Новый скандал вокруг языка: что будет с законом Кивалова-Колесниченко

Руководство рабочей группы по усовершенствованию языкового законодательства, которая заканчивает подготовку изменений в закон Кивалова-Колесниченко, похоже, вдрызг разругалось с самими авторами скандального документа. "Главред" пообщался и с теми, и с другими.

Созданная по поручению Президента Виктора Януковича и курируемая гуманитарным вице-премьером Раисой Богатыревой рабочая группа завершает работу над языковым законом. И хоть текст документа пока не обнародован, но уже стало известно, что закон, в случае внесения в него изменений, будет существенно отличаться от "исходника". Другим будет даже название.

Глава рабочей группы, первый Президент Украины Леонид Кравчук сообщил "Главреду", что весь состав группы работает по двум направлениям: первое – внесение изменений в этот закон – возглавляет он сам. Второе – под руководством ректора университета им. Т.Г. Шевченко Леонида Губерского – работа над темой "Программа  развития и применения  государственного языка Украины".  

"В минувшую среду состоялась встреча с вице-премьером Раисой Богатыревой, - рассказал Леонид Макарович. - Я и Губерский сделали короткие тематические доклады, обсудили их и приняли соответствующие решения – во-первых, продолжать работу, во-вторых, обратиться в Национальную Академию наук за экспертной оценкой проделанной работы и исходного закона".

На вопрос, будет ли это новый закон, экс-президент объяснил, что в данном случае речь идет не о разработке нового нормативного акта, а о внесении соответствующих изменений в уже принятый Верховной Радой закон. "Мы не ставим задачу именно сейчас проработать или принять новый закон. Президент Виктор Янукович во время обсуждения этого вопроса сказал, что нам придется принять систему законов и подзаконных актов, очевидно, когда будет ставиться вопрос об использовании языков в целом. Сейчас речь идет о конкретном законе, - сказал он. - Мы меняем только то, что не соответствует, по крайней мере, с нашей точки зрения, с точки зрения профессионалов и людей, которые всю жизнь занимаются языковой политикой – ректоров соответствующих институтов, ученых и практиков. Окончательное решение будет принимать Президент, который имеет полномочия изменить  некоторые противоречивые положения закона или те, которые не соответствуют Конституции и Европейской хартии о языках".

 

Хотя Леонид Макарович не исключает, что в дальнейшем придется отдельно принимать закон об украинском государственном языке, так же, как его приняли некоторые другие страны, в том числе и Россия. "И придется, наверное, принимать закон об использовании языков других национальностей, которые живут в Украине и являются носителями других языков. В этом случае речь и будет идти о системе законов. Сейчас же мы говорим об изменениях в закон", - уточнил он.

 

Подлежит исправлению

По имеющимся сведениям, закон Кивалова-Колесниченко подвергся существенному редактированию не менее чем по 35 пунктам.

 

{2-}

Еще один участник рабочей группы, директор Института украинского языка Павел Гриценко рассказал "Главреду", что редактирование закона было очень существенным и касалось, прежде всего, общей идеологии. "Закон Кивалова-Колесниченко противоречит ст. 10 Конституции, поскольку он сужает поле функционирования украинского языка как государственного. Там была заложена форма "украинским языком или…", вот это "или" - прекрасная лазейка для того, чтобы вместо украинского государственного языка можно было использовать любой другой язык, а вернее, русский. Эта норма очень коварна и неконституционна", - высказывает свое мнение ученый.

В первую очередь изменено было название Закона "Об основах государственной языковой политики". В Конституции сказано, что регулироваться должна не государственная языковая политика, а применение языков в Украине, таким образом, его предлагается переименовать в Закон "О порядке применения языков в Украине". "Кстати, далее в своем законе сами авторы пишут о том, что основы государственной языковой политики определяются Конституцией Украины, а порядок применения языков – этим законом. Но если ним определяется порядок, то так и надо называть. Так что в этом моменте есть что-то не очень последовательное и не очень логичное", - считает Леонид Кравчук.

Члены рабочей группы сошлись также на том, что порядок применения региональных языков должна определять Верховная Рада законодательно. "Во-первых, это ее полномочия, во-вторых, под это нужны средства и соответствующие кадры. Потому мы сняли положение закона о том, что местные советы могут сами принимать решение о принятии регионального языка", - говорит Леонид Макарович.

Обращает внимание на этот момент и Павел Гриценко: "Украинский язык, как государственный, должен использоваться на всей территории государства, во всех сферах функционирования. Все официальные документы, деловые бумаги ведутся на украинском и на региональном языках. В наработанном документе вводится понятие параллелизма и закрепляется в тех ареалах, где будут признаны языки национальных меньшинств. В документе прописано правило, как устанавливается региональный язык, кто инициирует саму идею введения регионального языка. Например, если в каком-либо селе набирается не меньше 30% тех, кто относится к национальному меньшинству, оно инициирует введение регионального языка путем сбора подписей и ходатайства районной, областной администрации перед Верховной Радой. Поскольку языковая жизнь – это вопрос внутренней стратегии государства, то, согласно Конституции, эти вопросы регулируются не на уровне района или области, а центральными законодательными и исполнительными органами".

Леонид Кравчук говорит в оправдание повышения "языкового проходного барьера" с10% до 30%, что в советском законе 1989 года, соавтором которого был и он, этот показатель составлял 50%. "Я говорил с теми людьми, которые тогда учились в ВУЗах, они рассказывают, что если поначалу и возникали некоторые сложности с языками, то уже через месяц-два они свободно могли слушать лекции и общаться на украинском языке".

Экс-президент рассказал об опыте, который показывает, что в высших учебных заведениях Украины преподавание ведется на государственном языке. "Если у них есть группы студентов-носителей другого языка, то они в этом учебном заведении могут иметь факультеты, группы, отделения, но это не снимает вопроса об общем принципе использования государственного языка. Точно так и СМИ не сами определяют, на каком языке им вести вещание".

Он проиллюстрировал это примером, как если бы на один из центральных каналов подали письмо с просьбой транслировать что-либо, скажем, на болгарском языке. Осуществить это было бы невозможно, так как для этого надо иметь целую инфраструктуру и соответствующий кадровый состав. То же касается и применения языков в экономической и социальной сферах. Нельзя, например, этикетки и ярлыки писать на языках всех меньшинств, представленных в Украине.

"Также мы считаем, что тестирование должно проводиться только на украинском языке. Отвечать выпускник может на любом языке, каким он владеет, но размножать эти теоретически тайные, как считается, тесты на разных языках – нереально", - говорит Леонид Кравчук.

Авторов закона Кравчук называет "глухарями", которые не хотят ничего слышать, и убеждены, что люди только и думают, на каком языке общаться. "Никто не запрещает общаться ни на каком языке. Но если ты пошел в депутаты или хочешь стать государственным чиновником, идти на официальную трибуну, – и это записано в законах, – ты должен владеть государственным языком. Никто не придерживается этой нормы. Наоборот, выходит на трибуну и говорит: это богатство – знать много языков, но не хочет пошевелить и пальцем, чтобы изучить государственный язык. Это особый цинизм, - считает Леонид Кравчук. - Языковой вопрос навязывается людям насильно. Несколько лет он не педалировался, люди жили спокойно, я радовался, что в конце концов наступило затишье. И сейчас, по социологическим опросам, язык и его употребление находится в конце списка волнующих вопросов. Просто перед выборами был сделан информационный "вброс", который не сработал так, как ожидалось, а теперь ведутся поиски виноватых".

 

 "Такие вчёные – аж страшно"…

Рассказал глава рабочей группы и о том, что авторы закона, над которым ведется работа, по его мнению, ведут себя не очень корректно.

"Во-первых, они сразу навешали рабочей группе ярлыки непрофессионалов и некомпетентных людей. Они также являются членами рабочей группы, но ни разу не присутствовали на заседаниях, ссылаясь на занятость. Более того, они требуют от нас, чтобы мы их письменно информировали о том, что мы делаем. Причем один из них, а именно Колесниченко, похоже, лишился здравого рассудка, поскольку требует, чтобы его в порядке, определенном техническим регламентом, информировали о ходе работы. Я не могу понять, кто он такой. Закон, который принят, уже не принадлежит Колесниченко, он уже принадлежит Верховной Раде. Если он хочет получать информацию, то рабочая группа не является ни государственной, ни исполнительной структурой, и он, как член рабочей группы, не имеет никаких оснований требовать от нас какие-то информационные документы", - недоумевает Леонид Макарович.

Он уверен, что, если бы авторы закона принимали участие в этой работе, они бы могли как-то аргументировать в пользу созданного ими документа,  могли бы вносить соответствующие изменения под своей редакцией. "Это вполне реально, и мы не хотим здесь создавать конфронтацию, наоборот, мы хотели бы объединить усилия, - поясняет Леонид Макарович и позволяет себе откровенную иронию. - Но с самого начала они заняли позицию, что те, кто пишет, "не такие, не знают, что они пишут, они хотят поссорить людей в Украине (забывая, что они уже их поссорили, а мы хотим помирить). Нас называют "бывшими", "банкротами", а умные – только они. "Такие вчёные – аж страшно", как говорит герой "За двумя зайцами".

Кравчук уверяет, что не хотел бы с авторами пререкаться, но они сами переводят попытки сотрудничества в плоскость препирательств, так что особенно и дискутировать с ними ему  не хочется. "Они к тому же распространяют неправдивую информацию, утверждают, что мы им не даем документ, но тем не менее анализируют его. Где же они его взяли, украли? Они также распространяют недостоверную информацию – нет официальных документов, есть только рабочий документ, как основа для дальнейшей над ним работы. А документ, который можно было бы уже анализировать, критиковать и т.д., будет подписан и проголосован на рабочей группе и представлен Президенту Украины", - взволнованно рассказал экс-президент.

 

А будет ли подписан?

А вот авторы настоящего закона не столь, как руководитель рабочей группы, уверены в ценности наработанных поправок и в том, что они будут поставлены на голосование в парламенте.

"То, что Президент анонсировал рассмотрение в парламенте 27 сентября - это бред сивой кобылы, в этот день даже нет заседания", - сообщил "Главреду" автор закона, народный депутат от ПР Вадим Колесниченко.

На вопрос, почему была создана рабочая группа по усовершенствованию языкового законодательства, господин Колесниченко ответил: "Президент предложил сделать то, что предлагали Кивалов и Колесниченко на протяжении года. Но никто, к сожалению, не откликнулся".

 

О председателе рабочей группы он говорит, что тот "проигнорировал желание и мысль Президента, и, мягко говоря, всех послал".

А о работе в группе рассказывает так: "Мы дважды направляли Кравчуку письменное предложение, чтобы нам давали отчет в электронном виде с обоснованиями, а мы могли бы дать на него ответ. Это же не пирожки печь, здесь же нужно думать. Это только Кравчук может с голоса принимать решения. Но после того, как группа Кравчука тупо проигнорировала поправки, которые авторы подготовили на основе рекомендаций Венецианской комиссии и ОБСЭ, стало понятно, что компромисса не только никто не желает, они даже думать о компромиссе не хотят. Он отказался даже давать материалы этого опуса, который они наработали. Вот почему я могу сказать, что этот "опус" ничего, кроме мусорного ящика, не достоин".

Вадим Колесниченко утверждает, что "в "бумажке", которая вышла от имени Кравчука, не только проигнорировано мнение других людей, а мошенническим способом было создано процессуальное большинство, когда профессору Кудрявцевой, академику Толочко, ведущему эксперту Бортнику, политологу Корнилову в день голосования сообщили, что заседания группы не будет, а потом все с удивлением и возмущением узнали, что заседание было".

Колесниченко считает несправедливым, что только украинская интеллигенция имеет право вносить корректировки. "А как нам быть с русскоговорящей интеллигенцией, румынскоговорящей, венгерскоговорящей и т. д? Они что, у нас третьего сорта? - возмущается он. - Естественно, однобокость этой группы и обусловила то, что мы получили. При этом данное творение противоречит Конституции и международным обязательствам Украины. Поэтому я вношу поправки, которые из-за Кравчука месяц провалялись на полке, но были готовы еще ко второму чтению. Мы будем их вносить, потому что закон нуждается в корректировках, подчеркиваю: корректировках, сглаживании юридических шероховатостей, а не в кардинальных изменениях".

По мнению законотворца, голосование в ВР поправок в языковой закон – это "пока только желания Кравчука и его сподвижников по уничтожению Украины. Судьба этой бумаги пока никому не известна. Не знаю, кто будет вносить на голосование в парламенте этот бред, не думаю, что Президент это сделает".

Кто ответит?

В обществе и экспертной среде, как уже неоднократно упоминалось, вопрос принятия языкового закона не стоит в числе первоочередных.

Заместитель генерального директора Центра им. А. Разумкова Валерий Чалый считает, что законодательство, действовавшее до принятия новелл Кивалова-Колесниченко, позволяло решить подавляющее большинство вопросов, которые ставились критиками языковой ситуации. "Сейчас, с внесением такого непрофессионального, несвоевременного, абсолютно политизированного документа, создается напряженная ситуация, которой до этого не было. По сути, декларируются благие намерения, а реально выполняется совершенно другая задача", - говорит эксперт.

Он называет верхом непрофессионализма ситуацию, когда  в закон, который только что  проголосован  большинством и подписан Президентом, тут же надо вносить  комплексные изменения.

"Я не уверен, что депутатов, которые вносят такие законы, а потом критикуют сами же себя, должны поддерживать налогоплательщики, - говорит эксперт. - Сейчас на исправление ситуации задействованы научные институты, комиссии и специалисты. За все это платят налогоплательщики. Кому будут выставляться претензии за нанесенный ущерб? Есть вопросы политики, а есть - эффективности государственного аппарата. В данном случае профессиональные юристы, которые есть и в составе парламента, и в Администрации Президента, вообще не влияли на эту процедуру. Так что у меня в этом и ему подобных случаях возникает вопрос об эффективности использования государственных кадров".

Обращает он внимание и на то, что выпали из внимания вопросы, поднимавшиеся министерством финансов, о тех миллиардных затратах, которые будут идти на имплементацию этого закона из кармана налогоплательщика.

"На этом примере видно, что у нас не просто неэффективная система принятия нормативно-правовых актов, она не просто политизирована, не просто действует в интересах определенных лиц, но и опасна для социума, потому что принимаются законы, которые, во-первых,  нельзя имплементировать, во-вторых, они забирают деньги из социальной сферы и в-третьих, виновными во всем остаются граждане, ради которых якобы и принимался закон.  Я хотел бы увидеть, кто в данном случае понесет ответственность за столь непрофессиональную подготовку законодательного акта", - резюмирует эксперт.

фото: Владислав Мусиенко / Главред, УНИАН

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнеров
Новости
Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять