Первый заместитель руководителя Полтавской областной прокуратуры Роман Ерохин в 2020 году находился на территории Российской Федерации. Чиновник также систематически обжаловал в судах административные протоколы за нарушение правил дорожного движения, в том числе – за вождение в нетрезвом виде.
Об этом говорится в блоге председателя общественного союза «Последний бастион» Геннадия Сикалова на «Деловой столице».
Автор материала обращает внимание, что недавно Ерохин был назначен генпрокурором Русланом Кравченко первым заместителем руководителя Полтавской областной прокуратуры, то есть фактически одним из ключевых должностных лиц в правоохранительной вертикали области. По данным Сикалова, до назначения в Полтаву Ерохин работал в системе прокуратуры Луганской, Лисичанской, Старобельской и Купянской прокуратур.
Как отмечает активист, из материалов одного из административных дел следует, что в конце апреля 2020 года Ерохин въехал в Украину через пункт пропуска «Гоптовка» с территории РФ.
«Не до 2014 года. Не в студенческие годы. Не «когда все ездили». А в 2020 году. После Крыма. После Иловайска. После Дебальцево. После шести лет войны находился на территории России, где, если говорить понятным для него языком, «контактировал с неопределенным кругом лиц», – подчеркивает автор.
По мнению Сикалова, это обстоятельство требует проверки со стороны СБУ, поскольку речь идет о действующем на тот момент украинском правоохранителе, который имел доступ к служебной информации, процессуальным документам и данным уголовных производств. Автор задает вопрос, куда именно ездил прокурор, с кем встречался, сообщал ли об этом руководству и проходил ли соответствующие проверки.
Также активист отмечает, что Ерохин неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение ПДД: фигурировал в делах об аварийной ситуации, проезде на красный свет, превышении скорости, а также в эпизоде 2017 года, когда его останавливали за рулем с признаками опьянения, а от прохождения проверки он отказался.
Сикалов подчеркивает, что, как свидетельствуют данные единого государственного реестра судебных решений, все свои административные протоколы Ерохин отменил через суды. По мнению автора, сама системность таких судебных побед требует внимания ГБР, ведь речь идет не о разовой ситуации, а о повторяющейся модели поведения должностного лица правоохранительного органа.
«Закон – это я», – так автор описывает логику, которую, по его мнению, демонстрирует прокурор в таких делах.
Еще один акцент материала – семейные связи Ерохина в прокуратуре. По данным Сикалова, Лилия Ерохина, которую автор называет бывшей женой Романа Ерохина, также много лет работает в органах прокуратуры – сначала в Луганской, а затем в Харьковской области. Ее отец Николай Колесник, согласно материалу, является бывшим прокурором Луганской областной прокуратуры, который вышел на пенсию по выслуге лет в 2007 году.
Автор утверждает, что служебные переезды Ерохиной синхронизировались с переездами самого Ерохина, а семейная конструкция выглядит как «маленький филиал Луганской прокуратуры».
Также в материале указано на возможные признаки недостоверного декларирования. Сикалов пишет, что до 2024 года Ерохины указывали друг друга в декларациях как мужа и жену, затем — как лиц, совместно проживающих, но не состоящих в браке. В то же время в судебном решении о расторжении брака, по данным автора, отмечалось, что семейных отношений они не поддерживают с начала 2022 года.
По мнению Сикалова, такие несоответствия должны проверить НАПК и ГБР, поскольку они могут свидетельствовать о фиктивности семейного статуса или недостоверном декларировании.
Активист подчеркнул, что будет обращаться в СБУ по поводу проверки поездок Ерохина в РФ, в ГБР — по поводу отмены административных протоколов за нарушение ПДД, а в НАПК — по поводу декларирования и образа жизни чиновника.