Когда бизнес на нуле, культура в минусе

Отечественная кинематографическая отрасль в следующем году, по всей видимости, прекратит свое существование.

Потому что за те пять миллионов гривен, которые «на все про все» ей выделили экономные чиновники, ссылаясь на кризис, кое-кто из них порой лишний раз даже чихнуть не захотел бы: гардероб украинского премьера, наверное, стоит дороже. Но людям искусства, которые в нашем государстве живут от подачки до подачки, не привыкать, как-то будут выживать (может, их дустом попробовать, кстати?). Бюджет-2009 наглядно продемонстрировал, что кризис, о котором столько разговоров, прежде всего атаковал головы, его проектировавшие. И этот кризис намного масштабнее, чем просто финансовый, поскольку охватывает перспективу существования государства в целом. Ведь мы дошли до той черты деморализации, когда мифические «мосты в Харькове» в Верховной Раде «защитить» есть кому (почему каждую статью бюджета нужно «защищать», а проще - «выбивать» и выторговывать, это отдельный вопрос), а кино – категорически некому. Как и книги. И театры. Это не доходные вещи, материальной выгоды от них – круглый ноль, соответственно и интереса у депутатов они не вызывают ни малейшего, тем более, когда речь идет о «трудных временах». Но хотелось бы напомнить, что деградация - процесс стремительный, легкий и необратимый, независимо от финансового положения. Итак, новейший украинский кинематограф, который должен бы был возродить веру в разумное, доброе, вечное и объединить нацию, банально подбит на взлете. Он не поразит нас силой художественной мысли и взрывом жизнеутверждающих идей национальной окраски – эта роскошь нам не по карману. В прошлом году сумма в 51 миллион гривен, предусмотренная бюджетом на развитие отечественного кинематографа, позволила запустить в производство несколько дебютов, начать съемки фильмов по интересным, далеким от политической конъюнктуры, сценариям, и даже умудриться все-таки выпустить в прокат ленты «по заказу» высоких чинов (как то «Богдан Хмельницкий», или «Владыка Андрей», или длинный шлейф фильмов, посвященных Глодомору 1933-го). В следующем году снимать будет не на что, и заказывать, соответственно, тоже. Разве что Александр Турчинов окажется «на коне» – у него всегда и сюжет найдется, и небюджетные деньги, чтобы этот сюжет заснять. А вот люди, посвятившие кинематографу большую часть своей жизни, могут просто оказаться на улице, констатирует Председатель Государственной службы кинематографии Анна Чмиль. «Пять миллионов гривен в проекте бюджета – это намного меньше, чем в предыдущем году, – говорит чиновница. – Это катастрофа. Кроме того, не дали ни копейки за декабрь. На данный момент долг – два с половиной миллиона гривен. Люди работы выполнили, соглашения заключены, акты исполненных работ уже в казначействе, а денег, чтобы заплатить зарплату, нет. Поэтому сегодня нам придется законсервировать все проекты. А это значит, что людям, выполнившим определенный объем работ, не заплатят ни копейки. Мы парализованы полностью. Будем, конечно, искать выходы, договариваться с дистрибьюторами и инвесторами. Но пока нет никаких перспектив. Депутаты занимаются лоббированием только тех законов, с которых лично что-то имеют. Это режим ручного управления. Мы же выбиваем каждую копейку. Действует принцип «кто скорее добежит». Мы думаем, как нам дальше быть, потому что люди ведь остаются без средств к существованию». Чтобы продолжить работу над «замороженными» проектами, нужен 51 миллион гривен. На разных этапах завершения сегодня фильмы Михаила Ильенко, Валентина Васяновича, Киры Муратовой, да еще с десятка режиссеров. Муратовой не хватило денег, чтобы переписать звук в фильме «Мелодия для шарманки». Михаил Ильенко снял две трети фильма-истории об Иване Доценко, украинце с Полтавщины, который стал вождем индейского племени. Валентину Васяновичу осталось четыре съемочных дня, чтобы завершить картину «Вы играете в шахматы?». Михаил Ильенко уверен, что сегодня искусство в Украине загнано в маргинальное поле. «Мы надеемся на продолжение работы. Мы работаем, – говорит художник. – Надеюсь, доснимем зимние эпизоды после Нового года. А вообще, ситуация катастрофическая. Искусство в маргинальном поле. По крайней мере, так по бюджету. Депутаты не представляют, что они делают. Если не дают денег, то хотя бы принимали важные законы, позволяющие культуре самой заботиться о себе. Сейчас же наши законы работают на зарубежного производителя. Вот в моем фильме идет речь о герое Украины, об уникальной личности. Если бы такого человека не было, его нужно было бы придумать. Это может стать очень мощным стимулом для поднятия человеческого духа. Наша съемочная группа работает ради этого импульса, ведь нам тоже нужен герой, как американский всесильный Рембо, как товарищ Сухов, который не горит, не тонет, но... Сегодня мы выглядим так, будто мы горсть каких-то придурков, мол, посмотрите, армия не кормлена, шахтеры бедствуют, пока не у всех есть мерседесы, а они хотят кино снимать!». Один известный российский актер в интервью «Главреду» признался – он, мол, счастлив оттого, что финансовый кризис очистит российский кинематограф от случайных людей. Комментарии излишни. У нас кризис «зачистит» весь наш «нехитрый» кинематограф. Искусство, конечно, способно вытащить из депрессии, если депрессия его не засосет. Режиссер Валентин Васянович из затруднительной ситуации намерен выбираться с оптимизмом: «Нам осталось доснять четыре дня, рассчитаться с турками за обработку пленки, отдать долги, потому что сумма у нас получилась намного больше, – говорит он. – Будем изыскивать средства частных инвесторов... Не знаю, удастся ли напечатать экранную версию, но очень хотелось бы. Возможно, мы сначала попытаемся продать на телевидение этот фильм. Все равно, самые большие деньги приносит телепоказ. Прокат – это больше промо-акция для продажи DVD. Будем работать! Когда есть большое желание, то появляются и возможности. В конце концов, нашему кино не привыкать к такой ситуации. Понимаю, что в следующем году Министерством ничего не планируется, но киношники уже привыкли». «Сначала нам пафосно обещали 140 миллионов гривен, – говорит Анна Чмиль. – Надежды, конечно, не было никакой, но мы произвели соответствующие подсчеты. Чтобы выполнять норму Закона о кинематографии, гласящую, что тридцать процентов экранного времени должны занимать фильмы национального производства. Поэтому мы должны производить около шестидесяти художественных фильмов в год. Не говоря уже о документальных и анимационных картинах. А это и есть те 140 миллионов. В Верховной Раде зарегистрированы два законопроекта, которые должны обеспечить создание благоприятных условий для развития украинского кино. Первый законопроект касается введения протекционистского подхода в отношении национального кино. Ведь сейчас национальный фильм, начиная с производства и заканчивая показом, четырежды облагается налогом на добавленную стоимость. Во втором законопроекте мы предлагали опыт, используемый почти всеми европейскими странами. Один процент акцизного сбора от реализации алкоголя и табака передавать на производство национального кино. Например, в прошлом году эта цифра составила 483 миллиона гривен. Мы просили, сделайте такой транш на кино и оно поднимется!». Где взять деньги на финансирование отечественного кинематографа в условиях кризиса, никто не знает. Наверное, каждому из четырехсот пятидесяти депутатов и всякому чиновнику необходимо срочно осознать, что воровать – великий грех, после чего все свое имущество в покаянных муках конвертировать в деньги, которые потом распределить между теми, кто годами работает практически на голом энтузиазме. Потому что бесконечное унижение творцов может обернуться местью потомков.

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнёров
Новости
Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять