В уголовном деле бывшего главы Фонда государственного имущества Дмитрия Сенниченко необходимо проверить не только показания Сергея Байрака, заключившего сделку со следствием, но и возможные собственные экономические интересы этого лица в связи с Одесским припортовым заводом (ОПЗ) и Объединенной горно-химической компании (ОГХК). Об этом заявил политический эксперт Юрий Гаврилечко, анализируя обстоятельства многолетнего расследования.
Гаврилечко напоминает: именно показания Байрака стали одними из ключевых для обвинения.
Это, по оценке Гаврилечко, делает особенно важным подтверждение показаний другими доказательствами.
«Отдельный вопрос - Сергей Байрак, один из основных источников обвинения. Он заключил сделку со следствием, признав участие в организации, существование которой другие обвиняемые отрицают, и получил наказание с освобождением от его отбывания с испытательным сроком», - отмечает Гаврилечко.
По версии защиты, у Байрака могли быть собственные интересы в отношении ОПЗ и ОГХК. Адвокаты ссылаются на меморандум от 14 июня 2021 года с участием Байрака, представителей семьи Сало и «административного модуля».
По утверждению защиты, документ предусматривал распределение будущих доходов от деятельности государственных предприятий между участниками договоренностей.
Наличие меморандума само по себе не доказывает незаконность действий его возможных участников. В то же время адвокаты настаивают на проверке содержания документа и роли упомянутых лиц.
По мнению защиты, ни один из обвиняемых не был стороной соглашений, описанных в меморандуме.
«Но больше всего меня интересует другое: установило ли следствие, кто стоял за этими договоренностями, и проверяло ли оно, как они могли влиять на поведение свидетеля и формирование доказательной базы», - подчеркивает Гаврилечко.
«То есть вопрос не в том, кто должен был контролировать ОПЗ, а в том, не работал ли „модуль“ на создание обвинения - записи разговоров, встречи, сбор информации о людях», - объясняет Гаврилечко.
Вопрос о достоверности показаний возникает на фоне длительного расследования. Дело было зарегистрировано 11 марта 2020 года; в течение шести с половиной лет проводились экспертизы, международные правовые запросы и другие следственные действия.
Согласно аналитической справке адвокатов, базовая оценка задействованных государственных ресурсов составляет 241,7 млн грн, а максимальная - около 433 млн грн. С учётом дополнительных расходов общая оценка, по предположению защиты, может приблизиться к 500 млн грн.
Эти суммы являются расчетами стороны защиты, а не официально подтвержденными бюджетными расходами.
Гаврилечко связывает масштаб затраченных ресурсов с требованием тщательной судебной проверки доказательств.
«После шести с половиной лет и, возможно, сотен миллионов гривен государственных средств мы имеем право увидеть убедительные доказательства. Одного резонанса здесь недостаточно», - подчеркивает эксперт.
Он также призывает проверить предположение защиты о возможной связи данного производства с борьбой за государственные активы.
«Ведь если уголовное производство действительно выросло из борьбы за контроль над государственными активами, как предполагает защита, возникнет очень неприятный вопрос: не финансировало ли государство все эти годы еще и чужой корпоративный конфликт?» - отмечает Гаврилечко.
Защита также отрицает существование преступной организации, о которой говорится в обвинительном заключении.
Окончательную оценку показаниям свидетелей, другим доказательствам и аргументам сторон должен дать суд.