского союза по правам человека. — Так что мы живем в ожидании третьей стадии судебного процесса — вынесения решения".

Волкова говорит, что в ЕСПЧ сегодня находится много жалоб от Украины, поэтому суд ими очень перегружен и должен уже принимать решение.

При этом стоит понимать, что одной юридической работы недостаточно. В Европе должны быть лоббисты, которые должны продвигать вопрос на политическом уровне и дипломатических площадках, ведь для Украины очень важны именно решения международных судебных и квазисудебных инстанций, потому что эффективный контроль РФ над территорией Донбасса, пока это не станет юридическим фактом, находится под сомнением.

Крым и юридическое признание аннексии

Решение крымских вопросов требует не меньшего внимания на мировом уровне, чем Донбасса.

"Отличие Крыма от востока в том, что никто из сторон конфликта не отрицает контроль РФ над этой территорией, — говорит другой юрист украинского Хельсинского союза по правам человека Дарья Свиридова. — Мы признаем факт оккупации — у нас есть закон о временно оккупированных территориях. Кроме того, факт оккупации признан в рамках резолюций Совета Европы, Генеральной ассамблеи ООН. Но ключевое — Россия не отрицает факта аннексии Крыма. Безусловно, она это называет добровольным радостным присоединением, но, по большому счету, сегодня РФ контролирует территорию, которую оккупировала, аннексировала и на которой распространила действие своего законодательства. Она сделала эту территорию частью своей страны, внеся изменения в базовые законы, в том числе конституцию. То есть, проблем с точки зрения доказанности нет. Безусловно, у Украины существуют некие переживания, чтобы бо́льшая часть мира не признала факт перехода этих территорий под законный контроль России. Думаю, что с учетом количества резолюций международных структур, это практически невозможно".

"Игрой дипломатов" Дарья называет резолюции, принятые по Крыму. Они — важные шаги на пути по деоккупации Крыма. Но куда более важны именно правовые оценки.

"Пока нет ни одного правового международного решения, которое бы говорило об этом, — продолжает она. — Для нас, юристов, очень важны именно судебные решения. Это важно не столько, чтобы вновь подчеркнуть, что РФ — страна-оккупант, а для того, чтобы была дана правовая оценка того, как ведет себя Россия в отношении территории, проживающих там людей и правоотношений. Надо поднимать вопрос ответственности России в рамках тех обязательств, которые на страну-оккупанта налагает международное право".

После решений международных судов Россию будут оценивать не просто как страну, которая нарушает права человека на своей территории, это будет уже страна-оккупант.

"Мы очень надеемся, что после правовой оценки об оккупации будет другой подход к защите прав человека. Тогда у РФ и обязательств будет больше, и ограничений", — отмечает юрист.

Украинский Хельсинский союз по правам человека с коллегами ведет много кейсов по защите прав человека, связанных с оккупацией Крыма. В частности, по свободе передвижения. Депортация и запрет въезда граждан — были как раз одними из первых нарушений, направленных на то, чтобы выдавить нелояльных людей или запретить им проявлять свою позицию. Среди них Мустафа Джемилев и Рефат Чубаров.

"Если посмотреть на практику ЕСПЧ в отношении въезда иностранца на территорию некого государства, то, теоретически, суд сказал бы, что государство ничего не нарушило, не пустив на его территорию граждан, например, по причинам безопасности, — продолжает Свиридова. — С точки же зрения оккупированных территорий Крыма, на наш взгляд, там будет очевидное нарушение, именно потому, что эта территория оккупирована, она не является частью РФ. Это не Россия не пускает иностранцев к себе, это она пришла на чужую территорию, заняла ее и выгоняет оттуда людей, не пускает туда тех, кто там живет постоянно, фактически депортирует людей. А это однозначно запрещено".

Среди нарушений по Крыму есть и пытки, и незаконное лишение свободы, и нарушение мирных собраний.

"Например, нам важно показать незаконность применения к ним ретроспективного законодательства, — говорит юрист. — Например, в деле "26 февраля". Тогда Россия не имела юрисдикции на полуострове, а значит — не причастна к тем событиям. Она не может применять к людям свое уголовное законодательство".

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Голоса из Крыма: о чем хотят сказать узники оккупационных властей?

Еще одно нарушение — факт принудительного гражданства. "Сложилась уникальная ситуация, — уверена представитель Хельсинского союза. — Обычно при оккупации была проблема — не присвоения гражданства или безгражданства лиц, которые там остались — они теряли любое гражданство и оставались без защиты любой страны. В ситуации с Крымом был факт принудительного гражданства. И это уже нарушение. Можно сразу идти в международный суд и жаловаться. Получается, что человек оказывается в уязвимой ситуации: если откажется, его могут депортировать, не дают доступ к медицинской помощи, социальному страхованию, лишаешься статуса на права собственности. С другой стороны, если ты принимаешь гражданство — наступает ответственность, ведь при навязывании гражданства ты все равно присягнешь на верность государству и как последствия возникают вопросы, связанные с воинской службой, привлечением к уголовной ответственности, в частности, преследованием в делах о госизмене. Там фактически говорят, что любая коммуникация с Украиной — это потенциальная госизмена. Ни один политзаключенный не может отказаться от гражданства РФ, потому что они под уголовным преследованием, а в этот период отказывается запрещено. И когда люди попали в эту "вилку", у них нет правильного решения. И за то, в какую ситуацию они поставили население, России придется нести ответственность".

К сожалению, в ЕСПЧ есть жалобы по Крыму и против Украины. Они касаются отношения страны к крымчанам и переселенцам. Например, речь идет об их доступе к банковским услугам — все жители Крыма признаны нерезидентами. Кроме того, есть постановления Кабмина, которые запрещают эвакуацию своего имущества с территории полуострова. Юристы призывают решать подобные вопросы на национальном уровне, а не выносить их на международный.

Разумеется, Россия не будет спешить выполнять судебные решения. Скорее наоборот — мы будем наблюдать сильное сопротивление с ее стороны. Но всё игнорировать не получится. Для Украины стратегически важно показать, что действиям России дана четкая правовая оценка. И ее уже при принятии конкретных решений игнорировать не получится. Кроме того, на стадии судебного разбирательства России все равно придется являться на заседания, давать объяснения и защищаться. То есть коммуникация состоится.

"Суды в международных инстанциях — процесс сложный, длительный и, возможно, не такой громкий как резолюции ПАСЕ, но очень важный, — уверена Дарья Свиридова. — Кроме того, это и защита конкретных людей, которые хотят сатисфакции, компенсации за то, что с ними произошло, восстановления своих прав".

Если бы в свое время мир с правовой точки зрения более жестко реагировал на ситуацию в Грузии, Приднестровье, Карабахе, если бы была резкая политическая оценка и четкие судебные решения, то тогда было бы очевидно, что оккупация — это не просто дорого из-за санкций, но и наказуемо.

Сегодня очевидно, что Украина должна сделать то, чего до этого не делала Молдова или Грузия — заставить мир посмотреть на страну-агрессора другими глазами, подтолкнуть к решительным действиям, иначе она никогда не остановится.

ПО МАТЕРИАЛАМ: