Запрет Поклонской в Украине: правильно, но бессмысленно

Политика запретов должна, в первую очередь, оградить массового украинского читателя от "щупальцев русского мира".

Для Украины писанина госпожи Поклонской не представляет интереса

Список запрещённых для ввоза в Украину книг на днях пополнила ещё одна – "Преданность вере и Отечеству" авторства Натальи Поклонской. Она же – Няша, она же – экс-прокурор оккупированного Россией Крыма, она же – депутат Государственной думы РФ.

В России бывшая украинская гражданка успела стать не менее одиозным персонажем,  с открытым забралом начав бой с фильмом Алексея Учителя "Матильда". Добиваясь его запрета и наказания для создателей, Поклонская объясняла свои действия монархистскими убеждениями. Будучи не раз замеченной с портретом последнего российского императора Николая Второго, чью память, по её мнению, оскорбили циничные киношники.

Те, кто видел упомянутую книгу, отмечают: в ней много совершенно дурацких иллюстраций, как-то грамоты, полученные автором в разное время, групповые снимки на разных фонах, в том числе – узнаваемых улиц украинских Львова и Киева. Если для Украины писанина госпожи Поклонской и может представлять интерес, то исключительно в виде собственной рукой написанного чистосердечного признания в преступлениях, совершённых против своей страны. Начиная со времён аннексии Крыма, в содействии которой Поклонская приняла деятельное участие. Ничем другим данный персонаж не примечателен.

Однако книжка о её преданности вере и Отечеству теперь в списке изданий, содержание которых направлено на ликвидацию независимости Украины и угрожает нашей национальной безопасности.

Читайте также: Скандальные "щупальца", или Избирательный подход к "русскому миру"

Формально Гостелерадио Украины действует в рамках закона, имея все полномочия запрещать. Более того: с украинофобской литературой можно и нужно бороться с пониманием того, что вся она пишется и издаётся в России. Даже, если ни в заголовке, ни в содержании ничего такого, за что можно попасть в наши чёрные списки, нет, российское по сути своей стало для украинцев токсичным. Возобновить культурный диалог возможно только после деоккупации Украины и признании Россией своей вины в происходящем. Однако случай с книгой от Натальи Поклонской уникален тем, что выполнение закона одновременно выглядит правильным и лишённым всякого смысла.

Здесь надо вспомнить, какой эффект вызвал в 2015 году аналогичный запрет на демонстрацию созданных в России фильмов и сериалов. Да, его нарушают до сих пор. Но с каждым годом прецедентов всё меньше. Раньше снятый в России сериал о "русском мире" могли перемонтировать и перемаркировать, выдавая за украинский. Сегодня запреты касаются только тех, в которых участвуют активно поддерживающие политику Путина российские актёры. И параллельно развивается собственное производство. Пока что украинского контекста в составе готового продукта немного.  Но уже есть прецеденты: фильм невозможно продать на российский рынок. То есть, наблюдаем переходный период, когда кино уже не русское, но ещё не вполне украинское. Это пройдёт.

С изданием книг ситуация хуже. Политика запретов должна была, в первую очередь, оградить массового украинского читателя от "щупальцев русского мира". Прежде всего, нужно зачистить украинские книжные магазины от российских боевиков о спецназе ГРУ, подвигах бравых российских полицейских, героических сагах о боевых буднях армии страны агрессора. А также – от творений, подающих историю в российском контексте. Мелодрамы российского производства не менее опасны, ведь под видом слезливых трогательных рассказов о женских судьбах упорно вводят украинок в чужой для них социум. Но печаль в том, что украинские авторы не могут пока предложить альтернативы. Хотя бы потому, что их очень мало. Убрав с полок российское массовое чтиво, его приходится заменять книгами европейских и американских авторов. А также издавать переводы актуальной литературы на украинском, хоть как-то пытаясь заместить Дарью Донцову и её аналоги.

Сказанное выше к книге Натальи Поклонской и аналогичным изданиям, попавшим под запрет, отношения не имеет. Ведь они не способны апеллировать к массовой аудитории. Тираж "Преданности вере и Отечеству" всего 1 тысяча экземпляров. У меня есть стойкое убеждение: автор издала это за свои деньги. И творила не сама, что косвенно подтвердила: мол, помогали писать помощники. Потому на выходе имеем маргинальный продукт, написанный человеком, не имеющим никакого влияния. Как подавляющее большинство книг, внесённый Гостелерадио Украины в список запрещённых.

Согласен, в нашей стране есть немало граждан, для которых присутствующие в перечне Эдуард Лимонов и Захар Прилепин – авторитеты. Прилепин вообще одно время был желанным гостем украинских литературных фестивалей. И тиражи у них настолько приличные, что в наших книжных магазинах долго не могли от этих книг избавиться – убытки. Есть украинский читатель даже у одиозного шовиниста, теоретика "русского мира" Александра Дугина. Но его точно не будет у мемуаров Натальи Поклонской, которую на московской презентации к тому же обвинили в плагиате.

Закон Украины запретил для ввоза в страну книги, которые и без того не попали бы сюда в количестве более десяти экземпляров. То, что говорит и пишет Наталья Поклонская, в России интересно разве падким до одноразовых скандалов "жёлтым" изданиям. Она не способна продуцировать смыслы. Она не обладает ни авторитетом, ни харизмой. Это касается почти всех неизвестных широкой читающей публике маргиналов из списка запрещённой литературы. Потому верный по сути запрет невольно подчёркивает значимость персоны Поклонской для украинского информационного пространства. Вот что нехорошо и неправильно. 

Андрей Кокотюха, журналіст, письменник, сценарист для "Главреду"

 

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Новости партнеров
Новости
Продолжая просматривать glavred.info, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Принять