Отложенная капитуляция: есть ли "зрада" в формуле Штайнмайера

Формула Штайнмайера - это ни что иное, как небольшая конкретизация Минских соглашений. А Минские соглашения уже были капитуляцией Украины.

Штайнмайер
Украина согласилась на "формулу Штайнмайера", но не стала подписывать никаких документов / Reuters

По итогам Минских переговоров от Украины и России прозвучали два диаметрально разных заявления - в украинском МИДе заявили о согласии на "формулу Штайнмайера", и в то же время Россия уличила Украину в грубом нарушении договоренностей.

С одной стороны, Украина в принципе согласилась на "формулу Штайнмайера", но Россия требовала, чтобы это было закреплено каким-то отдельным протоколом. То есть, чтобы это было не просто согласие на словах, а соответствующим образом письменно зафиксированное, очевидно, для того, чтобы в будущем использовать это согласие для давления. Украина что-то подписывать отказалась. Этим и объясняется этот тупик.

При этом не исключено, что позиция Украины также рассчитана на западных партнеров - мол, мы соглашаемся, а Россия все равно ищет отговорки для того, чтобы ничего не выполнять. И тут, по большому счету, продолжается дипломатическая игра, в которой каждая из сторон пытается показать, что она за мир без каких-либо альтернатив, но в то же время о том, что этого нельзя достичь из-за противодействия противоположной стороны.

Читайте такжеПочему Украине нельзя соглашаться на формулу ШтайнмайераСама по себе "формула Штайнмайера", которую каждая из сторон трактует по-своему, по факту касается одного простого момента – Минскими соглашениями предусмотрено проведение выборов, Украина должна присвоить особый статус неподконтрольным территориям, там должны быть сформированы органы местного самоуправления, выведены любые иностранные вооруженные силы и восстановлен контроль над границей. Но нет связи о том, как и в какой последовательности должно произойти. Украина настаивает, что надо сначала вывести войска, взять контроль над границей и только потом проводить выборы, а Россия наоборот – сначала выборы, а потом все остальное.

И суть так называемой формулы Штайнмайера, насколько бы неудачным не было это название, в том, чтобы свести позиции обеих стран к некому компромиссу – к тому, что выборы проводятся, но при этом их результаты обуславливают вступление в силу закона об особом статусе. И произойти это должно только в тот момент, когда выборы состоятся и ОБСЕ признает их демократичными и такими, которые отражают волю людей на тех территориях. Таким образом, все эти события связываются в одну систему.

Но даже если взять эту формулу за основу, через некоторое время могут потребоваться очередные формулы для ее уточнения, потому что каждый будет трактовать ее на свой манер. Очевидно, что для Украины она означает следующее – закон об особом статусе этих территорий вступает в силу в момент выборов, которые признают международное сообщество и окончательно закрепляется, когда эти выборы международные организации признают законными.

Но вопрос критериев законности тоже может отличаться – в украинском понимании они де-факто значат восстановление украинской юрисдикции на Донбассе, так как предусматривают участие украинских партий, СМИ и гарантии безопасности.

Читайте такжеПочему выполнение Минских соглашений станет предательством УкраиныИ как раз на это снова не соглашается Россия. Потому единственный на сегодня сценарий для Украины вариант – замораживание конфликта и откладывание его на отдаленную перспективу. Но все те, кто говорят о таком варианте как о капитуляции, не учитывают одного – формула Штайнмайера ни что иное, как небольшая конкретизация Минских соглашений. А Минские соглашения уже были капитуляцией Украины, потому что Украина уже согласилась по ним на ограничение суверенитета на своей же территории. И по всем дипломатическим и историческим канонам это и называется капитуляцией, которая с целью смягчения была подана в качестве межгосударственного договора. Но ее по ряду причин удалось отложить во времени, и она не вступила в силу.

Потому в целом я не вижу особых отличий нынешней ситуации от той, которую мы наблюдали при Порошенко – те самые сложные дипломатические танцы, в которых каждая из сторон хочет выставить другую в качестве неадекватного и недоброжелательного партнера.

Петр Олещук, политолог, преподаватель КНУ имени Тараса Шевченко, специально для Главреда

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнеров

Последние новости

Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять