Трудности перевода

В начале 2006 года мне позвонили из харьковского издательства "Фолио" и предложили перевести на украинский язык новый роман модного французского писателя Мишеля Уэльбека "Возможность острова".

Я согласился. С тех пор познаю всю горечь и превратности жизни переводчика художественной литературы в Украине. Подписанное мной с "Фолио" соглашение предполагало, что после передачи рукописи перевода в издательство, его проверки и получения гонорара я передаю все исключительные права на перевод издательству. Что это значит? А то, что ни размер тиража, ни возможные переиздания - сколько бы их ни было! - на моем гонораре не отразятся. Таких кабальных соглашений нет ни у наших ближайших соседей, в частности в России, ни тем более за рубежом. Гонорар (нет, наверно, лучше "гонорар", поскольку его соответствие выполненной работе более чем условно) составил… $800. То есть $2,5 за страницу. Срок - четыре месяца. То есть по $200 в месяц. Четыре месяца - это около 120 дней. Объем книги - приблизительно 450 страниц. Если отбросить выходные (ведь даже писатели и переводчики должны иногда отдыхать!), выйдет 5-6 страниц в день. Тот, кто хоть когда-нибудь имел дело с переводом, понимает, какой это каторжный труд. Друг-переводчик из Москвы долго смеялся надо мной, узнав о размере гонорара; он хорошо знаком с тем, кто переводил этот же роман на русский - сумма была в пять раз больше… Так почему же, спросите вы, я согласился на такие кабальные условия? Потому что это был Уэльбек - в то время мой любимец среди французов. И лучший его роман. Да и не только у Уэльбека лучший, но и во всей французской литературе 2000-х годов. Итак, я согласился, перевел, и в 2007 году роман вышел. Забраковано? В Украине большинство переводчиков берутся за работу именно по такой причине - любимый автор или гениальное произведение. Прокормить работа переводчика, к сожалению, не может. И даже в таких условиях появляются шедевры перевода. Немало говорено о появлении украиноязычных Стефана Малларме, Мишеля Бютора, Натали Саррот, Марселя Пруста, Реймона Кено, Орхана Памука, Мориса Метерлинка и т. д. Главная тема споров - качество переводов. Вероятно, дает о себе знать нынешнее отсутствие школы художественного перевода в Украине. Когда-то такая школа существовала: целая плеяда замечательных переводчиков собиралась вокруг издательства "Дніпро" и фигуры Григория Кочура (в прошлом году праздновали 100-летие со дня рождения) и Николая Лукаша (в этом году празднуем 90-летний юбилей). К сожалению, мастера ушли за горизонт, оставив после себя гениальные произведения и нескольких учеников, работающих отдельно (Леонид Череватенко, Владимир Житник, Максим Стриха, Дмитрий Павличко и другие), а о ситуации с издательством "Дніпро", которое еле-еле держится на плаву и вяло отражает атаки рейдеров, "Главред" писал раньше. У низкого качества переводов есть целая куча причин, и все они произрастают из двух корней: во-первых, из происхождения переводчиков, а во-вторых - из непрофессионализма большинства издательств. Начнем с первого. Кто такой современный молодой переводчик? Преимущественно это "самородки", люди, дошедшие до осознания себя как переводчиков самостоятельно. Как, например, начинался мой путь? В университете я изучал иностранную литературу, в частности, творчество Гюстава Флобера. Писал диплом по "Госпоже Бовари", потом - кандидатскую. В какой-то момент просто тщательного изучения Флоберовских текстов оказалось недостаточно; лучший способ познать текст - перевести его; так начались мои первые, безусловно, кустарные, переводы из "Саламбо" и переписки Флобера. На украинский переводил сознательно. Уверен, более-менее похожие вещи происходит с большинством молодых переводчиков. Впрочем, трудно, не имея профессионального (переводческого) образования, сделать действительно совершенный перевод. Кому-то не хватает духа лучше овладеть языком перевода (то есть украинским), кто-то не на должном уровне знает язык оригинала. А направлять молодых переводчиков в нужное русло некому. Конечно, существует несколько кафедр перевода при вузах, есть Объединение переводчиков при Союзе писателей, но это - лишь капля в море, учитывая действительную потребность государства в переводной литературе и орду тех, кто стремится на практике приобщиться к художественному переводу. Плохи дела в Украине и со словарями. Попробуйте-ка сегодня в Киеве приобрести "Словник української мови" Бориса Гринченко! Ведь эта книга обязательно должна быть на столе у каждого переводчика. Большинство словарей, которые можно увидеть в книжных магазинах и на Петровке, составлены еще по старым советским образцам и полны русизмов. Беда и с двуязычными словарями. К примеру, обстоятельного французско-украинского и украинско-французского словаря до сих пор нет. То есть переводчик, даже если он думает по-украински (а это большая редкость!), вынужден обращаться к российским изданиям. И это, безусловно, очень вредит переводу. "Гранты преграждают путь качеству" Вторая сторона проблемы - издательства. К сожалению, бывают случаи (жаль, что уж слишком часто), когда издатели без надлежащего внимания вчитываются в текст перевода и дают его без тщательной обработки редактора и корректора. Здесь кроется другая проблема - время и средства. Очень часто времени на издание книги слишком мало, а определенная часть средств (или вся сумма) поступает в виде грантов (от посольств, благотворительных или других фондов) - и средства надо "освоить"… "Во многих издательствах гранты преграждают путь качеству перевода, - признает директор издательства "А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-ГА" Иван Малкович. - Грант получил - дело сделано; так они мыслят. Поэтому качественных переводов очень мало". "А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-ГА" никогда ничего на гранты не издавала, утверждает Малкович. Ничего удивительного, ведь и "Гарри Поттер", и книжка Роалда Даля, и украинские переводы Гоголя - успешные проекты, которые, несмотря на достаточно высокую цену, быстро раскупаются и выдерживают несколько переизданий. "Для меня очень важно качество, - уверяет директор издательства. - С каждым переизданием мы что-то исправляем, добавляем". Специфика "А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-Ги" - детская литература; у Ивана Малковича накопилась немало претензий к тем, кто в настоящее время переводит книги для детей на украинский язык. "Язык этих переводов сводится к языку украинских народных сказок. Но язык развивается, осовременивается! Есть много разных слоев, сленгов. Это должно отражаться", - считает издатель. Действительно, изданный в прошлом году "А-БА-БА-ГА-ЛА-МА-Гой" перевод "Гамлета, принца датского", вызвал немало жалоб именно из-за осовременивания переводчиком - Юрием Андруховичем - текста. Глава Объединения переводчиков при Союзе писателей Всеволод Ткаченко даже выговаривал мне за то, что я взял этот перевод в свою радиопередачу. "Это - не переводчик!" - уверен он. Зато народный артист Украины Александр Быструшкин, который неоднократно играл Гамлета и первым читал перевод Андруховича на радио, считает этот текст наиболее удачным для сцены. Правы оба, поскольку существует такое явление, как "сценическая адаптация" литературного произведения. Андрухович скорее не перевел, а адаптировал "Гамлета" к требованиям современного зрителя. Относиться к этому, конечно, можно по-разному. Адаптация - это одно, а откровенный брак - другое. На книжной выставке-ярмарке "Медвин", прошедшей недавно в Киеве, мне на рецензию надавали целую кучу книг, половина из которых - переводные. По большей части, открывая их, ужасался: само по себе произведение - прекрасно, достойно пропагандирования и ознакомления, но бездарный перевод и явное отсутствие редакторского глаза калечат его настолько, что дочитать до середины невозможно. Существуют издатели, которые уж слишком плохого мнения о читателях: мол, уровень "читательской массы" сейчас настолько низок, что не стоят прилагать усилия и тщательно вычитывать тексты – все равно читатели ничего не заметят. Возможно, с советских времен уровень и вправду несколько снизился. Но те, у кого он упал слишком низко, книг не читают, а те, у кого он не снижался, небрежно сделанную книгу в руки не возьмут и отдадут предпочтение качественному (хоть и более дорогому) российскому аналогу. У нас полнейший хаос как в лексике, так и в правописании, а больше всех страдает синтаксис - несчастные запятые или стоят там, где даже в страшном сне не приснится, или же совсем отсутствуют там, где их необходимость очевидна. Возвращаясь к уровню. Как справедливо отметила президент ГО "Форум издателей" Александра Коваль, несколько поколений читателей уже потеряно. Поэтому особое внимание возглавляемая госпожа Коваль структура уделяет детям. "Их еще можно вернуть к чтению", - убеждена президент "Форума издателей". И качественные переводы именно детской литературы - важный залог этого возвращения. "Рынок сформировала классика" Как бы там ни было, новое поколение переводчиков (а также писателей, критиков, поэтов) подрастает. Большинство из них пока находится на маргинесе, ими пренебрегают издатели или же они - издателями, ведь, согласитесь, отдавать свое произведение (поэзию, роман, разыскание или перевод) людям, уровень культуры которых часто не выше телевизионного "Вечернего квартала", не очень хочется. Я лично знаком с 19-летним парнем, который перевел с латыни "Речь о достоинстве человека" итальянского философа времен Возрождения Пико де Мирандолы. Издавать это не хочет никто. Проза Андре Жида? Никому не нужно. Афоризмы Ларошфуко? Это тоже не для наших издателей. Основной аргумент – этого никто не будет покупать. Действительно, продать мировую классику, если она не входит в школьную или вузовскую программу, практически невозможно. Казалось бы, именно для этого и существует государство. Государство, которое должно утверждать программу развития книгоиздательской отрасли, выделять приоритеты и следовать определенным путем. Наше государство этого не делает - и не только в книгоиздании, но и в культурной отрасли в целом. "Некие сдвиги за последние два года есть, - признавался год назад в разговоре со мной известный композитор, член Шевченковского комитета и советник министра культуры и туризма Кирилл Стеценко. - Но они хаотичные, несогласованные между собой. Технология очень слаба. Правила вводить сложно, сопротивление - безумное. Это - признак отсутствия разработанной системной политики, которая включала бы в себя стратегии в понимании не только цели, но и сценария развития, плана действий не только на один год". "Когда-то россияне, чтобы оживить свой книжный рынок, издавали множество произведений русских классиков. Рынок "сделали" не Донцова, Маринина или Устинова. Это - иллюзия. Рынок сформировала классика, - считает Сергей Руденко, руководитель популярного книжного портала "Буквоед". - Нам же, думаю, нужно пойти путем печати переводной литературы. Лично я хотел бы читать мировые бестселлеры на украинском языке. Для того же, чтобы существовала индустрия переводной литературы, нужно немало факторов. И в первую очередь - качественных переводчиков уровня Николая Лукаша и Анатоля Перепади. Впрочем, я абсолютно уверен: спрос рожает предложение. Заказы на перевод должны исходить от издательств, которых (в виде исключения) должно поддерживать государство. Как по мне, в Украине обязана существовать отдельная институция, которая бы покровительствовала переводной литературе. Причем речь идет и о переводе украинской литературы на иностранные языки". Что касается последнего, то о создании специальной программы перевода нашей литературы на не наши языки говорится столько, сколько существует независимая Украина. Определенные сдвиги в этом направлении делаются исключительно усилиями частных лиц. Но кого переводят! В Германии, Польше, Франции можно найти книгу Оксаны Забужко, Юрия Андруховича, Любка Дереша, Андрея Куркова. Здесь, в Украине, нам рассказывают, что этих писателей "там" знают и уважают. Но никто не проводил исследование и не рассказывал украинскому сообществу, как раскупаются их книги "там". Известно, что, когда талантливого российского автора Татьяну Толстую перевели и издали в Дании, то куплен был всего один (!) экземпляр из всего тиража. Это не сплетня. Поскольку Толстая - честный человек, она сама рассказала об этом в одном из интервью. К сожалению, в европейских книжных магазинах мы не увидим ни нашу прекрасную классику (Григора Тютюнника, Ольги Кобылянской, Тодося Осьмачки, Юрия Яновского, Валерьяна Пидмогильного, Николая Хвилевого и др.), ни действительно стоящих современных авторов. Здесь я не назову никого, чтобы никого не оскорбить. "Переводный процесс должен быть обоюдным: наши авторы также должны представляться в мире, - считает молодой писатель и переводчик Дмитрий Чистяк. - Хватит плакать, что у нас нет нобелиантов. Для этого мало усилий таких энтузиастов, как Вера Вовк (писательница, лауреат Шевченковской премии 2007 года, живет в Бразилии. – Авт.). Должна быть государственная поддержка, с привлечением профессиональных менеджеров. Иначе останемся на маргинесе культурной жизни, несмотря на высокие образцы писательства". Год назад тогда 20-летний Дмитрий получил в Швейцарии первую премию на конкурсе молодых авторов за лучшую новеллу на французском языке. Он обошел писателей из Канады, Франции, Бельгии, Северной Африки, то есть традиционно франкоязычных регионов. Молодой переводчик утверждает: в Европе есть заинтересованность в украинской литературе. Но тамошние издатели - не дураки, они с легкостью отличают полову от текстов, достойных внимания. Политика сквозь пальцы В Украине же "достойные внимания тексты" издаются редко. "Ежегодно на украинский язык не переводятся около 80 тысяч названий, издаваемых в других странах. Это происходит потому, что украинцы катастрофически не читающая нация, как это ни досадно констатировать", - таково мнение издателя, директора издательства "Нора-Друк" Элеоноры Симоновой. Не буду комментировать мнение относительно "не читающей нации"; к сожалению, такой точки зрения придерживаются большинство представителей украинской интеллигенции. Но ведь если ребенок не читает, его нужно приучать к книге! И желательно к лучшим образцам. Вместо того украинскому читателю предлагают Чака Паланика или Чарльза Буковски, откровенный "трэш", воспитать на котором никак не получится. "В Украине переводчество развивается стихийно, - отмечает Дмитрий Чистяк. - Нет четких приоритетов в отборе авторов. Низкая культура издателей и нехватка хороших редакторов. Хорошо, что все-таки выходят произведения классиков перевода: Григория Кочура, Игоря Качуровского, Дмитрия Павличко. Но общее впечатление гнетущее: суржик становится нормой для переводов". Хуже - суржик популяризируется, а выступления в защиту чистоты языка объявляются чуть ли не проявлением фашизма. Даже хуже - суржик попадает в произведения, которые входят в школьную программу! Просмотрите, к примеру, новый перевод "Дон Жуана" Байрона, сделанного Валерией Богуславской (2007 год). Он пересыпан русизмами и напоминает скорее фельетон, чем прекрасную драматическую поэму. А переводную литературу высокого уровня издавать никому. "Хотелось бы более серьезной государственной поддержки, - разуверено говорит директор "Дніпра" Владимир Войтович. - Но правительство смотрит на происходящее сквозь пальцы…" В Европе к книгоизданию отношение совершенно другое. "Отношение французов и бельгийцев к книге не такое, как у нас, - рассказывает Чистяк. - Часто в метро, просто на траве общественных парков можно увидеть много молодых читателей. И не какой-то макулатурщины. Ведь в Европе - продуманная государственная политика. Финансируются переводы на иностранные языки, за счет местного самоуправления осуществляются литературные конкурсы, чтение в школе, книжных магазинах. Издателям оказывается государственная поддержка, а экспертные советы министерств культуры финансируют издательские проекты поистине государственного значения". "Литература, переведенная с других языков на украинский, может стать прекрасным стимулом к оживлению книжного рынка Украины. Как правило, произведения иностранных авторов появляются у нас на русском языке - наши соседи быстро и оперативно реагируют на появление новых мировых бестселлеров", - констатирует Сергей Руденко. Действительно, произведения Мишеля Уэльбека, Фредерика Бегбеде, Амели Нотомб, Анны Гавальды, Марка Леви и многих других известных в Европе писателей появляются у нас следом за российскими изданиями. Никак не отучимся обезьянничать. Понять издателей можно: они пристально присматриваются, что будет иметь спрос в России, учитывая сходство тамошнего и украинского менталитетов. Рисковать не хочет никто. "В этом году ситуация несколько изменилась, - радуется Руденко. - Например, "Музей невинности" Орхана Памука был переведен на украинский раньше, чем на русский. И главное - люди, несмотря на язык, с удовольствием начали читать эту книгу. А это значит, что переводная литература, которая появляется на украинском языке, вполне может стать конкурентной с русскоязычными изданиями. Даже больше - она может быть "мостиком" между современной украинской литературой и читателями, которые рано или поздно привыкнут читать по-украински". Действительно, Орхан Памук переведен у нас чуть ли не в полном объеме. Но это скорее исключение. Где нобелевский лауреат этого года Ж. М. Г. Ле Клезио? Ведь его творческий путь тянется уже полвека. Где Э. Елинек, другие недавние нобелианты? Только-только начали издавать на украинском Стивена Кинга. И хоть это - далеко не вершинный образец модерной литературы, все же Кинг - это КАЧЕСТВЕННАЯ массовая литература, то есть то, чего у нас нет. Других же писателей "круга Кинга" (скажем, Клайва Баркера) у нас не только не переводят - украинские издатели о них просто не слышали. Это при том, что тиражи их произведений достигают сотен тысяч экземпляров, а сами авторы – звезды мирового уровня. Европейские страны постоянно пополняются "свежей кровью", как правило из-за своих границ. Говоря, например, о франкоязычной литературе, Дмитрий Чистяк отмечает: "Общая тенденция здесь - к расширению культурного ареала за счет франкоязычных стран и, в частности, "экзотической" своим "ориентализмом" Африки. Имена бельгийца Ф. Эмманюеля, канадца А. Гранбуа, марокканца Т. Бен Джелуна, сенегальца Л. Седара Сенгора, швейцарца Ф. Жаккотте сплелись с французскими авторами в одно полифоническое явление франкофонии". Кому в Украине известны эти имена? Кто и когда будет издавать этих писателей? Причем переводить есть кому. Беда в том, что на эти переводы нет грантов, а, как известно, без грантов у нас разве что "Гарри Поттера" или комиксы про Бэтмена издают. Леонид Череватенко, переводчик, режиссер, член Союза писателей и Союза кинематографистов Украины: Главный признак нового поколения переводчиков - непрофессионализм. И желание халтурой заработать как можно больше денег. Нет центра, который занимался бы воспитанием переводчиков и систематическим переводом лучших образцов иностранной литературы. Раньше очень авторитетным был журнал "Всесвіт". Там была когорта сильных переводчиков. Авторитет держался прежде всего на первопубликациях выдающихся произведений мировой литературы и на сенсациях - вспоминаю, как по всему Союзу гонялись за экземплярами "Всесвіту", где появился "Крестный отец" Марио Пьюзо. Уровень переводов зависит и от требовательности читателей. Телевидение и Интернет настолько опошлили духовный мир нашего современника, что можно говорить об интеллектуальном кризисе. Информация стала доступной и, как следствие, некачественной. Элеонора Симонова, директор издательства "Нора-Друк": В Украине переводят в основном авторов из тех стран, которые финансово поддерживают заграничные переводы, а это Польша, Франция, Великобритания, Германия. Украинские издатели имеют ограниченный финансовый ресурс для того, чтобы издавать переводы без финансовой поддержки, ведь украинцы катастрофически мало читают, поэтому любые книжные проекты, приносящие огромную прибыль за рубежом, в Украине не дают весомый финансовый результат. Причины этого явления разные: здесь и отсутствие полноценной книжной сети, и финансовая несостоятельность простых людей тратить деньги на вещи, не являющиеся предметом первой необходимости, и вообще низкий общий уровень культуры населения. В прошлом году мы купили права на перевод нескольких произведений вне программы поддержки переводов, но до сих пор не можем их издать из-за неблагоприятной финансовой ситуации на книжном рынке Украины в этом году. Украина не является в настоящий момент страной, интересующей мировых лидеров издательской отрасли, поэтому у нас до сих пор нет ни одного филиала ведущих мировых агентств по авторским правам. У нас есть потенциал, поскольку мы – самая большая страна Европы, но для нормального развития книжного рынка нужно привлекать широкие массы населения к чтению, провести серьезную кампанию по этому поводу на общеукраинском уровне, но пока что эти вопросы волнуют только энтузиастов. Во всех развитых странах проблемами привлечения населения к чтению занимаются на высшем государственном уровне. Поэтому, вероятно, эти страны и развитые.

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Новости партнеров

Последние новости

Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять