Нетаньяху не забудет Путину войну в Израиле и будет тайно помогать Украине – Розумный

14 октября 2023, 09:00обновлено 16 октября 2023, 12:42
1739
Если российский след в израильской войне будет четко идентифицирован, то отношения Израиля и России испортятся, убежден эксперт.
Максим Розумный, Израиль
Нетаньяху не забудет Путину войну в Израиле - Максим Розумный / Главред

Война в секторе Газа вышла на новый виток. Боевики палестинской террористической группировки ХАМАС уже несколько дней обстреливают израильские города ракетами. В ответ военно-политический кабинет Израиля официально объявил войну террористам и обстреливает сектор Газа.

В интервью Главреду доктор политических наук, политический эксперт Максим Розумный рассказал, почему завершение войны в Украине не будет связано с войной в Израиле, почему США и Китай будут избегать участия в войне на Ближнем Востоке, и как Нетаньяху может "отблагодарить" Путина за причастность РФ к войне.

Почему, на ваш взгляд, не сработала израильская модель безопасности - как так случилось, что израильскую армию, за которой уже давно закрепился статус одной из сильнейших армий мира, застали врасплох?

Очевидно, что до армии, до войска дело дошло только сейчас. И, кажется, там с этим все в порядке – состоялась мобилизация, разворачиваются вооруженные силы, объявлено военное положение. То есть объявления войны как такового не было, но было объявлено состояние войны. Вопрос, конечно, в первую очередь к спецслужбам и разведке, потому что они упустили (по крайней мере так выглядит) эту подготовку. Хотя есть очень много свидетельств, точнее - данных о том, что это какая-то очень странная история. Потому что есть информация, что Египет, который совсем рядом и имеет границу с сектором Газа и Израилем и меньше всего заинтересован в дестабилизации этого региона, предупреждал по меньшей мере за 10 дней израильское правительство и, собственно, израильский сектор безопасности о том, что готовится нападение. Может не очень конкретно, но предупреждал, что будут какие-то большие проблемы. В общем, если посмотреть на это вторжение, то это было и размещение сотен пусковых установок, и подведение техники к стене, которая построена на границе между сектором Газа и основной территорией Израиля. Это вторжение - это не просто обстрелы. Произошло вторжение многочисленных диверсионных групп на технике (хоть техника и эдакая), и то, что их не увидели, при том что в самом секторе Газа, очевидно, присутствует очень много израильской агентуры, выглядит очень странно.

Смотрите видео интервью Максима Розумного Главреду о войне в Израиле:

То есть либо израильтяне сознательно позволили это сделать, либо это действительно очень большой провал их спецслужб.

А какая могла быть цель, если действительно это позволили сделать?

Это как в медицине – нарыв созрел, и ему дали выйти. Сектор Газа – это постоянная головная боль, где время от времени происходят обстрелы и постоянно сплачиваются милитаризованные фанатичные группы. Если и была мотивация позволить, то для того, чтобы этот нарыв разрезать и, что называется, вычистить.

Впрочем, я не исключаю, что для этого в Израиле могли быть и внутриполитические причины. Потому что страна уже год фактически находится в состоянии внутриполитического кризиса – есть сильное противостояние, почти весь этот год продолжаются протестные акции против нынешней правящей коалиции, которая взяла курс на фундаментализм и построение чего-то похожего на авторитарный режим. И выйти из этой ситуации на волне патриотической мобилизации могло показаться политикам привлекательным вариантом.

Какие варианты есть у Израиля в этой войне? Потому что они фактически объявили официальную войну террористам, не идут на переговоры, хотя ХАМАС говорит, что готов к переговорам и обмену заложниками, как они делали неоднократно. Что теперь может быть, и что может ждать текущее руководство Израиля?

Это, кстати, самое интересное. И то, что Израиль будет делать дальше, даст ответ на вопрос: "Как так получилось?". Потому что разные сценарии. Сценарий более легкий и тот, что много раз уже повторен, потому что, в частности, подобные операции Израиль неоднократно проводил на Западном берегу реки Иордан – это точечная зачистка. То есть израильские спецназовцы наверняка зайдут в какие-то регионы после бомбардировки сектора Газа, уничтожат какие-то ячейки, кого-то освободят, кого-то, наоборот, захватят, кого-то уничтожат, и в дальнейшем все вернется к тому же состоянию. То есть та самая стена. Еще какое-то время будет продолжаться блокада - там даже, кажется, водоснабжение перекрыли и электроэнергию.

То есть еще какое-то время эта жесткая политика умиротворения будет продолжаться, а потом все вернется как бы к тому же состоянию, но уже эти террористические группировки будут значительно ослаблены. Этот вариант инерционный, ожидаемый, и, в принципе, тогда это будет просто один из эпизодов этой бесконечной, вялотекущей войны между арабами и израильтянами на этой земле.

Если Израиль решится на что-то более серьезное, потому что уже звучали заявления, что он просто уничтожит сектор Газа как автономное образование и побуждает к эмиграции из этого региона значительную часть населения, то это, конечно, будет иметь далеко идущие последствия. Это приведет к резкому усилению напряжения в регионе. Конечно, арабские страны, которые окружают Израиль, будут этим очень недовольны - они будут раздувать скандал вокруг этого.

И все те процессы, которые начались - налаживание отношений, деэскалация отношений со странами Персидского залива (Саудовская Аравия, Катар, ОАЭ), конечно, отойдет в прошлое, потому что начнется очень жесткая конфронтация. И очевидно, что это может вызвать появление других горячих точек в том же регионе.

А там будет уже другая история, потому что Иран и Саудовская Аравия враждуют, так что это будет принципиально другая ситуация, которая потребует от Соединенных Штатов занимать какую-то однозначную позицию. Словом если Израиль на это решится – ликвидировать сектор Газа – это будет событие полувековой давности. Как вот обещал Биньямин Нетаньяху на 50 лет решить проблему, но боюсь, что это будет создана проблема на следующие 50 лет.

Для самого Нетаньяху это создает проблемы? Потому что уже обсуждают то, что он должен уйти в отставку. То есть создает ли эта ситуация внутриполитические проблемы для его правительства?

На данный момент, конечно, не создает. Потому что в условиях кризиса и военной операции это ситуация, когда нация объединяется, а основные политические силы отвергают все разногласия, у них есть общий враг. Кстати, Путин этим пользуется уже с 2014 года - если помните, еще в 2014 году в Москве были последние судебные заседания по "Болотному делу", а потом все забылось. И, что самое интересное, даже террористические акты чеченских экстремистов моментально прекратились. Конечно, все авторитарные лидеры смотрят на этот пример и думают, что это, пожалуй, неплохой вариант, чтобы таким образом обеспечить себе легитимность и поддержку. Но если и есть такой расчет, то он очень рискованный, потому что израильское общество очень требовательно. Оно очень хорошо понимает ситуацию, и его просто так каким-то лозунгами не обманешь. И боюсь, что какой-то малейший ложный шаг может очень дорого стоить и Нетаньяху, и властной коалиции.

Есть ли у этой войны предпосылки, чтобы она впоследствии переросла в Третью мировую, о которой уже сейчас начинают говорить?

Такая вероятность возникает только в том случае, если в эту ситуацию прямо вмешивается Иран. И не просто вмешивается, а каким-то оружием массового уничтожения бомбит Израиль – какими-то ядерными зарядами или чем-то подобным. Но если полномасштабного включения Ирана в эту ситуацию не будет, то мне кажется, что эта аллегория не совсем срабатывает. Если Третья мировая не началась после вторжения войск США в Афганистан, Ирак и так далее, где столкновение было гораздо масштабнее и имело более откровенный цивилизационный характер, то эта локальная история с сектором Газа, который уже давно всем мозолит глаза и является горячей точкой, вряд ли что-то кардинально меняет в геополитических раскладах.

А самому Ирану нужно участие в войне?

Я думаю, что Ирану, конечно, это нужно. Вся эта история, возможно, нужна активистам ХАМАСа для того, чтобы поднять капитализацию своей организации, привлечь дополнительные средства из Катара и из всех других таких ведущих арабских стран. Такую мотивацию очень легко предсказать, потому что для ХАМАСа - это хорошее капиталовложение. Но для Ирана так же, потому что Иран сегодня находится на распутье. То есть с одной стороны, в связи с этим поведением Путина и формированием оси Китай-Россия-Северная Корея Иран как будто уже не так одинок в этом мире, и имеет определенную идеологическую защиту. Его уже даже рассматривают как кандидата в члены БРИКС, но на Ближнем Востоке его влияние нуждается в постоянной подпитке. Конечно, "Хезболла" - это гораздо более мощная его прокси-сила, в Сирии он имеет прочные позиции, но если ему удастся усилиться еще и южнее и распространить свое влияние на ХАМАС, то, конечно, иранское руководство от этого не откажется. И опять-таки по тем же внутриполитическим причинам они могут показать своим сторонникам, мол, видите, мы что-то делаем, развиваемся, наше влияние в мире растет, поэтому держитесь дальше.

Кому, кроме Ирана, и чем именно выгодна война в Израиле – какие страны в целом решают свои вопросы этим противостоянием?

Первая, кто приходит на ум – это, конечно, Россия, у которой всегда была очень активная ближневосточная политика, всегда пыталась в этом конфликте между арабским и еврейским населением в Израиле поймать свою рыбку в мутной воде. Она очень активно этим занималась, то есть фактически вскормила и саму палестинскую автономию, и вооруженные формирования, которые обеспечивали палестинское движение. Без Кремля тут дело не обошлось, а то, что там где-то находят западное оружие, которое недавно только поставляли Украине, то еще предстоит расследование, но ниоткуда, кроме России такое оружие не могло туда попасть. Есть и другие факторы - те самые военные российские базы находятся совсем неподалеку на сирийском побережье. Учитывая то, что стране, которая имеет наибольшее влияние на этот регион, Египту, этот конфликт невыгоден, то остается предполагать, что Россия является если не организатором, то по крайней мере заказчиком этого кризиса почти стопроцентно. Потому что в политическом, медийном, информационном смысле РФ это сегодня очень выгодно.

То есть она этим отвлекает внимание от Украины в первую очередь, я правильно понимаю?

Понимаете, почему нападение России так остро воспринялось западными странами? Потому что это был резкий всплеск насилия. То есть в мире все как-то начали привыкать к нормальному сожительству, что вопросы как-то решаются, и тут вдруг - нападение на мирную страну. Когда зло и насилие распространяются, становятся бытовым явлением, то на этом фоне, конечно, уже теряется интерес, острота восприятия ситуации в Украине. С другой стороны, есть расчет на то, что Запад и Соединенные Штаты будут вынуждены реагировать, переключить свое внимание.

Представьте себе, что, например, в России открылся какой-то второй фронт где-то на Дальнем Востоке или в Центральной Азии. Конечно, для нас это было бы большим облегчением. Так же и для России переключение Соединенных Штатов и западного мира на другой очаг конфликта является выгодным.

Относительно еще одного возможного заинтересованного, Китая - насколько ему выгодна вся эта ситуация? Действительно ли он также может как-то втянуться в эту войну?

Я думаю, что большой выгоды для Китая здесь не просматривается. Более того, возможно, что какие-то далекие расчеты на построение транспортных коридоров, на нормализацию этого южного крыла евразийского пространства, на которое Китай, похоже, начал переориентировать свои и торговые, и геополитические интересы. И эта напряженность, возможно, мешает даже некоторым долгосрочным интересам Китая. Но в конъюнктурном плане Китай не будет слишком протестовать, потому что это, опять-таки, отвлекает от кризиса в юго-восточном регионе – в Южном море, вокруг Тайваня и тому подобное. И Китай может себе спокойно выстраивать свои коммуникации, формировать какие-то свои стратегические планы. Хотя перед тем угроза нападения на Тайвань рассматривалась в мировой политике как чуть ли не ближайшая кризисная ситуация, которая могла бы нарушить баланс.

В целом Китай, конечно, будет пытаться нормализовать эту ситуацию. Он как, например, потребитель энергоресурсов не заинтересован в резком росте цен, который неизбежно будет в случае войны, которая заденет Персидский залив. Поэтому Китай будет заинтересован в урегулировании этого конфликта, но определенный кризис в международных отношениях и в состоянии глобальной безопасности ему может временно быть выгодным.

Как на это ответят США, поскольку многие интересы пересекаются? Какие могут быть последствия, если они либо напрямую будут участвовать, либо начнут активно помогать Израилю по договору, который у них подписан?

То, что Соединенные Штаты перемещают свою авианосную группу к восточному берегу Средиземного моря, свидетельствует о том, что там рассматривают такой вариант. Я не думаю, что Израилю нужна военная помощь, чтобы справиться с сектором Газа. Конечно, это на случай, если начнется большая война, если открыто вмешается Иран. Поэтому Соединенные Штаты, конечно, в таком случае будут вынуждены реагировать масштабно и жестко. Но я не думаю, что это кого-то сегодня в Вашингтоне сильно радует. Я думаю, что они будут стараться избежать такого варианта развития событий. И, в частности, они будут убеждать израильское правительство не ликвидировать сектор Газа как автономную часть, а ограничиться локальной операцией по зачистке каких-то боевых групп, установлению контроля над ситуацией. Я думаю, что США на данном этапе займут примерно такую позицию - то есть погасить пожар как можно скорее.

А как вы думаете, как долго в целом может продолжаться эта фаза войны в Израиле?

Если она не перерастет во что-то большее, с привлечением новых субъектов, то предыдущий опыт конфликтов на территории Израиля показывает, что это не вряд ли может быть долгая история - это все займет до месяца времени, не больше. Потому что ХАМАС будет разгромлен в ближайшее время, а если больше никто не вмешается в эту ситуацию, то на этом военная фаза может быть закончена довольно быстро. Ну и, собственно, никто не даст ее долго развивать – говорят, что там созданы большие фортификационные укрепления, и что это займет много времени у израильтян. Но я не думаю, что у них есть это время для длительного военного присутствия в секторе Газа. Поэтому либо они начнут эту операцию с полной зачистки и вытеснения арабского населения из этого сектора, что пока выглядит фантастически, потому что это 2 миллиона человек, но если нет, то это будут какие-то точечные удары, которые не должны забрать много времени. Собственно, так привыкли на Ближнем Востоке воевать, потому что это, кроме всего прочего, маленькая территория.

Даже за этот месяц, если военная операция продлится именно столько, как это повлияет на войну в Украине? Мы уже видим, что фокус переключается больше на Израиль, чем на Украину.

В любом случае фокус будет переключен, потому что даже если боевые действия будут непродолжительными, то политическое урегулирование займет очень много времени, что является традицией для этого региона. И эти новые переговоры, и заявления Лиги арабских государств, и американское участие, и русские, очевидно, не будут сидеть молча – все это займет длительное время. И для нас это действительно переключение внимания, которое, кстати, имеет чисто медийно-технологическую природу. Помните, была ситуация с ковидом? Она два года длилась, и как-то сошла на нет. Украина уже тоже два года находится в фокусе, а дальше появляется что-то новое. Такова природа медийной среды, где повестка дня должна постоянно меняться.

Если действительно фокус с Украины начнет смещаться на Израиль, какие последствия это для нас будет иметь? Будет ли идти речь об уменьшении помощи Украине от союзников, в первую очередь – от Штатов?

Я не думаю, что здесь есть прямая связь. Мы помним, например, ситуацию с Афганистаном, где не было такой огласки вообще – там что-то происходило, мировые медиа очень скромно об этом писали, но это не помешало американцам тратить миллиарды долларов на военную помощь своим союзникам и на содержание этой страны. Поэтому если принято какое-то стратегическое решение не дать Путину одержать победу, то никакое отвлечение внимания на Израиль или палестинскую проблему не станет препятствием для этого - все-таки, есть более серьезные основания для такой американской политики.

Вы в начале говорили, что в этой войне в Израиле одним из выгодоприобретателей фактически является Россия. Как могут измениться теперь (и изменятся ли вообще) отношения Израиля и России? Будет ли Нетаньяху после этого так же заигрывать с Путиным?

Во многом это будет зависеть от результатов расследования – откуда появилось это оружие, кто тренировал этих операторов дронов, которые подбивали израильскую технику. Если российский след будет четко идентифицирован, то Израиль Путину этого не забудет. Вряд ли это станет каким-то громким событием в публичной сфере, но у Израиля большой опыт, и отношения испортятся. В том числе – в пользу Украины, хотя я не думаю, что эта помощь может усилиться в случае, если Израиль быстро решит свои вопросы безопасности. Я не думаю, что эта помощь будет публичной – более того, она будет секретной. Но то, что Израиль ответит Путину каким-то образом, я в этом не сомневаюсь.

Если действительно Израиль за месяц решит этот вопрос, и Путину не удастся его план по переключению внимания на Ближний Восток, как это поможет, и ускорится ли в целом ход войны в Украине на этом фоне?

Я не думаю, что это будет решающим фактором для развития событий в Украине. Смогут ли наши войска выйти к берегу Азовского моря – это ключевой вопрос, от которого будет зависеть уже все остальное. Там своя логика, а здесь, в Украине, будет своя. И решение Соединенных Штатов, поставлять ли определенные образцы оружия, настаивать ли на начале переговорного процесса и заморозке боевых действий (если там не начнется большая война) не будут зависеть от Израиля. Это будут два параллельных процесса, которые будут мало коррелировать друг с другом.

Кто такой Максим Розумный?

Максим Розумный - украинский политолог, философ, журналист, поэт. доктор политических наук. родился 27 июня 1969 года в городе Киеве. Окончил Киевский государственный университет имени Тараса Шевченко, факультет журналистики (1992 г.). Заведующий отделом стратегических коммуникаций Национального института стратегических исследований (2005-2008); советник вице-премьер-министра Украины (2008); заведующий отделом гуманитарной политики и безопасности Национального института проблем международной безопасности (с 2009).

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.

Наши стандарты: Редакционная политика сайта Главред

Реклама
Реклама

Последние новости

Реклама
Реклама
Реклама
^
Мы используем cookies
Принять