Подпишитесь 
35 лет назад Украина обрела независимость, и 12 из них украинцы противостоят российской агрессии, отстаивая свое право жить в свободном и независимом государстве. Война в Украине стала крупнейшей в Европе после Второй мировой, и за это время украинцы не раз удивляли мир.
Руководитель Центра исследований России, дипломат, экс-министр иностранных дел Украины Владимир Огрызко рассказал Главреду, просматривается ли конец в войне с Россией, в каком состоянии Украина выйдет из этого адского противостояния и какие у нее шансы на сохранение независимости, почему победа России исключена, а сама она обречена на распад, а также каких сюрпризов стоит ожидать в День независимости.
Ваша дипломатическая карьера начиналась еще в советские времена, то есть вы видели Украину до обретения независимости, ее первые шаги как самостоятельного государства и видите Украину сегодня. Как за это время изменилось понимание независимости? Можно ли сказать, что в 1991 году независимость для многих украинцев была скорее фактом, который они получили, тогда как сегодня, особенно в результате такого потрясения, как война, это уже ценность, которую общество готово защищать ценой жизни?
Да, именно так. Хотя было бы несправедливо говорить, что восстановление независимости было просто даром Божьим, потому что для этого десятилетиями прилагались огромные усилия, и наша нация платила кровью, чтобы это произошло в 1991 году. Разговоры о том, что независимость "просто свалилась нам на голову" и "никому не была нужна", – это лишь российская пропаганда, направленная на подрыв нас изнутри.
Сегодня независимость – это та ценность, которая определяет всю нашу нынешнюю деятельность. Если бы она не была ценностью, никто бы в первые дни полномасштабного российского вторжения не штурмовал военкоматы, не вступал в территориальную оборону и не начинал реально уничтожать российского врага. Ведь до этого считалось, что Россия – это почти стратегический партнер, друг и "старший брат". С началом войны все изменилось: "старший брат" показал, что он – главный палач, Каин. Но на самом деле братских отношений между Украиной и Россией никогда не было.
Поэтому мы переосмыслили себя, осознали себя как нацию и наконец-то почувствовали, что у нас есть свои права, культура, история, традиции, которые мы никому не отдадим ни за какие коврижки.
Я пришел на дипломатическую работу в МИД тогда еще УССР в 1978 году: с того момента и по сегодняшний день мы прошли фантастический путь перемен и переосмысления самих себя. После победы над рашизмом этот процесс наконец завершится. Украина начнет развиваться по-новому и окончательно подведет черту под своим советским и постсоветским прошлым, ведь даже постсоветский период отличался "советскими метастазами" в виде коррупции и других негативных явлений, которые у нас сохраняются до сих пор. После окончания войны и победы над Московией мы сможем сделать стремительный шаг вперед, чтобы Украина стала центром силы в Европе и не только.
В 1991 году Украина обрела независимость по сути без войны за нее, а сегодня независимость приходится отстаивать на поле боя и платить за нее высокую цену. Почему сохранение независимости и целостности Украины оказалось такой сложной задачей? И было ли в 90-е предчувствие того, что независимость Украины станет "костью в горле" для Москвы, а потому борьба еще впереди?
Тогда сработали два фактора, которые привели к нынешней ситуации. Первый из них заключался в том, что на Западе перестали считать Россию угрозой. Когда Советский Союз (главная угроза цивилизованному миру) развалился, на Западе царила безумная эйфория – я видел это собственными глазами. Россия лежала в руинах, голодная и нуждалась в помощи. И на Западе больше не видели в ней угрозы для себя, поэтому решили поддержать ее, чтобы она не превратилась в опасную клоаку. Тем более что Ельцин уверял, что Россия будет демократической и не будет агрессивной и коммунистической. Такие слова нравились Западу, и он перестал оценивать ситуацию реалистично и понимать, чем на самом деле является Россия. Он ошибочно предположил, что с Россией покончено.
Я очень зол на всемирно известного философа Фрэнсиса Фукуяму, который написал книгу "Конец истории" и решил, что противостояние с Россией закончилось. К большому сожалению, этот тезис Фукуямы пошел гулять по западному миру – и на Россию перестали обращать внимание.
Второй фактор – аналогичные процессы в Украине. У нас решили, что Россия теперь является новым независимым государством, правда, с некоторыми пережитками шовинизма и империализма, но мы будем с ней договариваться, заключать соглашения и торговать, причем в свой карман, и никакой угрозы она не будет представлять.
Отсутствие понимания как в Украине, так и на Западе того факта, что Россия не изменилась, что ее сущность осталась прежней, и привело к тому, что Россия начала подниматься и быстро восстановила свой имперский дух, который затем трансформировался в чеченские войны, агрессию против Грузии, аннексию Крыма и полномасштабную войну против Украины в 2022 году. Не говоря уже о том, что Россия продолжила действовать по всему миру: в Сирии, Африке и т. д.
Поэтому Запад и Украина упустили из виду возникновение угрозы, хотя должны были четко осознавать: Россия и ее агрессивная сущность не изменились. Теперь мы платим за это высокую цену.
Смотрите видео, в котором Владимир Огрызко рассказал, как Украине победить Россию, чего ждать в День Независимости и какой будет наша страна после войны:
Какой сценарий для Украины вы считаете самым опасным: замораживание войны, "плохой мир" или продолжение боевых действий?
Мир, даже плохой, с Россией заключен не будет. Потому что заключение любого мира – это конец Путина и его режима. Он это прекрасно понимает, а потому отвергает любые попытки заключить хотя бы соглашение о перемирии (о мирном соглашении вообще не может быть и речи, это нереалистично). Ведь тогда Путину придется отвечать на тысячи неудобных вопросов: что происходит в России, с чего россияне начинали и к чему пришли, как жить дальше, кто виноват и что делать.
Для Путина война – это продолжение его собственного существования. И политического, и физического. Поэтому думать, что нам "угрожает" какой-то мир, чрезвычайно наивно. Ни мира, ни перемирия не будет – будет продолжение войны до полного краха Российской Федерации в ее нынешнем виде.
Возможно, это болезненная правда, но я думаю, что события будут развиваться по такому сценарию, поскольку Путин упустил все возможности остановиться. Вспомните начало прошлого года, когда к власти в США пришел Трамп и фактически подарил Путину все то, что тот смог на тот момент захватить. Нас тогда действительно могли заставить согласиться на такой вариант. Но Путин упустил эту возможность, полагая, что он будет продвигаться дальше, завоевывать все больше и больше и в конечном итоге уничтожит Украину как таковую.
Сегодня ситуация кардинально изменилась: теперь не столько Россия бьет по Украине, сколько Украина наносит удары по ней, причем с каждым днем все сильнее, эффективнее и болезненнее.
У нас есть только один вариант – продолжать эту линию, доводя Россию до экономического коллапса и уничтожения ВПК Путина. Эти две составляющие в конечном итоге позволят нам выдвинуть такие условия возможного перемирия, которые будут выгодны не Путину, а нам. Если российская экономика остановится, то исчезнут все возможности России для ведения войны.
Вы говорите, что война продлится до полного краха России. Насколько длительным может быть этот процесс? Может ли война завершиться в ближайшие годы, просматривается ли уже финал?
Это зависит только от одного – от способности Украины наращивать удары по российской территории.
Большинство производителей украинского вооружения сегодня беспокоятся только об одном – даже не о технологиях, которые нужно постоянно обновлять, а о том, что им не хватает денег для того, чтобы эти технологии запускать, масштабировать и наносить России максимально мощные удары. Вспомните хотя бы нашего "Мадяра", который говорит, что, будь у него все необходимое, он уничтожал бы в семь раз больше вражеских целей, чем сейчас. Это лишь один пример, но он показателен, потому что это общая проблема: даже несмотря на те миллиарды, которые мы тратим на войну и которые нам предоставляет ЕС, нам не хватает денег на такое масштабирование ударов. Чтобы произошел перелом, денег должно быть в разы больше.
Где взять деньги? В России. В европейских финансовых институтах лежит 230–270 миллиардов евро российских денег, которые пока Европа в силу внутренних споров не может передать Украине. Когда эти деньги "разморозят" и Украина сможет быстро их использовать, это станет переломным моментом, который позволит в разы расширить масштаб наших действий. Например, вот-вот выйдет на промышленный уровень производство наших баллистических ракет. А их нужно не 3-5, а 500-1000, чтобы был эффект.
Проблема и трагедия России в том, что она голая: она не может защитить все то, что находится на ее территории. Путин обеспечил безопасность лишь нескольких мест, где он лично находится. А остальная часть российской территории не может чувствовать себя в безопасности. Сейчас Украина даже имеющимися средствами поразила много критически важных объектов не только нефтеперерабатывающей промышленности, но и военной инфраструктуры: аэродромы, заводы, конструкторские бюро, склады - все, что задействовано в нанесении ударов по нам. А масштабированием возможностей мы бы решили два вопроса: во-первых, на нас бы меньше летело (или летело бы совсем мало), потому что у России не было бы ни откуда, ни чего запускать, а, во-вторых, РФ окончательно утратила бы свой экономический потенциал.
Например, в результате второй волны наших атак на российские НПЗ в России функционирует всего 28% всех АЗС. Если будет функционировать 2% заправок, это будет означать, что российская экономика начнет задыхаться, ведь без топлива современная экономика не работает. Пусть на военные объекты бензовозами как-то будут подвозить топливо, но все остальное не может жить таким образом. Военная экономика не может существовать без гражданской экономики, ведь работающие люди платят налоги, благодаря которым государство затем финансирует войну. Сегодня в российском бюджете дыра на 6 триллионов рублей, а к концу года прогнозируют 9-10 триллионов. Так где же России взять деньги на войну?
Поэтому чем больше у нас будет возможностей для того, чтобы добивать российскую экономику и ее ВПК, тем быстрее у нас появится ответ на вопрос - когда закончится война.
Важно и другое. Сейчас распространяют следующую мысль: если крысу загонят в тупик, она начнет на всех бросаться (это формула Путина, который сам себя сравнил с крысой). Мол, эта крыса в таком случае будет угрожать применением ядерного оружия. На Западе это приводят в качестве аргумента в пользу того, что не стоит добивать Россию, потому что крыса сумасшедшая и может сделать что угодно.
Но – если ядерное государство нанесет ядерный удар по неядерному государству, которое сдало ему свое ядерное оружие, то у неядерного государства исчезают все аргументы, почему нельзя для своей защиты использовать все имеющиеся средства. Недавно у меня была возможность внимательно изучить карту расположения АЭС в европейской части России, и оказалось, что очень многие из них находятся вблизи Москвы. Когда я заканчиваю свою аргументацию этим в разговорах с нашими западными партнерами, вижу, что у многих глаза становятся круглыми и выразительными. Видимо, от страха.
Если нас, не дай Бог, Россия атакует ядерным оружием, у нас не останется иного варианта, кроме как ответить так, как сможем. А, исходя из того, что наши атомщики были, есть и будут, то и создание "грязной бомбы" тоже не будет тайной за семью замками.
Нам нужно честно и спокойно говорить об этом вслух, подчеркивая, что мы не собираемся поддаваться шантажу, угрозам и запугиваниям, которые постоянно раздаются из Москвы. У нас есть свои асимметричные средства воздействия, и они будут применены в случае необходимости. Ведь если поднять лапки и дрожать от страха, это спровоцирует Путина на еще большую агрессию и преступления. Путин должен знать: в случае чего – ответ будет немедленным и болезненным.
Поэтому, говоря о факторах завершения войны, я бы отметил лишь два – деньги и масштабирование наших ударов по территории России, чтобы ее экономика перестала существовать.
Насколько европейцы близки к принятию решения о "размораживании" российских активов и передаче денег Украине? Или это скорее фантастика, и такого решения мы можем не дождаться?
Здесь есть довольно обнадеживающие новости. Пару дней назад Кая Каллас говорила о подготовке новых мощных санкций. Обнадеживает то, что европейцы в ближайшее время примут решение о том, что их действия не будут подлежать судебным искам со стороны российских судов. Условно говоря, если Басманный суд Москвы или какой-либодругой суд вынесет решение в отношении бельгийского правительства, немецкой фирмы или кого-либо еще, то у европейских правительств будет "охранная грамота" в виде того, что юрисдикция российских судов на европейцев не распространяется.
По сути, европейцы поступят так, как давно поступила Россия. Когда Россию исключили из Совета Европы, она сразу заявила, что не будет выполнять решения Европейского суда по правам человека. Поэтому в Европе могут принимать решения о том, что Россия должна кому-то что-то выплатить, а в Москве отвечают, что это их не касается.
Извините, но почему со стороны России такая логика возможна, а со стороны Европы – нет? Надо наконец начать действовать по тому же принципу, который царит "за поребриком": с волками жить – по-волчьи выть. Очень надеюсь, что такая банальная логика очень скоро возобладает у европейских политиков.
Насколько велика угроза реализации негативного для Украины сценария, то есть поражения в войне? Что с нами будет, если Россия одержит победу в той или иной форме?
Я себе этого не представляю по простой причине: если россияне не смогли завоевать Украину ни за три дня, ни за четыре с половиной года, шансы на "победу" России равны нулю. Поэтому я бы даже не стал фантазировать на эту тему. Нам следует говорить не об эфемерных российских победах, а о том, как нам объединить усилия общества вокруг идеи дезинтеграции России, чтобы она исчезла с политической карты мира.
То есть негативный сценарий исключен?
Среди вероятных для Украины я его не вижу. Сейчас в России скандал на высоком уровне из-за того, что главный экономист российского государственного банка ещё в мае рассказал, насколько все плохо в российской экономике, и что Россия проигрывает, потому что она одна, а Украина держится и будет держаться, потому что с ней весь Запад. Вот вам и ответ на вопрос о перспективах российской победы. Поэтому нужно говорить о перспективах российского поражения, а отнюдь не победы.
Что должно произойти с Россией и Путиным, чтобы Украина могла вздохнуть с облегчением и не бояться посягательств со стороны россиян? В каком виде должна быть Россия, чтобы спокойно и цивилизованно сосуществовать с независимой Украиной?
В разобранном виде. Я давно и глубоко занимаюсь историей этого "народонаселения" и пришел к выводу: это – определенный исторический феномен, но с очень негативным знаком. Вся история формирования этого феномена говорит о том, что он способен существовать только в том случае, если ведет агрессивную захватническую политику и живет за счет угнетения других.
"Хорошие русские", как и Путин, говорят о "прекрасной России будущего" в нынешних границах. Они понимают, что Московия, то есть болотистая территория сама по себе, без завоеванных окрестностей, экономически нежизнеспособна. Там нет ничего, что могло бы держать элиту на плаву и помогать ей эксплуатировать все то, что сейчас подвластно России.
Например, Якутия – край, данный Богом, с запасами всего, что только возможно, где можно разбогатеть не только якутам, но и всем, кто там живет. А что мы видим в Якутии? Полную социальную катастрофу, то есть у людей нет ничего, что можно было бы назвать нормальной цивилизованной жизнью. Так происходит потому, что всё произведенное в Якутии превращается в средства, которые отправляются в Москву, а якуты ничего не получают. Разумеется, это невыгодно тем, кто живет в Якутии.
Точно так же это невыгодно жителям Сибири или Дальнего Востока, Татарстана или Башкортостана, народам Северного Кавказа или другим, поэтому все, что они производят, у них забирают и отправляют в Москву, которая на этом жирует. Москва стала витриной России для "полезных идиотов" Запада, которые считают, что Россия – это Москва, а когда им предлагают уехать на 100 км от столицы, они не хотят видеть реальную Россию.
Россия в ее нынешнем виде всегда будет угрозой для Украины. Распад России на отдельные государственные образования сразу ликвидирует угрозу империализма. Ведь Татарстан или условная Восточно-Сибирская республика вряд ли смогут напасть на Украину. То же самое и с Карельской Республикой, которая, я думаю, когда-нибудь присоединится к Финляндии, то есть вернётся на свою родину. Так что в этом случае просто исчезает источник угрозы. Угроза сидит в Москве, в этой "столице зла". Если она будет изолирована и не будет иметь ресурсов, проблемы и для Украины, и для Европы, и для мира исчезнут. Представьте себе на территории России 7-8 государств, не владеющих ядерным оружием, не угрожающих никому и с которыми можно нормально сотрудничать. Ведь у нас нет никаких проблем с Татарстаном, Башкортостаном, Тывой, Дальним Востоком (там вообще живут украинцы) и Ставропольским краем. У нас проблема с Москвой, центром зла, потому что там традиционно сидят сумасшедшие люди, которые руководствуются имперской логикой и стремятся использовать все вокруг для увеличения собственной силы и власти.
Поэтому это единственный способ изменить ситуацию в сфере безопасности.
А как вы оцениваете запас прочности России? Сколько лет или десятилетий она может продержаться в нынешнем виде, прежде чем начнет рушиться и там запустятся центробежные процессы?
О годах даже речь не идет – речь идет о месяцах. Если Украина продолжит то, что делает сейчас, то у России нет лет. Она не сможет войти в 2027 год хотя бы с каким-то бюджетом. В России расходы и доходы уже не уравновешиваются, и она не может функционировать по старым схемам. Разве что там нарисуют какие-то цифры, что в России никогда не было проблемой. Но это вовсе не означает, что таким образом можно управлять экономикой – у нее есть свои объективные законы, и она не подчиняется Путину.
Поэтому у России нет лет – у неё месяцы. Единственное, что может спасти Россию на какой-то период, – это немедленное прекращение войны на любых условиях.
В мире растет понимание того, что Россия осталась последней "тюрьмой народов". А после этой войны люди, имеющие национальные или региональные интересы, задумаются о другой форме организации. Если путинский режим быстро рухнет, то любой другой режим не сможет повторить то, что происходит сейчас. И тогда у субъектов РФ появятся возможности думать о своей судьбе и своём будущем.
Достаточно даже одной республике объявить о выходе из состава РФ, чтобы эффект домино обрушился на Россию в течение нескольких недель.
Может ли после краха путинского режима к власти в Москве прийти другой человек, который будет пытаться выглядеть чуть более адекватно, но суть останется прежней, а российское общество будет настолько отравленным жаждой реванша, что у нас будут те же самые проблемы с Россией?
Это будет зависеть от реакции Запада на смену режима. Если для возвращения в цивилизованный мир от России будут требовать пройти процессы дерашизации, демилитаризации и деколонизации, у нее ни с новым Путиным, ни со старым не будет ни единого шанса. Россия сама уже не будет способна ни на что. Сейчас она держится исключительно за счет поддержки Китая. Именно он держит Россию на плаву. А после падения путинского режима для Китая исчезнут любые ограничения на реализацию его собственных интересов, а они у Пекина довольно амбициозны – от возвращения территорий, захваченных Россией, до экономического доминирования над всей Восточной Сибирью. Там произойдёт много неожиданного.
Так или иначе России придется платить по долгам. Кто бы там ни был после свержения путинского режима и в какой бы форме ни существовала Россия, все эти образования будут выплачивать Украине компенсацию. По некоторым оценкам, ущерб, нанесенный Украине, достигает 1 триллиона долларов. Мне кажется, любой, кто придет на смену Путину, будет счастлив, если ему дадут возможность сохранить хоть что-то в этой стране, ведь мечтать о новом Рейхе и новом рашизме может разве что сумасшедший.
Как изменилась и меняется роль Украины в Европе (или в мире) в результате войны и того, как украинцы проявили себя в ней?
Пусть меня назовут "розовым оптимистом", но я вижу после войны Украину в совершенно новом облике. Рассмотрим аспект безопасности. Кто, кроме Украины, сегодня может показать всем европейцам пример того, как следует вести чрезвычайно тяжелую войну? Никто! Нет сегодня в Европе страны, которая не теоретически, рисуя стрелочки на карте, а практически может сказать, что "ваша логика не работает". Украинские военные даже во время совместных учений со странами НАТО доказывают, что старая стратегия НАТО не работает и рассчитана на войны прошлого века, а не на современные. Такая страна просто не может находиться вне европейской системы безопасности.
Зеленский предложил, на мой взгляд, чрезвычайно важную конструкцию – антибаллистическую коалицию. Все в Европе поняли, что полагаться на американцев в этом плане нельзя, потому что США не защитят Европу от российской угрозы. Поэтому нужно создавать нечто такое, что будет независимым от Штатов и по сути своей европейским. Мы как раз предлагаем такой вариант. Европейцы это поняли, и уже объединились 10 стран. И это, на мой взгляд, является прообразом новой европейской системы безопасности.
Что касается НАТО, то я поддерживаю слова Залужного: Альянс не успевает за современными тенденциями и нуждается в реформировании и новых подходах. Украина является лидером в понимании того, как это нужно делать.
Поэтому после войны Украина будет играть роль лидера в вопросах безопасности, так как сочетание украинского опыта, ноу-хау и европейских финансов позволит обеспечить безопасность Европы.
Кроме того, в Европе опасаются продукции украинского сельского хозяйства, поскольку у нас есть возможности наводнить Европу украинским зерном. А это означает, что у нас есть потенциал выхода не только на европейский, но и на мировой рынок с европейским знаком качества. А значит, мы можем зарабатывать, причём не только на зерне, но и на продукции из него.
Разве у нас нет металлургии? Разве нет возможности заниматься транспортным бизнесом? Разве у нас нет своего торгового флота и тому подобного? Есть масса вещей, которые мы можем использовать для того, чтобы утвердиться в совершенно новой роли. Я уже не говорю о ноу-хау и наших возможностях в сфере высоких технологий – все это есть и развивается.
Если эти составляющие заработают, и если в нашей внутренней политике мы перейдем к новой роли государства и его институтов, Украина станет одним из лидеров Европы. Это очевидно.
Вы говорите о металлургии и других отраслях промышленности, но ведь многие из этих предприятий были расположены на территориях, которые сейчас оккупированы, а значит, они либо разрушены, либо разобраны и вывезены в Россию. Быстро все это не восстановится.
Все это восстановится, если в Украину пойдут инвестиции. А они пойдут: на восстановление планируют потратить огромные суммы, и об этом говорят каждый год на конференциях по восстановлению, последняя из которых прошла в Гданьске. Планы очень серьезные.
Вспомните, что произошло с Германией после Второй мировой войны, когда ей помогли встать на ноги. Вот и Украина должна стать страной, которая будет "впитывать" иностранные инвестиции.
В то же время посмотрите на Путина: он бегает по всей стране и кричит, чтобы давали инвестиции. Но в ответ все крутят пальцем у виска: "Нам бы выжить. Какие инвестиции?".
Если международный бизнес придет в Украину с деньгами, любая промышленность встанет на ноги, причем очень быстро.
Подчеркиваю, это лишь традиционные вещи. А у нас есть и яркие умы, которые откроют перспективы и для искусственного интеллекта, и во всем, что связано с новейшими технологиями. Такая страна не может оказаться на задворках истории, а станет новым мощным европейским тигром. Я в это абсолютно верю.
Вечные вопросы – членство Украины в ЕС и НАТО. Состоится ли когда-нибудь этот вступление в Евросоюз и Альянс? Когда? И насколько нам это нужно с учетом изменения роли Украины в Европе, о которой вы говорили?
Это необходимо, потому что это принадлежность к клубу цивилизованных государств. А эта принадлежность является признаком того, что страна входит в передовую группу государств – экономически сильных, демократических, правовых и отвечающих всем критериям цивилизованного мира.
НАТО нуждается в реформировании и переосмыслении. А нам, прежде всего, нужно будет думать о европеизации НАТО. Учитывая отказ Трампа, который не хочет видеть Европу своим союзником (это его проблемы), Европа получила шанс самоорганизоваться в сфере безопасности и работать по новым правилам. В этом процессе мы будем не "просителем", а той страной, которая будет говорить другим, готовы ли они к вступлению в новую коалицию государств, если они не заботятся о своей обороне, не готовы реагировать на существующие угрозы и т. д. То есть Украина вполне может стать страной, которая будет определять правила новой игры.
НАТО должно быть другим. Потому что НАТО, которое раздумывает, сбивать ли ему "шахед" над своей территорией или нет, не работает. Россия это понимает. Почему Путин и говорит о том, что готовит нападение на Альянс: он стремится окончательно сломать НАТО, чтобы там начали обсуждать, а не действовать. Такие оборонные альянсы не имеют ценности.
Какие страны, кроме России, больше всего не рады тому, что влияние Украины растет? И почему? Например, сейчас осложнились наши отношения с поляками. Могут ли в перспективе осложниться отношения Украины с другими соседями, которые будут не в восторге от растущего влияния нашей страны?
Очевидно, что Польша, которая всегда считала себя форпостом демократии на востоке Европы, не будет "в восторге" от того, что рядом с ней возникнет мощная сила, которая будет нивелировать роль Варшавы. Это объективно. Это придется учитывать в нашей политике.
К тому же Украина станет конкурентом для многих европейских стран в сфере стали, сельского хозяйства и транспортных перевозок.
Впрочем, все это нормально, и каждая страна, вступавшая в ЕС, сначала сталкивалась с проблемами как с ближайшими соседями, так и с далекими. Но демократические процедуры существуют для того, чтобы все эти моменты можно было согласовать. Мы их согласуем.
Однако наивно полагать, что мы решим все свои проблемы – они у нас будут с венграми, поляками и, возможно, румынами. Ведь каждая из этих стран хочет использовать наше ослабленное положение для того, чтобы продвигать свои идеи. Впрочем, ни при каких обстоятельствах нельзя позволять переходить определенные границы. Если позволим, мы превратимся из страны, которая растет и движется вверх, в страну, которая идет вниз. Мы не можем себе этого позволить.
Как Россия "поздравит" Украину с Днем независимости? Ожидаете ли вы каких-то особенно масштабных и циничных обстрелов? Возможны ли удары по определённым символическим объектам в этот день?
Я бы переформулировал этот вопрос: как мы поздравим то, что еще называется Российской Федерацией, с нашим праздником – празднованием 35-й годовщины восстановления независимости. Я думаю, мы должны устроить яркий и красивый фейерверк всюду, куда дотянутся наши дроны и ракеты. Чтобы Россия знала, что все ее попытки поставить нас на колени абсолютно бесперспективны.
Поскольку наш разговор происходит накануне праздника, я бы пожелал нашей аудитории оптимизма и понимания того, что Украина при любых обстоятельствах устоит, победит и станет ведущей страной Европы. Для этого мы должны быть едиными, должны понимать цель нашей деятельности, поддерживать друг друга и наши героические Силы обороны. В этом случае мы будем на коне. Впрочем, другого варианта для нас я и не вижу.
Поэтому – победим. А Россия снова станет маленькой.
А какой подарок Украина вполне может сделать себе сама в этом году на День независимости – Крымский мост, Москва в огне или стая "Фламинго" над Кремлем? Что мы можем увидеть?
"Черного лебедя" на розовом "Фламинго". А он прилетит в Россию.
О персоне: Владимир Огрызко
Владимир Огрызко – украинский дипломат, министр иностранных дел Украины (2007-2009), чрезвычайный и полномочный посол Украины (1996). С сентября 2014 года возглавляет аналитико-информационный Центр исследований России. Пишет статьи для таких СМИ, как "Новое время" и "Украинская правда". С 2022 года – проректор по международной деятельности в Киевском университете имени Бориса Гринченко.
Наши стандарты: Редакционная политика сайта Главред
