Онопенко усидел

"Покайтесь и ешьте землю", - таким было пожелание судьи Верховного Суда своим коллегам на пленуме.

В пятницу, 11 марта, состоялся внеочередной пленум Верховного Суда по инициативе 19 судей. В повестке дня стоял один вопрос — выражение недоверия председателю ВСУ Василию Онопенко. Возглавляла группу "заговорщиков" судья гражданской палаты, бывшая соратница Онопенко — Лилия Григорьева.

Началось все с того, что последняя попыталась выставить прессу за дверь. Свое решение она мотивировала тем, что оргкомитет имеет право определять порядок проведения пленума, а кадровые вопросы, оказывается, обществу не так уж и важны.

Но сторонники Онопенко с первых минут показали характер. Василий Васильевич категорически возражал против выдворения СМИ. Он уверял, что "рассматривается чрезвычайный вопрос", и граждане должны знать причины, по которым ему выражают недоверие. А, кроме того, Закон "О судоустройстве и статусе судей" не предусматривает закрытых заседаний пленума, только тайное голосование. "Хотя мы заседаем в Кловском дворце, у нас на дворе не XIX век, не Мадридский двор королевы Изабеллы", - намекал Василий Васильевич на известное произведение "Тайны мадридского двора" Георга Борна. На что оппоненты ему в ответ намекнули, что не в его интересах разглашение сведений, дискредитирующих его как судью.

"Так что, открывать заседание пленума или поставить вопрос на голосование?" - неуверенно спросила Григорьева. Для нее, в отличие от соратников Онопенко, этот день не был моментом истины, и отстаивать бастионы до последней капли крови она была не готова. Постепенно с ней перестали считаться и начали перебивать.

Поскольку устранить коллизию иначе, как голосованием, было невозможно, Григорьева сдалась и уже было объявила голосование, как оказалось, что этого делать нельзя — в зале присутствовали два человека неопределенной профессии — Игорь Самсин, председатель Высшей квалифкомиссии судей, и Николай Пинчук, ее член. То есть по статусу они оставались судьями ВСУ, а по факту — были избраны членами Высшей квалифкомиссии и не могли осуществлять правосудие.

Этим двоим казалось, что статус — все, а место работы — ничто. Но пленум решил иначе и исключил их из своих рядов. То есть вместо 49 судей, если верить арифметике, должно было остаться 47. Но, как показали дальнейшие события, во дворце завелся тайный шпион, который голосовал вместе со всеми. Оба раза — когда голосовали за режим проведения заседания и исключение Самсина и Пинчука - на табло высвечивалась цифра "48".

Не стесняясь более присутствия прессы, судьи решили выяснить, кто "заварил эту кашу", и почем нынче голосование в Верховном Суде. Накануне "Главред" еще больше подогрел интерес к этой теме, обнародовав то, что нам рассказали сведущие люди, - будто за голосование против Онопенко предлагали 500 тыс. долларов, а 10 судьям — должности заместителей… Но голосов не хватало.

"Уже пресса подняла вопрос, что документ (представление о недоверии) попал в Верховный Суд извне, называются цифры", - поинтересовался замглавы ВСУ Анатолий Ярема. Другие его коллеги тоже заподозрили "руку политиков", так как пасквиль на Онопенко сделан не "по-судейски", а большинство обвинений сводилось к тому, что он не смог договориться с властью, из-за чего Верховный Суд лишился практически всех своих полномочий.

"Неважно, кто писал, хоть дома на компьютере. Это мнения 19 судей Верховного Суда", - пыталась отбить атаку Григорьева и заверила, что денег не брала. Но Онопенко продолжал настаивать, что Самсин, чья подпись стояла первой в списке, в тот момент находился в отпуске, а если уж совсем быть честным, - то за границей.

Кульминацией стало выступление Василия Васильевича. Накануне он написал 25 страниц пояснений - меньше он просто не мог себе позволить, потому что к защите чести относился очень серьезно. Глава ВСУ честно признался, что долго думал, что сказать судьям, посочувствовал им в нелегком выборе между совестью и собственным благополучием. И сам же дал подсказку, как поступить: "Сила судьи - в его совести". (Тут корреспондент "Главреда" понял, что фильм "Брат" руководитель Верховного Суда не смотрел. Иначе знал бы, что сила не в совести, а в правде).

Еще "жарче" стало, когда перешли к вопросам. Онопенко поставили в вину сибаритство - он вместе с аппаратом переехал в Кловский дворец, а судьям административной палаты отказал в новых кабинетах. А те, поговаривают, уже и кабинеты поделили. "Вам не стыдно за назначения судей на амдиндолжности?" "Почему мы в таком состоянии?" "Почему вы не занимаетесь судебной работой?" - вопросы сыпались, как из рога изобилия.

Но Василий Васильевич, если и собирался в чем-то каяться, так это в том, что работа председателя отнимает у него все время. Но, если надо, он тоже будет отправлять правосудие. В порыве эмоций у него проскакивали забавные оговорки: "Мне стыдно за тех судей, которые стоят на коленях и заглядывают в рот исполнительной власти". (Трудно представить себе подобных мутантов). В целом же, Онопенко держался очень уверенно и спокойно.

"Вы вспомните, что было, когда я пришел — 40 тысяч дел скопилось в Верховном Суде! Что я сделал, чтобы разгрузить его!" - напоминал неблагодарным коллегам Василий Васильевич (По правде сказать, чтобы разгрузить ВСУ, дела "скинули" на апелляционные инстанции. – Ред.). Постепенно пленум превратился в противостояние двух заклятых оппонентов: Онопенко — и судьи Николая Гусака, одного из подписантов.

"Разговоры о деньгах, наверное, заставили меня быть в числе подписантов", - неожиданно признался судья, что прозвучало очень двусмысленно. Правда, потом судья уточнил, что его оскорбляют слухи о том, что можно купить любое решение.

- Вы имели прекрасный шанс промолчать, но вы его упустили, - парировал Онопенко.

- Я рада, что вы решили покаяться. Если вы будете говорить про деньги, прошу называть фамилии и суммы. Уголовная коллегия возмущена этим. Кайтесь и ешьте землю, но нас с собой не тяните, - сказала одна из судей палаты по уголовным делам ВСУ, которая не представилась.

Впрочем, никаких "жареных" фактов так и не было названо. Пока шло голосование, корреспондент "Главреда" поинтересовался мнением самого Василия Васильевича о текущем политическом моменте: "Что вы чувствуете?". Оказалось, что он чувствует то же самое, что парень первый раз на свидании с девушкой. "Ну, что чувствует! А вы постойте рядом!" - вмешался в наш междусобойчик коллега Онопенко. Но корреспондент "Главреда" честно призналась, что у нее нет ни малейшего понимания, что чувствует парень на первом свидании и, тем более, нет никаких амбиций по отношению к председателю ВСУ.

Тем временем Василий Васильевич уже определился с эмоциями и дал мини-пресс-конференцию. "В отношении какого должностного лица страны так демократически проходят выборы?" - сказал глава ВСУ (то есть президентские выборы такими демократическими он не считал. – Ред.). - Я спокоен, уравновешен, совесть моя не делится и не разъединяется". На вопрос, платили судьям или нет, Онопенко заверил, что он это исключает.

Но даже такой деликатный человек, как Василий Васильевич, местами переходил на "феню", когда речь заходила о мести соратникам: "Я не "держиморда", можно было бы "запрессинговать" людей настолько разными способами — я этого не делал и никогда не буду". Будет ли он баллотироваться на второй срок (в сентябре 2011-го у него истекают полномочия), Онопенко еще не знал. Это было не главное. Главное — это результаты голосования.

В итоге - 17 судей "за" отставку Онопенко (19 подписантов минус Пинчук и Самсин), 28 — против. Первый раунд борьбы остался за действующим главой ВСУ.

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнеров

Все новости

Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять