Вельдар Шукурджиев: "Крым — это Чернобыль, только с людьми"

"Русский мир" не скрывал своей подлости и бесхребетности

Вельдар Шукурджиев

"Российские пограничники задержали на въезде в Крым активиста из промайдановской организации Украинский культурный центр", — так начиналась заметка в одном из российских интернет-изданий в ноябре 2015 года. В ней речь шла о том, что крымского татарина Вельдара Шукурджиева остановили российские оккупационные власти на административной границе Крыма "до выяснения обстоятельств". Спустя время отпустили и пропустили на территорию полуострова. После этого случая было еще задержание — 5 февраля. На этот раз проукраинскому активисту пытались вручить бумагу с запретом на въезд в РФ до 2030 года. Но вскоре передумали и вновь разрешили поехать домой, в Симферополь. Хотя и уточнили: без российского паспорта в Крым пускают последний раз.

Вельдар — резкий и категоричный. Он называет предателей по именам и четко знает, как должно действовать государство Украина в вопросе деоккупации Крыма. Хотя и признает: процесс возвращения полуострова — длительный и трудоемкий.

Мы встретились с ним в Киеве накануне второй годовщины массового митинга в Симферополе 26 февраля 2014 года. Говорили о страхе, продажности и инертности Украины…

— До 26 февраля 2014 года вы что, не чувствовали, что "русский мир" на Крым наступает?

— По сути, он оттуда никуда и не уходил. Он там всегда присутствовал. Причем нагло, бесцеремонно. Даже не скрывал своей подлости и бесхребетности. И украинское государство позволило тому, что произошло, случится. Я имею ввиду неопределенную позицию по Крыму, по его украинизации на протяжении всех лет независимости.

— Как вы думаете, почему 26 февраля некоторые жители Крыма, в том числе, крымские татары, вышли на площадь, а некоторые предпочли выжидать дома?

— В тот день вышло достаточное количество людей, чтобы переломить ход событий. На тот момент недальновидность украинских политиков не позволила просчитать, что может произойти. Откровенно говоря, никто не ожидал такого удара в спину от так называемого "братского народа". Никто не думал, что может быть задействован российский спецназ, что они захватят Верховный Совет, Совмин. В митинге 26 числа принимали участие не только крымские татары — на сторону правды и демократии встали все этносы, проживающие в Крыму. Да, в основном, это были крымские татары.

— Вот вы говорите об агрессивном поведении "русского мира" и тут же замечаете, что "нож в спину" не ждали, почему?

— Митинг закончился тем, что не дали провести сессию, хулиганов "русского мира" вытеснили, договорились, что все покидают эту площадь. То есть митингующие доверили дальнейший ход событий правоохранительным органам. Понимаете, скажу еще раз: массового предательства в рядах СБУ, прокуратуры, милиции никто на тот момент не ожидал.

Вельдар Шукурджиев

— Снова возникает вопрос: почему?

— Потому что в рядах украинских силовых структур в Крыму, как стало известно потом, всегда работали агенты ФСБ. Мы, конечно, об этом догадывались и ранее, но делали вид, что не знаем. А ведь угроза никогда не исчезала. Они крепко проникли в СБУ, суды, прокуратуру, милицию задолго до Майдана и президентства Януковича. Можно сказать, что со времен распада Советского Союза они никуда не уходили. Мощным подспорьем для разведывательной и подрывной деятельности украинской государственности в Крыму была база Черноморского флота. По сути, это диверсионная база. Там и флота как такового нет. Но зато есть мощная агитационная, подпольная платформа, кузня "пятой колоны". Это был абсолютно легальный метод проникновения на территорию независимого государства немереного количества диверсантов, шпионов… да кого угодно под маркой "Черноморского флота". Отсюда и такие наглые заявления из консульства России в Севастополе о русской земле и правильности депортации крымских татар. И за них никто не привлекался к ответственности. А кто должен был привлекать к ответственности за такие слова? Украинский чиновник, который получали зарплату от РФ? Я говорю: украинское государство предпочитало все годы независимости занимать позицию страуса по отношению к Крыму. Мол, этой проблемы не существует. Татары? Ну, пусть варятся в своем соусе. Захватывают земли? Закроем глаза. Русский мир? Ну и Бог с ним! Мы ничего не видим и ничего не слышим.

Проблема Украины сегодня в том, что нет в руководстве страны, а если и есть, то их катастрофически мало, государственных политиков. Тех, кто действует в интересах государства. И если сейчас такие появляются, то тогда их вообще не было. Все шли в политику для того, чтобы… для того, как бы… для того, у кого бы… Но не для строительства суверенного государства. И этот гнойник должен был когда-то взорваться. Вылиться либо в открытое противостоянии с властью, либо в какие-то межнациональные конфликты. И это произошло в Донецке и Луганске. Крым практически без выстрелов был захвачен при полнейшем попустительстве внутренних спецслужб и внешних спецслужб.

— Как вам кажется, местное население Крыма в большей части поддерживало действия России?

— Массовку создавали гастролеры из России. Такого настроения среди местных не было. Это туристы скандировали: "Россия, Россия!". Основную массу людей удалось запугать. В том числе исчезновением Ришата Аметова, арестами Олега Сенцова, Андрея Щекуна, старшего Ковальского. Это, безусловно, были лидеры, за которыми бы люди пошли. Эти люди могли бы что-то организовать. Верхушку этого сопротивления, революционного, не побоюсь этого слова, движения обезглавили, таким образом, обезопасив себя. Но и запугали остальных.

Вельдар Шукурджиев

— Люди сегодня живут в Крыму в страхе?

— Люди продолжают жить в страхе. И те аресты, массовые обыски в домах крымских татар, которые были 13 февраля, случаи самоубийств, обвинения в сотрудничестве с ИГИЛ направлены на то, чтобы держать население Крыма в постоянном страхе. Как говорится, в ощущении засады. Мол, мы все на войне, против нас международный терроризм, националисты, мусульмане… Вот поэтому они вынуждены в школах, детских садах вывешивать эти безумные плакаты о террористах.

К тому же действуют необоснованно высокие зарплаты для работников силовых структур. У простого постового в пересчете на гривны может быть зарплата более 10 тысяч гривен. При этом у учителя 2-3 тысячи гривен. Контраст большой. Чтобы те работали на Россию, держали людей в страхе. И они за такие деньги рьяно и настойчиво преследуют всех несогласных.

— Ощущение страха только усиливается?

— Все понимают (даже те, кто бегает и кричит: "Россия нас спасла, Путин наш бог"), что произошло что-то не то: в Крыму реально стало хуже, страшно. Это не тот Крым, к которому мы привыкли: весенний, благополучный, цветущий, который навевает какие-то романтические чувства, настроения. Крым сегодня — это зона страха, серая зона отчуждения. Крым — это Чернобыль, только с людьми. Одну часть людей просто купили, другую — запугали. И они реально понимают, что у Украины даже для возвращения нет весомых аргументов. Если даже рассматривать вопрос с точки зрения прав человека, Украина не может показать, что будет после возвращения Крыма, она не может дать четкий посыл гражданам, проживающим на территории Крыма.

— В то время как Россия рассказывала о высоких зарплатах, социальном обеспечении, тем самым, покупая жителей Крыма…

— Да, оккупанты говорили, что никто не потеряет имущество, деньги… А Украина тем временем ничего не предлагает. И Россия пользуется этой ситуацией, рассказывает, если придет Украина, то́ она отберет у вас и то́, посадит того, русского языка не будет. И зарождается опять страх… На этот раз боятся возврата в Украину. Если сравнивать какие-то идеологические моменты со стороны Украины и России, то пропагандистская война между странами напоминает бой профессионального боксера и ребенка. Создали "МинСтець". Набрали туда кучу непонятных людей. Возможно, хороших парней и девушек. Но это не профессия! Если за два года они не смогли организовать трансляцию украинских телеканалов и радио на территорию Крыма. А я вам скажу, что все эти два года очень успешно транслируются все российские каналы с их мощной пропагандой на территорию всей Херсонской области. Все эти так называемые приграничные территории, впитывают российскую пропаганду. Ложками, мешками кушают! И как следствие мы имеем результаты голосования на местных выборах. Большинство берут партии, которые раньше были объединены в Партию регионов. Скадовск — стратегический город, портовой, он наиболее близок к Крыму. Так там 90% населения ложится с мыслью, чтобы Путин ввел войска, а утром просыпается и бежит к окошку, смотрит — не ввел ли? И это при полном попустительстве украинского государства. Сегодня мне не понятно, зачем делать плакаты "Крим — це Україна", с которых об этом рассказывают, при всем моем уважении, Янковский или Богуцкая (Лиза Богуцкая — блогер, дизайнер; Александр Янковский — генеральный продюсер "Черноморской телерадиокомпании", — Авт.)? Зачем тратить на них тысячи гривен? Эти усилия даже не сопоставимы с тем, что Россия транслирует на Скадовск свои радиопередачи. Причем эти билборды размещают в Киеве и на Западе Украины. Зачем они там? Они нужны на выезде из Крыма, в Херсонской области. Тем, кто бы въезжал, им бы постоянно они напоминали об аннексии.  И на тех плакатах должны быть Сенцов, Кольченко, Афанасьев, которые действительно сидят за Крым и за Украину.

Вельдар Шукурджиев

— Время оккупации идет, растут дети, которые фактически видят другую страну вокруг. Как Украине не потерять это время зря?

— Украина, к сожалению, в вопросе возвращения Крыма не диктует условия. В момент определения: когда мы вернем Крым в Украину, она не игрок.

— Но если опомнится и будет вести активную кампанию?

— Она опомнилась, можно сказать…

— В сентябре прошлого года?

— Да, с того времени есть какие-то потуги на дипломатическом уровне. Но не надо забывать, что против Украины проявляется очень мощная внешняя агрессия, которая не перестает кровоточить, отвлекать экономический, военный, культурный потенциал от той проблемы, которая есть в Крыму. У нас есть Донецк и Луганск, которые тоже необходимо вернуть в мирное русло, как полноценную составляющую украинского государства. Поэтому сроки возвращения Крыма очень тяжело прогнозировать — год, два, пять… Если кто-то и играет на этом поле, так это США и, как ни странно, внутренние процессы в самой РФ. От них зависит определение момента возвращения Крыма.

— Люди в Крыму изменились за эти два года?

— Если я говорю о крымских детях, я имею в виду детей Украины. Они такие же, как и все остальные. И мы от них не имеем права отказываться. Если мы начнем отказываться от детей, то в тот же день можно поставить жирную точку на слове "деоккупация". Непосредственно путь к деоккупации лежит через детей. Что Украина для этого может предпринимать? Она должна первым пунктом сделать абсолютно прозрачную, максимально понятную, легкую и безболезненную процедуру дистанционного обучения в средней школе. Причем с поступлением в нее с любого класса. Украина должна сделать максимально упрощенную процедуру получения детских документов. Украина должна максимально облегчить переезд детей с территории Крыма на континентальную часть Украины. Украина должна максимально упростить процедуру поступления в высшие учебные заведения для крымских выпускников. Разумеется, какие-то вступительные экзамены должны быть, но конкурировать дети из Крыма должны не с львовскими или киевскими абитуриентами, а между собой. Потому что уровень образования, полученный в Крыму, сейчас намного ниже, чем в Киеве или Львове.

— Кто-то выходит с подобными инициативами?

— Это инициирует центр гражданского просвещения "Альменда". Об этом говорит все время Андрей Щекун (лидер крымского Евромайдана, председатель общественной организации "Крымский центр делового и культурного сотрудничества "Украинский Дом", — Авт.). Без него вообще никуда! Нет системной поддержки каких-то культурных мероприятий. Нет программ ознакомления крымских детей, скажем с Галичиной или Хмельнитчиной…

Вельдар Шукурджиев

— Вы думаете, поедут, родители отпустят?..

— Это другой вопрос? Пусть предложат, а там видно будет! Сказать: мы вам покажем Карпаты, Одессу, у нас есть пляжи Херсонщины, мы ждем вас! Но Украина этого не делает! А это ничего не стоит! Абсолютно непонятное для меня решение — открытие Национального Таврического университета в Киеве. Для кого он открылся? Для киевлян? Почему он не открылся на территории Херсонской области? Ведь тогда была бы более приемлемая логистика: студент, живущий на территории Крыма, перешел административную границу, доехал до Херсона, отучился с понедельника по пятницу, сел на автобус, перешел границу и дома. Логистика и облегчения в самом процессе обучения — это очень важные моменты для деоккупации. Никто не думает, сколько жителей Крыма смогут приезжать в Киев на учебу? А Киев к тому же не простой город для проживания — как материально, так и ментально. Нет гарантии, что примут в общежитие. И я знаю, что с тех, кого приняли, берут деньги, хотя есть соответственное постановление Кабмина о бесплатном проживании…

Читайте продолжение интервью: Вельдар Шукурджиев: "Украинцы Крыма в оккупации подвержены гонениям и уничтожению".

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнеров

Все новости

Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять
Подписывайтесь на наш
канал в Telegram
Узнавайте первыми все
самое важное и интересное
Подписаться