Саммит Украины и ЕС: война за формулировки или положительные сигналы для Киева

Эксперты поделились оценками результатов саммита Украины и ЕС.

 / president.gov.ua

27 апреля в Киеве состоялся первый саммит Украина — ЕС в рамках имплементации Соглашения об ассоциации, в котором приняли участие президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер, президент Европейского совета Дональд Туск, а также Президент Пётр Порошенко.

Опрошенные "Главредом" эксперты отмечают, что это был рабочий саммит, от которого не было причин ожидать каких-либо принципиально новых решений или договорённостей. По их оценкам, есть причины полагать, что саммит пошёл неплохо для Украины и засвидетельствовал готовность сторон двигаться дальше в одном направлении. Украина продемонстрировала свою приверженность идее европейской интеграции и усердную работу по имплементации Соглашения об ассоциации. Евросоюз в свою очередь показал, что для европейцев Украина остаётся важным партнёром и одной из приоритетных тем его внешней политики.

С полным текстом совместного соглашения по итогам саммита вы можете ознакомиться здесь.

Каковы основные и наиболее важные результаты саммита Украина — ЕС, а также какие выводы из него должно сделать наше государство — читайте в комментариях экспертов.

Владимир Фесенко

Глава правления Центра прикладных политических исследований "Пента"

Владимир Фесенко:

Часто у нас оценивают подобные мероприятия, впадая в крайности: либо всё прекрасно, либо всё пропало. Хотя в первую очередь, необходимо понимать, что это был рабочий саммит, то есть это не тот саммит, на котором должны были принять какие-то принципиально новые решения.

Принципиальные решения в европейской интеграции Украины были приняты в прошлом году — Соглашение об ассоциации и зоне свободной торговле между Украиной и Евросоюзом. Именно это решение будет определять наши отношения с ЕС на многие годы вперёд, как минимум, на пять-семь лет. В этот период мы должны будем работать над воплощением в жизнь этого соглашения.

Как сказал Президент Пётр Порошенко, лет через пять, если мы будем должным образом выполнять это Соглашение, мы начнём переговоры о вступлении в Европейский Союз. Но это ещё не значит, что через пять лет мы непременно вступим в ЕС.

Я ведь почему настаиваю на том, что не нужно впадать в крайности? Потому что некоторые говорят, мол, а почему нет решения о вступлении Украины в Евросоюз. Я бы сказал, что это наивная и непрофессиональная постановка вопроса: мы ещё толком не начали выполнять Соглашение об ассоциации, а уже требуем решений по нашему вступлению в ЕС. Это наивно и совершенно нереалистично.

Подчёркиваю, это был рабочий саммит. У нас уже 17 лет продолжаются такие отношения с ЕС. Но это первый саммит после Майдана и главное — после Соглашения об ассоциации и Зоне свободной торговле. Потому сейчас основные усилия направлены не на то, чтобы принять какие-то новые решения, а дискуссия сосредоточилась на том, как выполнять то, о чём уже договорились.

На саммите речь шла о том, как выполнять Соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли. Выполнение минских соглашений также было крайне важной темой, по которой существуют разные взгляды. Как известно, в Европе есть определённая идеализация минского мирного процесса, и европейцы не всегда адекватно оценивают его перспективы. Но есть договорённости, которые необходимо выполнять. Знаю, что некоторые европейские дипломаты уже побывали в зоне конфликта, и у них в результате этой поездки изменилось отношение к происходящему. Петру Порошенко в следующий раз нужно предложить провести этот саммит где-то в Мариуполе, или встречу с Могерини или Юнкером где-то в Краматорске, или вблизи донецкого аэропорта, или в Широкино. А то там, в Брюсселе, не совсем адекватно оценивают и понимают, что происходит. Думаю, особенно не помешает свозить госпожу Могерини на Донбасс.

Безусловно, одной из основных тем этого саммита была макроэкономическая помощь Евросоюза Украине. Это обсуждается уже сегодня.

Ещё одна важная тема — тема предоставления Евросоюзом безвизового режима Украине. В этом вопросе, вопреки апокалиптическим оценкам о том, что всё пропало, никто нам не предоставляет безвизовый статус, существуют предварительные договорённости о том, что будет применён промежуточный вариант. Если не ошибаюсь, об этом сказал Валерий Чалый — будет безвизовый статус на определённый промежуток времени. Этот вариант приемлем для многих украинцев: мы же, как правило, не едем в европейские страны на год или два — мы едем туда по делам или на отдых. Однако нам нужно выполнить ещё значительные обязательства со своей стороны.

Важно то, что в ходе этого саммита обе стороны продемонстрировали готовность двигаться дальше и искать взаимоприемлемые решения. Он продемонстрировал, что идёт усердная работа над воплощением в жизнь Соглашения об ассоциации, что мы перешли в рабочую фазу. И Евросоюз продемонстрировал, что для европейцев Украина сейчас является важным партнёром и одной из главных тем его внешней политики. И Украина продемонстрировала верность европейской интеграции и движение в этом направлении. Так что идёт общая работа над выполнением общих обязательств.

Надеяться на то, что на этом саммите могло бы быть нечто другое, на мой взгляд, это не совсем адекватное восприятие этих событий и их результатов. Сегодня — другая фаза. Думаю, что и в нынешнем году, и в следующем году главной темой этих саммитов будет работа по выполнению договорённостей, а не заключение каких-либо новых соглашений.

Тарас Чорновил

Эксперт по вопросам международной политики, бывший народный депутат Украины

Тарас Чорновил:

Саммит Украина и ЕС имеет одну специфику, о которой часто забывают: ЕС — специфическая структура, которая, с одной стороны, вроде как сверхдержава, а с другой — всё-таки объединение различных государств. И руководство ЕС, участвовавшее в саммите, не имеет самостоятельного права обнародовать позиции. Поскольку эти позиции ещё должны быть утверждены лидерами стран-членов Евросоюза, а также Европарламентом, а потом ещё должны пройти определённые процедуры в Еврокомиссии.

Из-за этого непонимания появились скептические отзывы: мол, саммит прошёл, а на нём так ничего толком и не сказали, избегали прямых ответов. А Юнкер вообще не захотел сказать, что Украина является "европейским государством", именно в такой формулировке, потому что это соответствует одной из статей уставных документов Евросоюза, где говорится, что каждое европейское государство имеет право, при выполнении определённых обязательств, стать членом ЕС. В результате появилась масса скепсиса, при котором забыли, что договорённости, достигнутые в ходе саммита, не могут быть самостоятельно обнародованы лидерами ЕС, а должны сначала пройти процедуру апробации и имплементации в самом ЕС, только после этого они станут публичным достоянием.

Потому этот саммит имел закрытую структуру: больше событий происходили без прессы, меньше было прямых однозначных заявлений. Лидеры ЕС не имеют полномочий обнародовать позицию и лишь имеют мандат на ведение переговоров и достижение определённых договорённостей, потому многое на саммитах ЕС приходится читать "между строк".

Первый момент, который мне показался очень заметным и красноречивым: демонстративно в присутствии двух лидеров ЕС — Туска и Юнкера — Порошенко сделал заявление о том, что Украина, если сейчас всё пойдёт хорошо, сможет через пять лет подать заявку на вступление в ЕС. Украина и сейчас может подать эту заявку, но она стопроцентно не будет рассмотрена. Этот шаг (если это серьёзное, а не популистское заявление) говорит о том, что Украина может выполнить все обязательства и подать заявку, которая будет соответствовать всем нормам Евросоюза.

Пять лет — на мой взгляд, это очень оптимистичные ожидания, потому что нам очень многое нужно менять, в том числе в социально-экономической и правовой системе. Но, вспомните, ещё осенью было сказано о такой заявке в семи- или восьмилетней перспективе, и многие в ЕС тогда отреагировал весьма осторожно: успеет ли Украина провести реформы, если она вообще не движется в сторону Европы и так далее. Сейчас — никакого скепсиса, а это заявление про пять лет было воспринято очень спокойно. То есть сдвиг на два года — и никакого скепсиса. И параллельно с этим прозвучал ряд обтекаемых заявлений из уст европейцев о том, что Украина начала нормальные реформы, и что их ход удовлетворяет Евросоюз. То есть в ЕС оценили определённый позитив и решили, что перспективы того, что реформы будут реализованы, с их точки зрения, есть. На мой взгляд, это — основной результат.

Другой показательный момент — это чисто психологический аспект поведения людей, которые вышли после закрытой части переговоров. Мы не один раз видели, когда после встречи переговорщики ведут себя крайне осторожно, напряжённо, взвешивая каждую фразу, не выказывая преференций друг другу. В данном случае была масса шуток-прибауток. Это признак того, что переговоры прошли на достаточно приятном уровне, и не было негатива в ходе переговоров. Для Украины это значит, что нам не сказали жёстко негативных фраз о том, что мы чего-то не выполняем, что по каким-то направлениям у нас стопроцентно перекрыта перспектива. Также это значит, что просьбы Украины к Евросоюзу на сегодняшний день уже не выглядят настолько неприемлемыми, какими они казались ещё полгода назад. Это — хороший сигнал. Кто знает дипломатический язык, тот может понять, что это добрый знак.

Что касается моментов, связанных с предоставлением Украине безвизового режима, нет пока что конкретных дат, но есть подтверждение того, что этот вопрос не снят с повестки дня, и на саммите в Риге, очевидно, должны быть озвучены какие-то новые конкретные даты. Необходимо понимать, что проблема завязана на войне: не каждое государство готово предоставить безвизовый режим стране, в которой миллион беженцев, внутренне перемещенных лиц, в которой огромное количество людей бегает с автоматами — именно террористов, которые, к тому же, имеют украинские паспорта. По этой причине по этому вопросу нет какого-то движения. Но несколько раз прозвучало упоминание минских договорённостей в контексте того, что полное их выполнение может дать результат по целому ряду пока что не выполненных взаимных обязательств. Думаю, что в этом есть и определённый намёк на то, что будет усиливаться дипломатический прессинг со стороны Европейского Союза на Россию. Вопрос в том — будет ли это в виде санкций, как бы мы того хотели, или же в виде дипломатического давления на Россию, чего не всегда достаточно. Однако всё-таки европейцы будут настаивать на выполнении минских договорённостей. А если приступят к выполнению хотя бы политической части этих договорённостей (то есть часть, касающаяся безопасности, будет пройдена), то решение вопросов по безвизовому режиму может сдвинуться с места.

Также был чётко обозначен момент, что никакое давление со стороны России не может остановить окончательное введение Зоны свободной торговли между Украиной и ЕС. С одной стороны, казалось бы, что Украине от того ни холодно, ни жарко, потому что наши предприятия, в принципе, получили право на свободную торговлю в Евросоюзе, а европейцы пока что не имеют доступа к нашему рынку. Но введение ЗСТ станет помощью украинскому потребителю (у нас есть не только производители, но и потребители). Также это станет поддержкой дальнейшей адаптации стандартов, что окончательно откроет дорогу для введения всего объёма Соглашения об ассоциации, потому что не может заработать политическая часть, пока полноценно не будет введена зона свободной торговли. Так что, на мой взгляд, неплохим знаком является и это подчёркивание того, что с 1 января окончательно ЗСТ станет фактом, и больше никаких разговоров об этом не будет.

Также внимание акцентировалось на том, что, несмотря на всё давление России, в ЕС есть единая позиция относительно поддержки Украины. И это подтверждается последними событиями в Греции (как ни давила Россия, но Греция заявила, что будет выполнять все свои политические обязательства в Евросоюзе). В этом тоже есть позитивный момент.

Что касается участия ЕС тем или иным образом в нашем вооружённом конфликте, тут ничего нового не прозвучало. Евросоюз за нас воевать не будет, и летальное оружие нам пока что предоставлять боятся, хотя купить мы его можем. Уже прозвучали фразы: не ищите поддержки — ищите ресурсы и возможности покупать что-то самостоятельно, тогда, вероятно, и поддержка придёт. Покупать оружие в ЕС нам никто не запрещает, но для этого у нас нет финансовых ресурсов. А на бесплатную помощь оружием Украине надеяться пока что не стоит, поскольку Евросоюз всё ещё верит, что может решить вопрос на востоке Украины мирно.

Владимир Огрызко

Дипломат, экс-министр иностранных дел Украины

Владимир Огрызко:

Этот саммит в очередной раз показал, что нам не стоит подменять понятия. К сожалению, много лет подряд мы воюем за формулировки, а не за суть проблемы.

На мой взгляд, на данном этапе самым главным является то, как быстро и насколько качественно мы сможем провести те изменения, которые зафиксированы, в частности, в Соглашении об ассоциации. Собственно, Соглашение об ассоциации — это домашнее задание, которое Украина должна выполнить перед тем, как подавать заявку на вступление в Евросоюз.

В ходе саммита прозвучало мнение, что для этого нам будет достаточно пяти лет. Это очень амбициозный план. На самом деле очень напряжённый план и график работы, который должны выполнить все наши ведомства, да и гражданское общество тоже.

Но это всё можно сделать только в том случае, если на то будет политическая воля, а не стремление повторять лозунги.

Потому мой вывод после саммита прост: европейцы готовы и будут нам помогать в случае, если мы будем помогать сами себе, если мы будем выполнять тот план, который мы уже подписали, и который должен быть для нас законом. Это для меня главный вывод. А обсуждение того, что сказал Юнкер, а чего не сказал — это на самом деле просто несерьёзно.

Надежда Майная

Реклама
Поддержите Главред

Последние новости

Реклама
Реклама
Реклама
Мы используем cookies
Принять