Почему "языковой закон" обречен на смерть

Нынешний "законопроект о языке" – это закон о языковой политике как элементе предвыборной агитации, не более того.

мова
Верховная Рада приняла в первом чтении "языковой законопроект" / УНИАН

Проголосованный в первом чтении "языковой законопроект" не найдет широкой поддержки в украинском обществе – ни среди украиноязычного, ни среди русскоязычного, ни среди венгерскоязычного населения и так далее.

Данный законопроект написан на основании теоретических представлений о том, как должно было бы быть. Но он не учитывает множество моментов, которые существуют в реальной жизни, от которых мы не можем избавиться, и которые являются нашей действительностью.

Читайте такжеЩо не так з новим мовним закономКроме того, этот законопроект о языке, если бы он был принят в нынешнем виде, слишком теоретический, потому его сложно будет воплотить в жизнь. Так, он предусматривает, что все госчиновники должны всюду общаться между собой исключительно на украинском языке: и на службе, и дома, и в банях. Сложно себя это представить…

Вспомните, как министр внутренних дел Арсен Аваков выступал в Оболонском суде в качестве свидетеля по делу о государственной измене Януковича. Как известно, у нас в суде необходимо говорить на государственном языке, однако участники судебного процесса имеют право обратиться к судье, и тот может позволить им выступать или подавать реплики на том языке, на котором им удобнее. И вот Аваков в суде спросил: "Могу ли я говорить на родном языке?". Судья и так был перепуган, сами понимаете – почему. После этого испугался еще больше и спросил: "А на каком?". На что Аваков ответил: "На слобожанском". Как известно, он родом с Харьковщины…

Это – пример того, что Аваков может блестяще сдать экзамен по украинскому языку, но при этом не станет общаться на украинском.

Законопроект, принятый в первом чтении – это, скорее, законопреокт, обращенный в будущее. Так бы должно было бы быть... Но на самом деле Украина – другая страна, с совершенно иной языковой ситуацией, не такой, как предусмотрена авторами законопроекта.

Читайте такжеК чему приведет раскачивание "языковой лодки" в УкраинеК тому же, в данном случае "закон о языке" – это закон о языковой политике как элементе предвыборной агитации. И из-за этого его сложно будет применить в жизни. Хотя, понятно, что он после рассмотрения в первом чтении будет существенно смягчен. Уже появляется реакция наших международных партнеров на него – она сдержанная, они понимают нашу ситуацию и понимают, что речь идет не о языке, а о политике. Однако язык – это еще и инструмент коммуникации миллионов людей.

Если даже говорить о конкретных новшествах, которые предусмотрены данным законопроектом, как, например, создание национальной комиссии по стандартам украинского языка и должности уполномоченного по защите украинского языка, то они не слишком радикальны, они вполне соответствуют логике закона. Однако логика закона далека от логики жизни. Это бюрократическая логика, которая требует финансирования, потому что, если будет уполномоченный, буде и его аппарат.   

Да и вообще, если бы в Украине сейчас действительно переживали об украинском языке, а не о политике, то, прежде всего, мы бы заботились о культуре языка. К примеру, тот язык, на котором общаются на наивысшем уровне – президенты Украины. Казалось бы, лучше всего на украинском языке говорил (и он для него родной) Виктор Андреевич Ющенко. Однако он во всех своих речах и выступлениях в третьем лице единственного числа говорил вместо "робить", как того требует литературная норма, "робе", как у него говорили в Хоружевке.

Читайте такжеОжидание vs реальность: что изменит закон о языкеЭтот закон о языке должен бы был направить нас учить язык Шевченко, Франко и Леси Украинки, чтобы уполномоченный защищать украинский язык следил, в первую очередь, за культурой речи.

Или, скажем, как быть с суржиком? В Киевской области распространен суржик, никто не говорит на украинском языке. Так что с суржиком – он подпадет под этот закон? Нет – потому что это нерегулируемые вещи.

Так что, во-первых, этот закон не будет воплощен в жизнь, потому что для этого нет реальной подоплеки. А, во-вторых, он, мне кажется, до 31 марта 2019 года просто утратит актуальность.

Павел Рудяков, директор информационно-политического центра "Перспектива", специально для "Главреда"  

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнеров
Новости
Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять