О чем идет речь в материале:
Республиканцы и часть демократов в Палате представителей США 15 сентября сделали новый шаг к принятию масштабного пакета «адских» санкций против России и Ирана. Процедурное голосование завершилось со счётом 214–211, открыв путь к финальному рассмотрению H.R. 5334 - законопроекта Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026. Само окончательное голосование по санкционному документу может состояться уже в ночь на 17 сентября по киевскому времени.
Главред выяснил, что предусматривает законопроект Грэма-Блюменталя против России и когда его могут принять.
После почти полутора лет переговоров законопроект вышел на финальную стадию рассмотрения в Палате представителей. Важным барьером было именно процедурное голосование, ведь без его прохождения законодатели не могли перейти к дебатам и дальнейшему решению по документу.
По данным сообщений из Конгресса, за процедурное правило проголосовали 214 конгрессменов, 211 выступили против. Двое демократов - Джаред Голден и Мари Глюзенкамп Перес - поддержали продвижение документа, хотя ранее также отходили от позиции своей партии во время аналогичного голосования. Именно их голоса помогли обеспечить необходимый результат.
Журналист «Радио Свобода» Алекс Рауфоглу сообщал об изменении ситуации в течение вечера: сначала необходимой поддержки для запуска процедуры не хватало, но впоследствии голосование завершилось в пользу сторонников законопроекта.
«Завтра я буду вести дебаты в Палате представителей по окончательному принятию законопроекта о санкциях Линдси Грэма против России», - сказал конгрессмен-республиканец Майкл Макколл.
Именно поэтому результат 214–211 не следует рассматривать как окончательное принятие пакета санкций. Голосование позволило вынести вопрос на следующий этап, а окончательное решение Палаты представителей ожидается 16 сентября. Если палата согласится с редакцией Сената без новых изменений, документ сможет быть передан президенту США.
Переход к финальной стадии рассмотрения стал важным для сторонников документа, которые связывают его не только с экономическим давлением на Москву, но и с более широким сигналом относительно американской политики в отношении Украины. Об этом сообщает The Hill.
Конгрессмен Майкл Макколл, один из ключевых сторонников законопроекта в Палате представителей, подчеркивал роль покойного сенатора Линдси Грэма в его подготовке. По его словам, документ должен продемонстрировать России и другим государствам, что Вашингтон продолжает использовать экономические инструменты в ответ на войну.
«Сенатор Линдси Грэм хорошо понимал эти глобальные угрозы, и именно поэтому он более года работал над этим законопроектом, который я пообещал ему внести в Палату представителей», - сказал Маккол.
Республиканец также связывал эту инициативу с более широкой внешнеполитической стратегией США. По его мнению, принятие документа должно касаться не только российско-украинской войны, но и американских сигналов Китаю относительно других потенциальных конфликтов.
«Мы разделяли фундаментальное убеждение, что Америка сильнее всего у себя дома, когда демонстрирует силу за рубежом… Это моральный вопрос, требующий морального мужества. Когда мы оглянемся на этот момент, я хочу, чтобы мы могли сказать, что сделали все возможное, чтобы положить конец этой войне», - подытожил Макколл.
Один из соавторов инициативы, сенатор Ричард Блюменталь, в свою очередь, связал документ с поддержкой Украины. Его оценка касается ожидаемого влияния ограничений на финансовые возможности России.
«Мы не успокоимся, пока Украина не будет в безопасности как свободное государство. Законопроект сокрушит военную машину Путина», - заявил Блюменталь.
Поддержка Украины не означает единодушия в отношении способа реализации санкционного давления. Часть демократов выступает против отдельных положений документа, прежде всего из-за новых полномочий в сфере тарифов.
Дон Бейер, Грегори Микс и Ричард Нил в совместном заявлении отмечали, что проблема заключается не в самом намерении усилить давление на Россию, а в механизме, предусматривающем расширение президентских полномочий в отношении пошлин. По их мнению, это может иметь последствия для американской экономики и отношений с союзниками.
«Этот законопроект резко расширит полномочия президента в области установления пошлин, при этом не предусматривая обязательных санкций против России, и то, и другое неприемлемо. Эти недостатки приведут к росту цен для американцев, а также подорвут поддержку Украины в долгосрочной перспективе», - написали конгрессмены.
Еще один республиканец, Тим Берчетт, также не поддержал документ во время процедурного голосования. Его оговорки касались уже внутриамериканского вопроса - возможного влияния торговых мер на цены на топливо.
«Я просто хочу убедиться, что в Америке произойдет определенное снижение стоимости топлива, ведь жадные топливные компании обдирают нас, а мы не имеем смелости что-то с этим сделать», - сказал Берчетт.
В то же время даже критики Дональда Трампа, которые выступают против расширения его тарифных полномочий, оценивали сам факт провала законопроекта как потенциально негативный для американской поддержки Украины. Бывший посол США в России Майкл Макфол в соцсети X писал, что символический эффект принятия документа, по его мнению, перевесил бы негативные последствия его провала.
«Положительный символизм его принятия перевешивает отрицательный символизм его провала. Если законопроект не пройдет, Путин будет рад, а украинцы будут разочарованы», - написал Макфол .
Нынешняя версия документа отличается от первоначальной. В ходе подготовки законопроекта его положения корректировались, в частности после консультаций с Белым домом.
Одним из главных изменений стало сужение круга государств, на которые потенциально могут распространяться вторичные тарифы. Первоначальная концепция предусматривала значительно более широкое применение пошлин, тогда как сенатская версия, которая сейчас проходит через Палату представителей, привязывает механизм к крупнейшим покупателям российских энергоносителей и государствам, способствующим обходу санкций.
Изменился и максимальный размер таких дополнительных пошлин. В нынешнем тексте речь идет о возможности применения тарифов до 100% для товаров из государств, которые будут подпадать под определенные законом критерии. При этом конкретная страна не называется автоматически: её попадание под действие механизма будет зависеть от установленных в законе показателей импорта российской нефти и газа, а также от других критериев.
После смерти Линдси Грэма в пакет также были добавлены положения, связанные с Ираном. Именно поэтому актуальное название документа - Lindsey O. Graham Sanctioning Russia and Iran Act of 2026.
Помимо тарифного механизма, законопроект предусматривает санкции против конкретных категорий российских физических лиц и организаций. К ним относятся представители российских властей, отдельные олигархи, иностранцы, помогающие российскому военно-промышленному комплексу, а также лица, связанные с действиями против Украины.
Отдельное направление касается владельцев и операторов судов, используемых для обхода санкций. В перечне товаров, перевозка которых может стать основанием для ограничений, фигурируют нефть и нефтепродукты, уголь, природный газ и уран.
Для лиц, подпадающих под санкции, предусмотрено блокирование имущества в юрисдикции США и визовые ограничения. Финансовый блок касается, в частности, российских учреждений, среди которых названы Центральный банк РФ, ВТБ и Газпромбанк.
Законопроект также распространяет ограничения на компании, в которых российское правительство владеет контрольным пакетом акций или которые иным образом связаны с российским государством.
Отдельный массив положений касается операций, связанных с российской экономикой. Документ предусматривает ограничения на переводы средств в адрес или от российского правительства, торговлю акциями российских компаний на американских биржах и инвестиции граждан США в Россию.
Также речь идет об ограничениях на экспорт энергоносителей в РФ и инвестиции в российский энергетический сектор. Отдельно прописаны ограничения на работу с финансовыми учреждениями, попавшими под санкции, и на покупку американцами российского суверенного долга.
Еще один пункт касается импорта российского урана. Таким образом, документ охватывает не одну конкретную сферу, а финансовые операции, энергетику, инвестиции, судоходство и деятельность компаний, связанных с российским государством.
Наиболее спорной частью документа остаются вторичные пошлины. Их логика заключается в том, чтобы оказывать влияние не только на Россию напрямую, но и на государства, которые продолжают покупать российские энергоносители или помогают обходить санкционные ограничения.
Согласно сенатской редакции, дополнительные пошлины могут составлять до 100% стоимости импорта из стран, которые будут соответствовать определенным законом критериям. Речь идет, в частности, о пяти крупнейших покупателях российской сырой нефти и пяти крупнейших покупателях российского природного газа, а также о государствах, которые могут быть определены как ведущие посредники в обходе нефтяных санкций. В предыдущей версии законопроекта речь шла о пошлинах в размере 500%.
В то же время в тексте не указаны конкретные страны, такие как Индия или Китай, в качестве автоматических адресатов пошлин. Их потенциальное включение будет зависеть от соответствия критериям, определенным законопроектом.
Механизм также предусматривает пересмотр перечня крупнейших покупателей в дальнейшем. Поэтому состав государств, которые могут подпасть под вторичные тарифы, не обязательно останется неизменным.
Украинский эксперт Дмитрий Жмайло обращает внимание на временной разрыв между юридическим принятием санкций и их реальным экономическим эффектом. По его мнению, основное значение документа для Украины связано с возможным сокращением финансовых поступлений в российский бюджет.
Исполнительный директор Украинского центра безопасности и сотрудничества Дмитрий Жмайло связывает этот вопрос также с потенциальной мобилизацией в РФ. Он напоминает о последствиях предыдущей волны мобилизации и считает, что сокращение доходов может затруднить финансирование дальнейших военных расходов.
«Предыдущая волна мобилизации в 2022 году вызвала проблемы. Тогда начались волнения в кавказских республиках. Это было основной причиной, по которой Россия отказалась от мобилизационных мер и фактически начала набирать людей на фронт», - отметил Жмайло в комментарии 24 каналу.
По его оценке, важное значение имеет не только само голосование в Конгрессе, но и дальнейшая политическая воля администрации США в отношении применения предусмотренных механизмов.
«Есть шанс, что закон примут. Но все же последнее слово останется за политической волей Белого дома», - подчеркнул Жмайло.
Директор программы «Северная Америка» Совета внешней политики «Украинская призма» Александр Краев обращает внимание на другую проблему - скорость санкционного эффекта не соответствует скорости принятия политических решений.
По его словам, результат будет зависеть от того, насколько жесткими будут окончательные механизмы в отношении российского экспорта. Особое значение он придает энергетическому сектору, поскольку именно экспорт энергоносителей остается одним из ключевых каналов получения Россией внешних доходов.
«К сожалению, от санкций, в принципе, никогда не стоит ждать быстрого эффекта. Это всегда достаточно длительный процесс. Но самое главное, чтобы эти санкции в своем окончательном варианте были максимально эффективны именно с точки зрения коммерческих и энергетических продуктов и, в принципе, с точки зрения того, что затормозит основной российский экспорт», - сказал Краев в интервью УНИАН.
Эксперт также обращает внимание на попытки Москвы сохранить или восстановить экономические связи с США. По его мнению, поэтому энергетический компонент санкций может иметь не только финансовое, но и дипломатическое значение.
«И если этой теме посвятить основной пакет санкций, тогда санкции станут не просто экономическим средством ослабления потенциала России, но и реально будут достаточно сильным политическим ударом по всем инициативам РФ», - пояснил Краев.
Потенциальное влияние документа на Китай и Индию будет зависеть от того, будут ли они соответствовать критериям, прописанным в законе, и какой именно тариф будет установлен администрацией США. Именно возможность оказания давления на крупнейших покупателей российских энергоносителей сделала этот механизм центральным предметом дискуссий в Конгрессе.
Краев считает, что угроза высокими тарифами может использоваться Вашингтоном в качестве инструмента переговоров с государствами, закупающими российское сырье. Он обращает внимание на то, что предыдущие торговые конфликты с администрацией Трампа уже демонстрировали готовность других государств искать компромиссы.
«Никто из тех, кому Трамп обещал 500% тарифов, еще ни разу эти 500% дополнительных тарифов не платил. Они всегда действительно шли на уступки, потому что понимают, что цифра есть цифра», - отметил эксперт.
По его оценке, крупные импортеры российской нефти могут адаптироваться к новым условиям, если закон будет реализован. В то же время конкретный масштаб такого сокращения будет зависеть от окончательного текста закона, решения американской администрации и реакции самих государств-покупателей.
«Поэтому мне кажется, что и в данном случае, когда эти санкции вступят в силу, будут осуществлены последние крупные закупки - они закупят российскую нефть, чтобы пережить сложный период, но в тот момент, когда это понадобится Трампу и когда это понадобится нам, они откажутся от новых поставок», - сказал Краев.
Отдельный вопрос касается не столько непосредственного экономического ущерба, сколько политического сигнала, который Вашингтон может послать Москве. Эксперт рассматривает продвижение документа как демонстрацию того, что американская сторона сохраняет инструменты давления на Москву. В то же время реальное влияние на переговорную позицию Кремля будет зависеть от того, будет ли санкционный механизм реализован после принятия.
«То есть это на самом деле не столько экономическая мера, сколько показатель того, что США не будут принимать сторону России. США не будут сотрудничать с россиянами так, как того хочет Москва», - сказал Краев.
Он также связывает санкционное давление с более широкой стратегией администрации США по прекращению войны. В то же время это оценка эксперта, а не предрешённый результат принятия законопроекта.
«Поэтому введение этих новых санкций и то, что оно будет продвигаться, несмотря на смерть Грэма, и то, что оно будет продвигаться именно Трампом, - это, по сути, очень прямое заявление Путину о том, что нет, с американцами договориться не получится, а потому придется идти на нормальные переговоры», - заявил Краев.
Даже принятие законопроекта не будет означать автоматического применения всех предусмотренных им инструментов в том виде, в котором их обсуждают сторонники документа. Именно президентская роль в запуске части механизмов стала одним из центральных предметов дискуссии вокруг законопроекта.
Руководитель Центра общественной аналитики «Вежа» и председатель благотворительного фонда «Новая дорога» Валерий Клочок считает, что документ следует рассматривать не только как юридический механизм, но и как политический инструмент. По его словам, у президента США и так уже есть значительные полномочия для принятия решений о санкциях, поэтому дополнительное законодательство также носит демонстративный характер.
«Даже если законопроект будет принят, в документе четко предусмотрено: решение о санкциях принимает исключительно президент США - Дональд Трамп. Фактически он и так уже вводит санкции без разрешения Конгресса. Поэтому мы имеем дело не столько с юридическим механизмом, сколько с крупной политической акцией», - отметил Клочок в интервью Главреду.
Эксперт связывает эту инициативу с более широкой внешнеполитической линией администрации США, в частности с отношениями Вашингтона с Китаем, Индией и Ираном. В то же время его утверждения о мотивах и стратегии Белого дома являются экспертной оценкой, а не положениями самого законопроекта.
«Поэтому история с законопроектом о санкциях - это очередная игра на публику, демонстрирующая намерения и стиль Трампа. Даже если закон будет принят, реализовать его на практике будет сложно, ведь все рычаги контроля остаются в руках президента», - сказал Клочок.
Читайте также:
The Hill - американская газета и цифровая медиакомпания, базирующаяся в Вашингтоне, округ Колумбия. Она была основана в 1994 году. В 2020 году это был крупнейший независимый сайт политических новостей в США, пишет Википедия.