«После заседания по делу Кропивы остается довольно неприятный вопрос уже не к самому Кропиве, а к НАБУ и САП. Где в этой конструкции заканчиваются доказательства и начинается авторская интерпретация антикоррупционного прокурора?» - написал в своем Facebook политолог Олег Постернак, комментируя последние громкие шаги антикоррупционных органов.
«Потому что пока значительная часть самых громких выводов стороны обвинения построена именно таким образом. Кропива кому-то в телефонном разговоре говорит, что «за ним стоит» Генеральный прокурор - и САП уже называет это «протекторатом». Кропива передает водителю, что «шеф отчитал заместителей» - и прокурор САП делает вывод, что генпрокурор якобы действовал «в интересах преступной организации». Водитель в частной беседе заявляет, что Кропива «крышует колл-центры», - и эта фраза подается как элемент подтверждения версии следствия. А прокурор САП не объясняет суду самого главного: откуда простой водитель об этом знает? Что он видел лично и какими конкретными фактами может подтвердить свои слова?» - указал эксперт на очевидные слабые места обвинения.
«Еще более интересен тезис о «неограниченной власти» Кропивы. Прокурор САП убеждает суд, что Кропива фактически контролировал вопросы, связанные с колл-центрами. Но буквально в том же выступлении объясняет: прокурор является независимым, а «обыски, которые якобы должны согласовываться с Офисом Генерального прокурора, - фикция априори». Тогда простой вопрос: в чём конкретно заключалась эта «неограниченная власть»? Прокурор ссылается на разговоры о предстоящих обысках, предупреждения об оперативных действиях и другие контакты. Но сами разговоры ещё не показывают результата этого влияния. Кто именно получил незаконное указание? Какое конкретное процессуальное решение в результате этого было изменено, заблокировано или принято? Какой конкретно колл-центр в результате получил защиту? И где документально зафиксирована эта причинно-следственная цепочка? По крайней мере, из того, что сторона обвинения озвучила в ходе этого заседания, такой замкнутой цепочки не видно. Зато есть очень много оценочных характеристик: «протекторат», «неограниченная власть», «сферы влияния», «деятельность в интересах преступной организации». Этого может быть достаточно для формирования громкой публичной версии, - отметил Постернак.
«Но если НАБУ и САП утверждают, что Кропива реально контролировал работу правоохранительной системы в интересах колл-центров, они должны показать не только разговоры о таком влиянии, но и его конкретный результат: решение, действие, исполнителя и последствие. В противном случае громкость обвинения снова опередит качество доказательной базы», - убежден политический эксперт.