Николай Онищук: "Зависимый суд – худшая форма его дистрофии"

Судебная система несет довольно ощутимые потери: ежедневно, по данным Высшего совета юстиции, заявления об увольнении подают около 30 судей.

Комитет Верховной Рады по вопросам правосудия на этом основании уже рекомендовал уволить 102 судей. О причинах этого явления – политических, экономических, психологических, и о его последствиях для страны в блиц-интервью "Главреду" рассказал экс-министр юстиции Николай Онищук.

Николай Васильевич, с чем связано нынешнее массовое увольнение судей разных инстанций – от Верховного до районных?

Есть несколько причин массовых отставок судей. Что касается судей Верховного Суда, то переходные положения действующего закона "О судоустройстве и статусе судей" предполагают уменьшение их численности в зависимости от того, как судьи будут подавать в отставку или назначаться судьями других судов. Многие судьи ВС, у которых уже есть достаточные основания для отставки, – не менее 20 лет судейского стажа, согласно этому закону, потеряют право на пожизненное содержание за счет государства. Можно предположить, что это и служитаргументом для тех, кто поспешил подать заявление в Высший совет юстиции.

Вторая причина – это, очевидно, естественный процесс, когда судьи подают в отставку по состоянию здоровья, в силу других обстоятельств. И третья группа – это увольнения судей, решение которых мотивировано новыми реалиями в судейской системе, в том числе в отношении контроля над расходами судей, большими возможностями контроля судейской деятельности со стороны Высшего совета юстиции и Высшей квалификационной комиссии судей. К этому, очевидно, добавляется и совокупная общественно-психологическая ситуация, связанная с состоянием дел в судейской системе и с имеющими сейчас место политическими и правовыми реалиями.

Насколько весомый материальный фактор, ведь до 1 января будет действовать еще старая система начисления выплат при уходе в отставку, а после – уже нет?

Этот фактор оказывает большое влияние. Общая тенденция предполагает ограничение суммы пенсионного обеспечения, в том числе пожизненного содержания судей. По всей вероятности, судьи, принимая решение об отставке, полагают, что после 1 января они не смогут получить пожизненное денежное содержание, в том числе одноразовые выплаты в связи с заявлением об отставке (двадцать минимальных годовых зарплат. – Ред.).

По вашим ощущениям, какой процент судей уходят с должностей не из материальных или возрастных соображений, а из-за давления и невозможности дальше работать в судебной системе?

Сложно прогнозировать такой процент, но очевидно, что этот фактор достаточно ощутимый в мотивации судей.

Вы же общаетесь со служителями Фемиды, стали ли они чаще жаловаться на незаконное давление "сверху"?

Я общаюсь с ними не так часто, чтобы делать подобные выводы, поскольку никакие контакты с судейским корпусом не приветствуются и могут расцениваться как заинтересованность.

Верховный Суд, по новому закону, лишается многих полномочий и становится скорее совещательным органом, дающим указания низшим инстанциям. Это может влиять на решения судей об увольнении?

Конечно, это один из мотивов, влияющих на принятие соответствующих решений. Действительно, объем полномочий Верховного Суда изменился, хоть он и сохраняет возможность пересмотра целого ряда дел в рамках каждой юрисдикции на предусмотренных законом основаниях. Поверьте, насколько я знаю атмосферу Верховного Суда, очевидно, это не основной мотив принятия решений по поводу увольнений.

Не останутся ли в таком случае суды без судей, ведь новый закон предусматривает усложненную процедуру отбора и назначения судьи на должность?

Судейская профессия, по крайней мере до сих пор, оставалась достаточно востребованной, особенно если речь идет о городах, областных центрах, апелляционных судах. Несколько сложнее ситуация с комплектацией судейского корпуса в сельских районах. Там и раньше ощущался дефицит предложений, думаю, он сохранится и сейчас.

Сложно сказать, какие это будет иметь последствия. К примеру, Грузия в свое время, когда проводила судебную реформу, уволила весь судейский корпус одномоментно. А потом стала набирать судей с чистого листа. Это дало свои результаты, и сегодня Грузия по уровню коррупции где-то близко к тридцатой позиции в мире.

Очевидно, что судебная система не будет заблокирована, там работает около восьми тысяч судей. Важно, чтобы в итоге мы добились не запуганности судей, а их профессиональной независимости и способности осуществлять правосудие профессионально, честно и беспристрастно. Это непростая задача, и для этого нет универсального рецепта. Надеюсь, что новации, предусмотренные законом "О судоустройстве и статусе судей", будут способствовать этому.

Я уже говорил, что при усилении контроля над судейской деятельностью со стороны общества, повышении профессиональных требований, в частности относительно доступа к профессии, антикоррупционным мероприятиям, меня беспокоит возможность формирования зависимости судей от политических институтов Украины, в частности от других органов государственной власти. Зависимый суд - худшая форма его дистрофии по сравнению с любыми другими сегодняшними пороками. Поэтому сейчас сложно сказать, какого качества судебную систему мы получим. Хотелось бы, чтобы победили более оптимистичные надежды.
Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнеров
Новости
Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять