Письма из Макеевской колонии: о чем пишут украинские военные из плена боевиков?

По официальным данным, в плену террористов на Донбассе находятся 109 украинцев — гражданских и военных.

тюрьма
obozrevatel.com
Украинские военные, которые находятся в заложниках террористов на Донбассе, передали родным письма. Многие пишут, как верят в Бога, смотрят украинское телевидение, просят передать теплые вещи, хотя и надеются на скорейший обмен — до Нового года.

Вот только читая эти послания, написанные разными людьми, иногда кажется, что некоторые фрагменты написаны как под диктовку. Это замечают и их близкие, говорят: остается искать смысл между строк.

Пять месяцев назад связь с украинцами, ушедшими на Донбасс защищать Родину и попавшими в плен к террористам, резко оборвалась. Все как один перестали звонить родным и близким. Позднее их семьи узнали: ребят из здания СБУ в Донецке перевели в Макеевскую колонию №97 и отдали в руки спецслужб России. Украинская сторона в Минске добивалась то официального подтверждения пребывания украинских военных в Макеевке, то посещения их делегациями ООН и ОБСЕ. Во время визита на неконтролируемые Украиной территории представителя ОБСЕ Тони Фриша ребятам были переданы письма, написанные близкими. Спустя месяц родные получили ответы. Исписанные знакомыми почерками листы бумаги им передали лично в руки представители Красного Креста. Все письма в открытых конвертах.

"После обмена обязательно приеду и хорошо погощу"

"На дворе начало ХХI века, а у нас разгул эпистолярного жанра. А кто-то с этими смартфонами уже и буквы забудет. Дорогие мои, письма ваши очень порадовали", — так начинает свое письмо, размером в один листок, исписанный с двух сторон, харьковчанин Алексей Кириченко. Он добровольцем ушел на войну. В плен попал после выхода из окружения в Волновахе, на блокпосту недалеко от Старобешево. Его жена Лилия Джерипа избирательно и с огромной теплотой зачитывает строки из письма мужа.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Голодовка под АП: акт отчаяния или спланированная PR-акция?

Алексей Кириченко
Алексей Кириченко meduza.io

"Один австрийский еврей, которого звали Виктор Франкл, во время Второй мировой писал из лагеря, где он как специалист-психолог сделал открытие, заметив, что самый больший потенциал выживания у тех людей, у которых есть свой персональный смысл жизни, и не какой-то философски отстраненный, а смысл, который они чувствуют каждое мгновение", — продолжает читать Лилия.

В письме Алексея и философские раздумья, и конкретные факты об условиях содержания. Например, о том, что есть возможность смотреть телевизор. "С 19.30 водят смотреть телевизор. Есть возможность смотреть "1+1" и "5 канал", — цитирует жена Алексея строки из письма мужа и поясняет: "Для меня это однозначно намек на то, что если есть возможность, то можете помаячить на экранах, я на вас посмотрю". "Так что передавайте им привет, — пишет дальше пленный боевиков. — Но я хожу не часто, потому что там много информационного шума, наблюдаю за переговорами "нормандской четверки". Интересно то, что жители оккупированных территорий заявляют, что украинские телеканалы у них отсутствуют, чтобы их смотреть — нужна спутниковая антенна. Было бы странно, если бы такую установили в исправительной колонии.

Еще Алексей просит, если есть возможность, передать передачу. Среди необходимого: витамины, чай, сахар, мивина, сигареты, лук, чеснок, теплое белье, гречка, овсянка.

Указывает Алесей и где он находится. "У него в письме звучит формулировка: "В Макеевской камере №10 будут долго не прекращаться аплодисменты…", — уточняет Лилия Джерипа. — Для меня это подтверждение слов Фионы Фрейзер из ООН, которая говорила о десятой камере после приезда с оккупированных территорий. То есть, как вывели его из этой камеры на встречу с Тони Фришем, так и вернули. Мы же всегда переживали, где ребята находятся на самом деле, возможно, в ту колонию их только возят для встреч".

О многом в письме Алексея Кириченко родным приходится догадываться, читать фактически между строк. "Если меня до 20 декабря не поменяют, то… И дальше идет текст, что мы должны сделать, комментирует жена. — Я не знаю, домыслы это, фантазии в связи с тем, что к ним приезжал Фриш, или это какая-то формулировка, озвученная кем-то с той стороны, поэтому и появилось конкретное число".

Лилия говорит, что ее муж устал и готов к обмену. И это видно из его письма. "Но в то же время готов принимать такую ситуацию, какая она есть, хотя и хочется домой, — поясняет она. — Еще в прошлом письме Алексей обозначал, чтобы мы представили, что он в длительной командировке или монастыре".

"После обмена обязательно приеду и хорошо погощу. Потому что это — просто ужас и неимоверных стыд, — так мало видеться с теми, кто тебя любит...", — пообещал Алексей Кириченко родным после более чем двух лет плена.

Письмо точно писал Алексей, в этом жена уверена. "В нем много личного", — говорит она. Как и то, что его читали до нее, сомневаться не приходится. "Сбоку конверт был разрезан", — уточняет Лилия.

"Есть надежда, что скоро мы встретимся"

Зиновия Гулько просит несколько секунд, чтобы взять письмо сына в руки. "Хотя я его вчера много раз перечитывала, каждый раз оно для меня новое, — говорит мама солдата Василия Гулько, попавшего в плен к террористам в ноябре 2015 года. "У него тут все так прономеровано, поскрепленно. Шесть листов. Подчерк у сына широкий", — говорит она.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Дети пленных украинских военных — президенту: "Верните папу домой!"

 

Василий Гулько
Василий Гулько Фото из семейного архива

"У меня все хорошо, живой, здоровый. Жду не дождусь, когда уже нас наконец поменяют, я уже замучился ждать, — пишет маме Василий. — В общем, все хорошо. Новости я знаю, что происходит в Украине — нам разрешают смотреть телевизор два часа в сутки вечером".

Парень просит написать в ответ письмо, прислать семейное фото. "Он за всеми соскучился. "Я так очень хочу посмотреть на вас, так сильно скучаю за вами", — цитирует слова своего защитника мама. — Спрашивает о работе, ребятах, всем приветы передает. Говорит о своей девушке. И дальше оговаривается: "Есть надежда, что скоро мы встретимся".

"Нам можно и разрешают передачи или посылки, если есть возможность и кем передать", — читает далее письмо сына Зиновия. — Он просит зубную пасту, щетку, крем для бритья, зимние носки, зимнюю обувь, чай, кофту, печенье, конфеты, мыло и таблетки. У него желудок больной. А еще просит лекарства от головной боли, гриппа, температуры, насморка".

"Буду я заканчивать. Держись мама! Думаю, еще недолго осталось. Скоро все закончится. Береги себя и Софийку! (младшую сестру. — Т.К.) Береги свое здоровье! Всем привет! Крепко обнимаю, скучаю, люблю! Вася", — в который раз перечитывает строки Зиновия Гулько и плачет.

"Мне так хочется надеяться, что мы скоро встретимся, — говорит женщина. — Но что-то мне сердце не подсказывает того. На сердце большая печаль и тяжесть. Очень тяжело! Руки опускаются, не знаешь, что думать. Но перед сыном я бы никогда бы не показала, что я вот так переживаю. Я за Васю все время молюсь. За всех их молюсь — они все мои дети!".

"Обеспечивают средствами гигиены, по возможности, каждое воскресенье водят в баню…"

В один день с Василием Гулько в руки террористов попал и другой солдат с Тернопольщины — Алексей Кодьман.

Алексей Кодьман
Алексей Кодьман news24today.info
 

"Во-первых, я думаю, что после визита Фриша ребята надеются на то, что будет обмен в этом году. Они только не понимают одного, что нам тут говорят каждый раз, что обмен состоится вот-вот", — говорит сестра Алексея Нина после прочтения письма брата. — Во-вторых, вижу, что все писали, как под копирку, мол, у них там хорошие условия, кормят нормально. Алексей, например, пишет: "Кормят более-менее, жить можно". Просит, чтобы передали передачу: мыло, одежду, витамины. Но когда мы говорили с человеком, который уже освобожден из плена, тот рассказывал, что кормили пленных кашей с жиром. Так вот с тем жиром желудок плохо справляется, они просили давать ту же кашу, но без него. И витамины просят, чтобы не болеть так.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Волонтер Олег Котенко: "Рано или поздно Путин бы понял, что заложниками можно торговать"

"Все сидим, надеемся на лучшее, что скоро будет обмен, — пишет Алексей Кодьман. —Недавно приезжал представитель ОБСЕ из гуманитарной подгруппы Тони Фриш, если не ошибаюсь, с Дарьей Морозовой. Вроде как говорили, что есть надежда до Нового года провести обмен. Но как говорят, говорить — это одно, а там как будет, не знаю. Будем надеяться на лучшее, но судя по обстоятельствам, не знаю, как будет".

"Брат несколько раз намекал, что ничего не понятно. Ребята в своих письмах дают нам понять, что им говорят об обменах", — комментирует Нина.

"Так все более менее. Каждый день нас водят на прогулки, дают смотреть телевизор…", — продолжает читать она. — Знаете, что важно, раньше никто не говорил, что им разрешают смотреть телевизор. А тут вдруг смотрим и их, и наши каналы. Мне кажется, что ребятам сказали, о чем писать в письмах. Потому что все написали, что смотрят телевизор. "Обеспечивают средствами гигиены по возможности, каждое воскресенье водят в баню…". Алексей, как и все остальные ребята, тоже пишет о передачах. "Мы их пытались передавать. Никто не смог", — говорит Нина.

"Только Бог дает силы"

"Я в шоке, — говорит Людмила Глондар, сестра пленного спецназовца 3-го полка Сергея Глондара из Кропивницкого, попавшего в плен в Дебальцево — Во-первых, он написал: "Все хорошо" и слово "хорошо" взял в кавычки. Написал, что здоровье очень ухудшилось. Хотя он нам такого никогда не говорил. Даже, когда мы говорили раньше по телефону. "Снится мне каждую ночь, как мы гуляем. Я тебя только прошу, воспитывай наших детей, прививай им любовь к Богу и веру в Бога, потому что только Бог дает силы", — пишет он. Во-вторых, он просит передать ему много вещей. Это и теплую одежду, и обувь, и белье, и еду. Написал через кого это можно сделать. "И пожалуйста не откладывай, а уже", — попросил Сергей. Говорит, что приходила Морозова, сказала, что если Украина созреет на обмен "всех на всех", то до Нового года они будут дома".

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Волонтер Олег Котенко: "Мы участвовали в организации побегов из здания донецкого СБУ"

Сергей Глондар
Сергей Глондар Facebook Кати Глондар

"Мое мнение такое, что нам все время говорят, что мы, родственники заложников, расшатываем своими заявлениями обстановку, а все четко — Минск работает. Но как он работает, если спустя более 650 дней плена ребята просят, чтобы мы передали им передачу, — возмущается Людмила Глондар. — То есть кушать им нечего, надеть тоже. Кроме того, часть родственников настаивают на том, что надо давить на международную общественность, чтобы та надавила на Путина. Так вы простите меня, Красный Крест и является одним из международных представителей, кого наш президент пригласил для урегулирования конфликта. А они эти письма забрали у ребят месяц назад. И месяц нам их доставляли. Так они работают? Надо ребят забирать! А то они там из "трехсотых" переходят в "двухсотые".

Надо сказать, что письма украинские военные писали в Макеевке в последний день октября или первый ноября.

"Я говорила с женой Сергея Катей, она рыдает после прочтения письма. Он пишет, что верит в Бога, верит, что вскоре встретятся, — продолжает Люда. — Начинает о чем-то другом писать и снова возвращается к Богу. То есть он сам себя успокаивает. Мой брат никогда не был лириком, романтиком. Лично меня очень смущает, когда он пишет, что здоровье ухудшилось и все в руках Бога".

"Я держусь, духом не падаю, и советую и вам так делать"

"Со мною все хорошо. Описывать условия содержания не буду — ничего не меняется, — пишет своим родным танкист Богдан Пантюшенко, попавший в плен в январе 2015 года недалеко от Донецкого аэропорта. — Не помню, писал ли, но каждый вечер мы ходим смотреть телевизор с 19.00 до 21.00 по московскому времени. За это время мы успеваем посмотреть местные новости и ТСН, а также новости на "5 канале". В местных новостях бывают репортажи о пленных и переговорах в Минске. К сожалению, по украинским все тихо. 26 октября нас посещала Морозова с представителем ОБСЕ, сказала, что надеется на обмен до Нового года. Я держусь, духом не падаю, и советую и вам так делать. Тут времени много, есть, когда подумать о жизни, прошлом и будущем, много читаю, изучаю английский".

Богдан Пантюшенко
Богдан Пантюшенко Фото из семейного архива

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Полковник Иван Безъязыков: меня освободили из плена, потому что Захарченко обо мне забыл

Письмо Богдана читает его отец Валерий Николаевич. Говорит, что сын, как все ребята, просит передачу. "Я так понимаю, с передачами не получается, но если будет возможность, то ты, Вика (жена. — Т.К.), поговори с родственниками ребят, они подскажут, что передать. А нет, так нет, вы ж меня знаете".

"У нас в камере есть Библия, Евангелие. Честно сказать, мне чтение дается трудно, но Евангелие одолеть может каждый — сначала все трудно понять, но потом с опытом становится все понятнее для понимания", — продолжает читать письмо сына Валерий Пантюшенко, а после делает вывод: "Я думаю, Богдан о многом пытался написать нейтрально, чтобы мы просто знали, что он живой. Это главное!"

P.S. По официальным данным, в плену террористов на Донбассе находятся 109 украинцев. Это как гражданские, так и военные. Место нахождения 57 человек Украине известно, 37 из них боевики содержат в Западной исправительной колонии №97 в Макеевке.

Фото:meduza.io, news24today.info, Facebook Кати Глондар

Подписывайтесь на наш канал в Telegram

ПО МАТЕРИАЛАМ:
Загрузка...
+
Соглашаюсь
Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности